Гороскоп птицы Феникс - Дарья Донцова

– Елена пока жива, – сказал Макс, входя в комнату, – но врачи не могут понять, что с ней.

– Аналогичная ситуация со Светланой, – вздохнула я. – Давайте подведем итог. Рыльские погибли все, кроме Елены, но она очень плоха. Умерла Наташа Якименко, гражданская жена Вадима, на краю смерти ее ближайшая подруга Звонкова. Это эпидемия какой-то болезни или их всех кто-то убирает?

– Сейчас приедут Никита и Лиза Волковы, – сообщил Макс. – Вероятно, они что-нибудь знают. Возможно, у Вадима были враги.

– Деньги! – воскликнул Глебов. – Боксер ведь получал нехилые гонорары. Он побеждал на разных соревнованиях, но основной заработок ему приносили рекламные контракты. Кстати, я составил список товаров, которые Вадим советовал людям есть, пить, носить…

– Внушительный перечень, – ответил Макс, взяв из рук нового сотрудника листок.

– Обратите внимание: все производители не российские. Соответственно, деньги платили по своим расценкам, – заметил Виктор. – Наши звезды счастливы, если им двести тысяч рублей пообещают, а Рыльский, полагаю, за такую сумму даже бы не чихнул. Интересно, сколько он собирался получить от корпорации «Вукс»?

– Что она выпускает? – полюбопытствовала я.

– Белье для занятий спортом, для улучшения здоровья, – начал объяснять Глебов. – Еще всякие БАДы. Вадим в рамках контракта с «Вукс» участвовал в фотосессии для мегапопулярного мужского журнала, снимался в одних трусах, которые имеют охлаждающий эффект.

Я поежилась.

– Жуть.

– Летом прикольно, – возразил Виктор, – между прочим, парень ничего так смотрелся, девицы, видимо, спелыми грушами к его ногам валились.

– Слышу в твоем голосе зависть, – усмехнулась я.

– Вот еще! – фыркнул новичок. – Мне дурочки, которые бегают за знаменитостями, не нужны.

– Вадим и правда был весьма симпатичным, – отметил Макс. – Лампа, как он тебе?

Я посмотрела на экран его ноутбука.

– Блондин, одет в синий свитер, который делает его голубые глаза бездонными, мужественное выражение лица, открытая улыбка, шеренга белых зубов, кольца на пальце нет. Понятно, почему девчонки по нему с ума сходили: молод, красив, богат. Прямо принц.

– Здесь он представлял одеколон после бритья, – уточнил Макс. – Слоган этой рекламной компании: «Покупая ему, радуешь себя». Производители обращались не к мужчинам, которые должны приобретать парфюмерию, а к их женщинам. Кстати, под разными фотографиями Рыльского разные подписи. «Запах сведет тебя с ума», «Он уйдет, аромат останется»… Ну и так далее. А вот снимки Вадима для фирмы «Вукс», по-моему, на грани фола.

Я взглянула на очередную фотографию и не удержалась от возгласа:

– Он что, совсем голый?

– Вот на такую реакцию фирма и рассчитывала, – засмеялся Макс. – Нет, на парне белье телесного цвета, которое имеет более темный окрас в самом интимном месте, поэтому боксер в первый момент кажется полностью обнаженным. Только спустя секунду зрителю становится ясно – спортсмен снят в трусах.

– Фигура у него красивая, – не могла не отметить я, – одни мышцы.

– Так Рыльский же весь день напролет тренировался, – засопел Виктор, – кабы я по двенадцать часов грушу лупил, выглядел бы даже лучше. И все боксеры дураки. Их с детства по башке бьют, что отнюдь не способствует мыслительной деятельности.

Я сделала вид, что не слышала последнего высказывания.

– Ты сказал, что незадолго до смерти Вадим вел переговоры с фирмой «Вукс»?

– Ну да, – согласился Глебов, – только подписать бумаги осталось, но не успели.

– А тут в журнале уже есть реклама «Вукс», где Вадим во всей своей красе снят, – договорила я. – Как это получилось? Боксер начал работать до того, как подмахнул документы?

– Как бы не так, – рассмеялся Витя. – Думаю, он без оплаты бы и со стула не встал. Сначала фирма наняла парня на одну фотосессию – пиарщики «Вукс» хотели проверить, клюнет ли рынок на симпатяшку. Дело пошло успешно, и Рыльскому предложили контракт на запредельную сумму. Вот такую…

Глебов написал на листке цифру и показал мне.

– Ого! – воскликнула я.

– Сколько нам всем надо пахать, чтобы половину этого иметь? – не успокаивался Глебов. – А для Рыльского несколько дней съемок, и денежки летят на счет.

– Цифра, которую ты сейчас изобразил, является коммерческой тайной, – поднял бровь Макс. – Где раздобыл сведения?

Виктор гордо вскинул подбородок.

– Когда я учился на юрфаке, подружился с ребятами, которые потом стали успешными адвокатами, у них много знаменитых клиентов. Правда, Рыльского среди них не было, но парни постарались и нашли мне информацию.

Дверь кабинета приоткрылась, в щелку просунулась голова нашей новой секретарши.

– Посетители в малой переговорной, – сообщила Вера.

Макс встал.

– Тащи туда чай-кофе, мармелад из соловьиных яиц, варенье из буки-муки.

Я вышла в коридор и услышала продолжение разговора мужа и помощницы, нанятой день назад.

– У меня только печенье и конфеты, – опечалилась девушка. – Ну, такие, где Топтыгины на деревьях, забыла, как они называются.

– Мишки на лесоповале, – подсказал Макс. – Нехорошо, Вера, неправильно. Сходи в супермаркет за тем, что я упомянул, и обязательно купи.