Смерть дублера - Рекс Тодхантер Стаут

Миссис Помфрет обвела всех тусклым взглядом.

– Я хочу, – произнесла она тоном, прежде неслыханным на совещаниях и собраниях, – однозначно объяснить, зачем все вы здесь. Вчера мистер Фокс сказал мне, что полиция требует передать им скрипку в качестве улики. Похоже, других улик у них нет, а потому они хотят получить инструмент. Я попросила мистера Фокса передать скрипку полицейским, но он отказался… – Миссис Помфрет вялым жестом указала на футляр, лежащий на столе перед Фоксом; у нее дрожали губы, и какое-то время она пыталась совладать с ними, но потом сдалась и едва слышно пробормотала: – Он сам расскажет вам почему.

Взгляды всех с видимым облегчением устремились на Фокса.

Фокс оглядел присутствующих.

– Может, это было излишним… – Он вынул из футляра скрипку и бережно положил ее на стол. – Но я чувствовал свою ответственность перед вами за эту скрипку и хотел снять с себя эту ответственность. Полиции я сказал, что храню ее у себя лишь как доверенное лицо. Здесь и сейчас я возвращаю ее владельцам. Можете либо добровольно выдать ее полицейским, либо заставить их прибегнуть к официальной процедуре конфискации.

– Могу я на нее взглянуть? – спросил Феликс Бек.

– Несомненно.

Фокс передал ему скрипку, пройдя мимо Помфрета и Гебы. Взяв ее в руки, Бек оглядел инструмент, провел кончиками пальцев по изгибу его деки и вдруг дернул первую струну. Тонкая жалобная нота резанула по нервам сидящих по обе стороны стола. Дора содрогнулась и съежилась. Диего заворчал. Миссис Помфрет прижала к губам платок. Гарда Тусар огрызнулась:

– Не делайте так!

– Прошу меня извинить, – сказал Бек, опуская скрипку на стол.

Не сводя глаз с лица Фокса, Адольф Кох прочистил горло:

– Если полиция видит в этой скрипке улику по делу об убийстве, она ее получит так или иначе. Разве нет?

– Не обязательно, мистер Кох, если мы предпочтем оставить скрипку себе. Она ценная, она хрупкая, и она принадлежит нам. У нас есть все основания оставить ее у себя.

– Сдается мне, – пожал плечами Кох, – вы могли бы не устраивать тут общий сбор. Принимая в расчет хотя бы то, как в нынешней ситуации это тяжело миссис Помфрет. Разве нельзя было просто позвонить мисс Хит, мисс Моубрей и мне?

– Можно, разумеется, – без улыбки встретил его взгляд Фокс. – Но тут есть и осложняющие обстоятельства. Прежде чем вы сможете принять осознанное решение о судьбе этой скрипки, я должен кое-что вам сообщить. Мне придется назвать имя человека, убившего Яна Тусара и Перри Данэма.

– В таком случае, – с сарказмом заметил Кох, – вы могли бы дождаться момента, когда будете готовы это сделать.

– Ждать нет нужды. Я готов хоть сейчас.

Последовали взволнованные жесты, неловкие телодвижения, ахи и прочие восклицания. На Фокса уставилось десять пар глаз. Геба Хит вцепилась в локоть Феликса Бека, но тот отдернул руку. Миссис Помфрет выпрямилась и застыла.

– Дело обстоит так, – непринужденно начал Фокс. – Некие… э-э-э… назовем их подозрениями… возникли у меня еще пять дней назад. Вечером во вторник. Вчера днем я узнал кое-что, и подозрения обратились в уверенность. Но веских доказательств у меня не было, как нет их и теперь. По всей видимости, и не будет. В общем, как уже сказано, чтобы позволить вам принять осознанное решение насчет этой скрипки, я просто расскажу все, что знаю. Конечно, одному из вас все это и так уже известно.

– Одному из нас… – с тихой яростью прошептал Диего.

Миссис Помфрет молча пожирала лицо Фокса воспаленными глазами.

– Кто-то из нас?! – ахнула Дора.

Кох скрестил на груди руки:

– Какое изумительное действо мы здесь наблюдаем. Просто первоклассное выступление фокусника-шарлатана…

– Я бы не назвал так сегодняшнюю встречу, – спокойно возразил ему Фокс. – Мне представляется, сейчас это единственно разумное решение. В конце концов, этот субьект, которому вы все пожимаете руку, на самом деле убийца, он жесток, коварен и опасен, и даже если присяжные не приняли бы моих доводов, я считаю, вы должны узнать об этом. Особенно важно, с моей точки зрения, это услышать мисс Тусар. В некотором смысле ее обманули более глубоко и цинично, чем кого-либо еще. Если у кого-то имелась причина ждать от него честного к себе отношения, так это у нее, но одной из жертв убийцы стал ее брат, а ведь она любила своего брата. Не так ли, мисс Тусар? Разве вы не любили своего брата Яна?

– Да, любила! – вскинулась Гарда. – И если вы можете назвать…

– Как раз собирался. Он хитростью вынудил вашего брата свести счеты с жизнью. Когда хитрость выплыла наружу, он испугался, что вы можете начать подозревать его, и отправил вам то письмо со свастикой вместо подписи. Но оно не было отправлено нацистом.

– Откуда вам знать, что это не так?

– Свастика была нарисована неверно. Лучи направлены против часовой стрелки, а не наоборот.

Гарда презрительно скривила губы:

– Свастика есть свастика. Уж не моя ли горничная открыла вам глаза на эти тонкости?

– Нет. От вашей горничной я узнал только новость о мистере Фише. Что подводит нас к кульминации вечера. Вашего брата убил мистер Фиш.

– Неправда!..

Этот непроизвольный выплеск эмоций выдал больше, чем Гарда того хотела. Но она взяла себя в руки, никакой паники не было. Она задрала подбородок и глазами обожгла Фокса.

– Мне казалось, – тихо заметил Фокс, – что вы отрицали свое знакомство с мистером Фишем.

– Отрицала! И отрицаю! Я только хотела… Все, что вы тут несете, сплошная ложь!

– Да кто он такой, этот чертов мистер Фиш? – не выдержал Диего. – Ты же сказал, убийца кто-то из нас?

– Все верно, – оглянулся вокруг Фокс. – Пожалуй, начать можно и с рассказа о мистере Фише, почему бы нет. Он друг мисс Тусар и часто бывает в ее квартире. Или бывал. Только стоит ему появиться, он уже не мистер Фиш. Он перевоплощается в миссис Гарриет Пискус… Прошу вас, мисс Тусар! Это не приведет ни к чему путному. Если вы закатите скандал, я выставлю вас за дверь и все равно продолжу свой рассказ, но уже без вас. Если вы считаете мои слова клеветой, можете подать на меня в суд.

– Нам всем стоило бы подать на вас в суд! – с чувством объявил Кох. – Вы сказали, кто-то из нас. Теперь вы плетете россказни про некоего мистера Фиша, который превращается в миссис Пискус… Повторюсь: это просто изумительно.

– Дайте ему договорить! – распорядилась миссис Помфрет; властная нотка вернулась в ее голос. – Продолжайте, мистер Фокс.

– Так вот, – продолжил Фокс, – сейчас самое время снять это противоречие. Оно вполне очевидно. Мистер Фиш – один