Возраст сомнений - Андреа Камиллери

– Конечно. Мы с ним познакомились вместе с тобой.

– Где?

– В Маринелле.

Он ничего про это не помнил.

– Правда? И кто это?

– Это… – начала она, но вдруг остановилась и хихикнула, – то же самое, что твой ребенок.

– Ладно, Ливия, не…

Но она уже повесила трубку. Он перезвонил, но в ответ раздавались лишь гудки.

Так Ливия наказывала его за несуществующего малыша. Черт возьми, эта женщина никогда не давала ему спуску!

Есть совершенно не хотелось, Монтальбано не стал заглядывать ни в холодильник, ни в духовку. Он взял бутылку виски, стакан, сигареты и сел на веранде.

Эмиль Ланнек.

Вернулся в дом, взял паспорт француза и снова устроился на веранде.

Судя по визам, Ланнек три раза был в Южной Африке, два раза в Намибии, знать бы, где это, четыре раза в Ботсване, а это, интересно, где, и еще в Марокко, Алжире, Тунисе, Ливии, Египте, Ливане и Сирии.

Объехал все страны Средиземноморского побережья Африки, кроме Израиля.

Чем, интересно, торговал господин Ланнек?

Монтальбано выпил первый стакан и отправился за географическим атласом, чтобы найти Намибию и Ботсвану. Эти две страны прилепились к верхней части ЮАР.

Все эти названия, Южная Африка, что-то знакомое… Он вдруг вспомнил, что и «Ванесса» плавала в тех же краях, со слов Лауры. Сердце вдруг сжалось.

Лаура!

Сейчас она у Мими. Конечно, они поужинали, и Мими не упустит случая, это факт! О топливе они говорят! Придумывают прикрытие! Знаем мы Мими, Казанова ему в подметки не годится! Не исключено, что прямо сейчас он сжал ее в объятиях…

Чтобы отогнать от себя эту картинку, комиссар залпом выпил целый стакан.

Нужно сосредоточиться на Ланнеке усилием воли, как это делает индийский йог.

С трудом, но удалось.

Есть ли какая-то связь между Ланнеком и «Ванессой»? Но когда «Ванесса» прибыла в порт, Ланнек был уже мертв. И еще, «Ванесса» пришвартовалась в порту незапланированно. Но что это значит? С кем Ланнек должен был встретиться? И почему он, Монтальбано, не помнит, при каких обстоятельствах они познакомились в Маринелле?

Что ему сказала Ливия?

Что Ланнек – то же самое, что и ребенок, которого он выдумал.

Погоди, Монтальбано, остановись. Горячо.

Ливия ясно дала понять, что Ланнека не существует, что он – лишь плод воображения.

Монтальбано вдруг озарило. Выдуманный персонаж! Литературный герой!

Он резко встал, вошел в дом и остановился перед библиотекой. Должно быть, речь идет о книге, которую они читали вместе с Ливией.

Рука, независимо от сознания, потянулась к книге в голубой обложке: «Семейство Питар» Жоржа Сименона. Отличный роман, он перечитал его еще пару раз, уже один. Открыл наугад.

Вот он, главный герой, Эмиль Ланнек из Руана, владелец и капитан старого судна под названием «Гром небесный».

Он пролистал книгу и вспомнил сюжет. Прекрасная история, у которой, однако, ничего общего с его расследованием.

Что это, случайное совпадение? Почему убитого звали так же, как персонажа из романа Сименона? Какая вероятность, что это не случайно? Одна на миллион?

Или француз так пошутил: взял себе имя, надеясь, что никто не вспомнит, откуда оно?

Первым делом нужно проверить паспорт. Возможно ли, что ни одна из служб, ставящих визы, не усомнилась в подлинности документа? Возможно.

Он вернулся на веранду и налил себе еще виски.

И потом, что нам с того, настоящий паспорт или фальшивый?

Пусть он не Ланнек, а Парбон или Лапойнт, как это поможет следствию?

Нет, ошибаешься. Поможет. Еще как! Не исключено, что французские коллеги смогут выяснить, кто подделал паспорт, и разузнать все про Ланнека. Не исключено, что они ищут этого человека, и не исключено, что…

Тут мысли стали путаться. Монтальбано почувствовал, что пьян. Не просто почувствовал, а был реально пьян. Он встал, пошатываясь вошел в дом, закрыл дверь на веранду, лег в постель и мгновенно уснул.

Ближе к рассвету ему приснился сон.

Он стоит на веранде незнакомого дома, ночь, в руках у него бинокль, направленный в освещенное окно, за которым – он точно знал – спальня Мими Ауджелло.

Не успел он навести резкость, как, откуда ни возьмись, черная тень легла на окно и полностью его закрыла.

Что это? Присмотревшись, он увидел, что это чайка села на провода и закрыла обзор.

Он почти отчаялся, и вдруг чайка вспорхнула и полетела прочь, мимо окна.

В комнате на стене колыхались тени, мужская и женская, слившиеся в любовном экстазе… Мими и Лаура!

Он резко проснулся.

Но, странное дело, не злился совсем. Его занимали детали сна.

Чайка помешала разглядеть происходящее в комнате…

Что это значит? Определенно что-то значит.

Он встал, открыл стеклянную дверь и вышел на веранду.

Многообещающий сегодня денек: на небе ни облачка, ни один лист не шелохнется. Рыбацкий баркас, его утренний друг, был далеко в море, и в этот момент моторная лодка, направлявшаяся в порт, на мгновение его закрыла. Баркас исчез и снова появился, стоило лодке пройти мимо.

Монтальбано вдруг понял значение сна.

Помнишь, ты стоял с биноклем Ланнека и рассматривал порт?

Что ты увидел?

Палубу «Ванессы» и трап, ведущий вниз, к каютам. А если «Ванессы» нет, что бы ты увидел? Ты бы увидел катер, «Бубновый туз».

В тот день, когда Ланнек приехал в Вигату, «Ванессы» в порту еще не было.

Может быть, Ланнек встречался с кем-то с «Бубнового туза»? И с помощью бинокля, поскольку телефоны могут прослушиваться, получил указания о времени и месте встречи?

Едва дождавшись половины седьмого, он нашел в телефонном справочнике номер отеля «Беллависта» и позвонил.

– Это синьор Шиме?

– Да. Кто спрашивает?

– Монтальбано.

– Доброе утро, комиссар, чем могу быть полезен?

– Простите за беспокойство, в прошлый раз я забыл кое о чем вас спросить.

– Спрашивайте!

– Ланнек, заселяясь, ни о чем вас не просил?

Портье замешкался.

– Вы не помните или…

– Знаете, трудно сказать… о, вспомнил! Он попросил номер с видом на море.

– Именно так и попросил?

– Дайте-ка подумать… Он попросил номер с видом на порт.