Возраст сомнений - Андреа Камиллери

– Точно так, как сказали по телевизору. Я хорошо рассмотрел его, когда он спустился, чтобы…

– Пожалуйста, давайте по порядку. Когда он приехал, как он вам показался?

– В каком смысле, простите? – смутился портье.

– Он волновался, нервничал?

– Нет, он был абсолютно спокоен.

– Как он приехал?

– Полагаю, что на такси.

– Что значит «полагаю»?

– Отсюда не видно, подъехало ли такси. Но гость, когда вошел, держал в руках бумажник, будто он только что заплатил за поездку. А после я услышал звук отъезжающей машины.

– Как вы думаете, откуда он приехал?

Портье не раздумывал ни секунды:

– Из Пунта-Раизи. Из аэропорта. – И, опережая вопрос комиссара: – В семь приземляется самолет из Рима. А через полчаса после этого парня приехали три наших клиента из Рима. Похоже, француз вышел из аэропорта раньше других.

– Почему вы так думаете?

– У него из багажа была только ручная кладь, что-то вроде большого портфеля, а у гостей, которые пришли после него, были чемоданы, то есть они ждали свой багаж.

– Дальше.

– Этот парень поднялся к себе в номер и примерно через час снова спустился.

– Он куда-нибудь звонил?

– Через наш коммутатор – нет.

– Но из номера можно звонить напрямую, без коммутатора?

– Конечно. Тогда начисляется плата за исходящий звонок, а на этот номер таких сведений не поступало.

– У него был мобильный телефон?

– Не знаю, не видел.

– Дальше.

– Значит, он спустился и попросил меня вызвать ему такси. Так как наш отель на окраине, машина ехала к нам минут двадцать.

– А что он делал в это время?

– Сидел, листал журнал. Он был…

Портье замолчал.

– Нет, ничего, простите.

– Так не пойдет. Закончите фразу.

– Когда он спустился, мне показалось, что настроение у него изменилось.

– Как?

– Он выглядел счастливым, повеселел. Даже напевал.

– Наверное, узнал хорошие новости?

– Похоже на то.

– Вам бы в полиции работать.

– Спасибо, я своей работой доволен.

– Он говорил по-итальянски?

– Немного. Потом за ним приехало такси, и он вышел.

– И больше не возвращался?

– Даже не звонил.

– Он бронировал номер заранее?

– Нет.

– Как вы считаете, откуда он узнал об отеле?

– Мы рекламируем его, – сказал хозяин гостиницы, – в том числе за границей.

– Ему кто-нибудь звонил в эти дни?

– Никто.

– Вы уверены, что он не останавливался в отеле прежде?

– Нет, раньше я его не видел.

– Вы знаете таксиста, который приехал за ним?

– Конечно! Пиппино Мадония, номер четырнадцать, из службы такси.

– А где его вещи?

– Все в номере, – снова встрял хозяин.

– Можно мне ключ?

– Хотите, я вас провожу? – предложил хозяин.

– Нет, спасибо.

Эмиль Ланнек и море.

Номер на четвертом этаже был в идеальном порядке и сиял чистотой. Даже туалет. Казалось, там никто никогда не останавливался. С балкона открывался вид на море, слева был виден почти весь порт. На стуле лежал небольшой чемодан. Монтальбано открыл его.

Внутри он нашел мужскую сорочку, трусы и пару чистых носков, рядом – пакет с грязной одеждой.

И чего никак не ожидал увидеть – большой бинокль. Монтальбано повертел бинокль в руках, вышел на балкон и нацелился на далекую точку в море, оказавшуюся обычной рыбацкой лодкой. Бинокль был невероятно мощным – можно было рассмотреть лица рыбаков.

Тогда Монтальбано направил бинокль на порт.

Он не сразу понял, что это палуба «Ванессы», а именно – трап, ведущий вниз, к каютам.

Вернулся в номер и высыпал содержимое чемодана на кровать. Ни бумаг, ни документов, ни билетов, абсолютно ничего. Положил бинокль на прежнее место, взял чемодан и отнес его вниз.

– Пожалуйста, пусть он хранится у вас.