Коукс и Бакстер - Дэниел Коул

К счастью, этого никто не заметил, разве что Блейк, который выглядел совершенно разбитым.

— К этому времени вы должны были установить в конференц-зале камеры видеонаблюдения, — обратился Чейз к собравшимся.

В ответ на это его люди закивали головами и одобрительно загудели.

— Откуда нам знать, не находится ли отель под наблюдением? — нетерпеливо спросила Бакстер. — Откуда нам знать, не обыщут ли они зал в поисках камер и тупоголовых агентов ФБР за занавесками?

Чейз проигнорировал смешки с задних рядов:

— Они психи, а не шпионы!

Агент МИ5 поднял глаза от ноутбука, как будто его кто-то окликнул по имени, тем самым еще больше укрепив общее мнение о нем как о худшем сотруднике спецслужб всех времен и народов.

— Они, может, и психи, однако этим психам удалось скоординировать атаки на двух континентах, и им никто не смог помешать, — заметила Бакстер. — Если мы спугнем хоть одного, мы упустим всех. Будем действовать по плану: пассивное наблюдение за пятью выходами, записи камер в отеле прогоняются через распознаватель лиц. Внедряем носильщика или администратора, вооруженного и с мощным микрофоном — если не сможем заполучить кого-нибудь там. Как только узнаем, что Грин там, — вступаем в игру.

— А если он не появится? — вызывающе спросил Чейз.

— Появится.

— А если все-таки нет?

«Тогда нам всем трындец», — подумала Бакстер и посмотрела на Руша за поддержкой.

— Если мы не сможем быть уверены в присутствии Грина, — сказал Руш, — будем тянуть до последнего. А потом возьмем здание. Если его там не будет, мы до него доберемся, опрашивая сообщников.

— Маленький вопрос, — небрежно бросил Блейк с чашкой чая в руках, — что значит «заполучить кого-нибудь там»?

— Нам понадобится визуальное подтверждение, — ответил Руш, — его разыскивает ФБР. Каждый, кто хоть мельком видел газеты, знает его в лицо. Скорее всего, он постарается замаскироваться.

— Вероятно, но вы же не думаете, что кто-то из нас просто заявится туда, не имея ни малейшего представления о том, что произойдет, когда закроются двери, и как ни в чем не бывало усядется в компании сотни кровожадных психопатов?

В комнате повисла гробовая тишина.

Руш нерешительно посмотрел на Бакстер, мысленно соглашаясь, что в таком виде план действительно не внушает особого восторга.

Бакстер пожала плечами:

— У кого-то есть идея получше?

Сеанс шестой

Среда, 11 июня 2014 года,

11 часов 32 минуты утра

Сшитая на заказ белая рубашка комом упала на пол ванной комнаты — на египетском хлопке проступило пятно от горячего кофе. Лукас направился в спальню, выбрал в шкафу другую, встал перед зеркалом и принялся ее надевать.

Он вздохнул, увидев свое тело с отвисшим животом; на груди алела гневная отметина, оставленная обжигающим напитком. Он как можно быстрее застегнул пуговицы, заправил рубашку в брюки и поспешно вернулся в гостиную. Там сидел тощий господин лет шестидесяти пяти, печатая что-то на своем смартфоне.

— Прошу прощения, — сказал Лукас, поднял стул из лужицы на полу, поставил его чуть поодаль и сел, — в последнее время со мной такое часто бывает.

Гость внимательно на него посмотрел.

— С вами все в порядке, Лукас? — спросил он.

Они всегда общались только на профессиональные темы, но знали друг друга уже много лет.

— Все хорошо, — его ответ прозвучал не особо убедительно.

— Не поймите меня превратно… но у вас… несколько нездоровый вид. Скажите честно, для нашего нынешнего разговора нет особых причин?

— Никоим образом, — заверил его Лукас, — просто я уже давно собирался это сделать. Нужно было бы куда раньше этим заняться, когда… я хочу сказать, после того как…

Пожилой джентльмен благожелательно улыбнулся и кивнул:

— Я понял… На самом деле все на редкость просто. Если кратко: «Я отменяю все предыдущие написанные и высказанные мной завещания и завещательные распоряжения… Я назначаю юридическое бюро «Сэмюелз-Райт и сыновья» исполнителем моей воли… Все имущество, за вычетом долгов и расходов на нотариальное оформление и похороны, завещаю в благотворительных целях больнице “Грейт Ормонд Стрит”». Ну и так далее. Подпись: Лукас Теодор Китон. Вроде бы так?

Лукас на мгновение замер в нерешительности, затем, не в состоянии унять дрожь в руках, вытащил из кармана флешку, протянул ее гостю и сказал:

— И еще вот это.

Поверенный взял ее и с любопытством на нее посмотрел.

— На ней мое послание… Для любых заинтересованных лиц… когда придет время… — смущенно произнес Лукас. — Там все объясняется.

Нотариус кивнул и положил флешку в карман портфеля.

— Это очень чутко с вашей стороны, — сказал он Лукасу, — я не сомневаюсь, что им захочется услышать последнее обращение человека, завещавшего такую… поразительную сумму денег.

Он уже собрался уходить, но на минуту задержался и добавил:

— Вы хороший человек, Лукас. Немногие из тех, кто добился такого богатства и власти, оказавшись на недосягаемой для многих высоте, не стал рабом эго и прочей мерзости… Я просто хочу, чтобы вы это знали.

Когда Лукас приехал на прием к Алексею Грину, он обнаружил в его кабинете потрясающе красивую женщину. Грин говорил с ней вежливо, но при этом не обращал никакого внимания на подаваемые ею недвусмысленные сигналы:

— Я серьезно. На следующий же день после вашей лекции по применению поведенческой нейропсихологии в повседневной жизни я подала заявление об изменении темы моей диссертации.

— Благодарите поведенческую нейропсихологию. Я тут ни при чем, — пошутил Грин.

— Я понимаю, просить об этом было бы дерзостью, но даже час наедине с вами…

Дама восторженно взвизгнула, положила ему руку на плечо и засмеялась.

Стоя в дверях, Лукас с трепетом смотрел, как женщина млеет, одурманенная обаянием доктора.

— Давайте сделаем так… — начал Грин.

Секретарша закатила глаза.

— Давайте вы сейчас подойдете к Касси, и она на той неделе найдет нам время для совместного обеда?

— Вы серьезно?

— На следующей неделе вы едете в Нью-Йорк на то мероприятие, — бесцветным голосом отозвалась из-за своего стола Касси.

— Тогда через две недели… — пообещал Грин, обратил, наконец, внимание на маячившего в дверях пациента и воскликнул: — Лукас!

После чего легонько подтолкнул посетительницу в направлении выхода и пригласил его в кабинет.

— Понимаете, то, что вы злитесь на того… на тех, кто поступил так с вами и вашей семьей, вполне нормально, — мягко произнес Грин.

Солнце спряталось за облако, погрузив офис в полумрак. И стильный абажур, и огромные