Делай, как я! - Джанет Иванович

- Не хочу ничего пропустить. На случай, если тебе повезет, и ты найдешь Фреда, хочу быть поблизости.

- Не знаю, как тебе втолковать, но, между нами, я считаю, что, похоже, Фред будет не в форме, чтобы расплатиться с тобой, когда я его найду, если вообще найду.

- Думаешь, он пошел на корм рыбам?

- Вполне возможно.

Он пожал плечами:

- Считай меня сумасшедшим, но я оптимист.

- Прекрасно. Так строй из себя оптимиста где-нибудь в другом месте. Мне не нравится, что ты таскаешься за мной. У меня от этого мурашки по коже.

- Я тебя никак не побеспокою. Ты знать не будешь, что я здесь.

- Ты у меня на хвосте. Как я знать не буду, что ты здесь?

- Не смотри в заднее зеркало.

- И еще я не думаю, что ты букмекер, - заявила я. – Тебя никто не знает. Я поспрашивала.

Он улыбнулся, словно его все это очень забавляло.

- Да? И кто я, по-твоему?

- Понятия не имею.

- Дай мне знать, когда поймешь.

- Козел.

- Какое оскорбление, - заметил Торчок. – Готов спорить, что твоей матушке не понравилось бы, как ты выражаешься.

Раздраженная, я залезла снова в «бьюик», вцепилась в руль и покатила в контору.

- Видишь парня, который припарковался за мной? – спросила я Лулу.

- На этом коричневом, как кусок дерьма, «додже»?

- Его зовут Торчок, и он утверждает, что он букмекер.

- По-моему, он не похож на букмекера, - сказала Лула. – И я никогда не слышала ни о ком по кличке Торчок.

Конни тоже высунулась в окно.

- И я его не узнаю, - заявила она. – И если он букмекер, то не очень-то преуспел в этом деле.

- Он говорит, дядя Фред должен ему денег, и он следит за мной на случай, если я отыщу Фреда.

- Ты сходишь с ума от счастья? – поинтересовалась Лула.

- Нет. Мне нужно от него избавиться.

- Навсегда? А то есть у меня тут один приятель…

- Нет! Просто до конца дня.

Лула еще раз взглянула на Торчка.

- Если я ему шины прострелю, он выстрелит в ответ?

- Наверно.

- Не нравится мне, когда люди в ответ стреляют, - возмутилась Лула.

- Думаю, может, поменяемся с тобой машинами?

- Поменять мою птичку «файерберд» на твоего кита? Не думаю. Наша дружба так далеко не зашла.

- Прекрасно! Здорово! Забудь, что я просила!

- Постой, - возмутилась Лула. – Ну что ты так придираешься. Я пойду и поговорю с ним. Я обладаю настоящим даром убеждения.

- Ты ведь не собираешься его запугивать?

- Я не запугиваю людей. За кого ты меня принимаешь?

Мы с Конни смотрели, как она гордо вышла из конторы и направилась к машине. Мы-то знали, за кого ее принимать.

Лула надела мини-юбку канареечного цвета и трикотажный топ, который был, по меньшей мере, на два размера меньше. На губах ярко-розовая помада. А тени сверкали золотым блеском.

Мы услышали, как она обращается к Торчку «Привет, красавчик», а затем понизила голос, и мы уже не могли разобрать, что она там говорит.

- Может, тебе стоит попытаться улизнуть, пока Лула отвлекает его, - предложила Конни. – Вдруг ты сможешь откатить «бьюик» тихо и незаметно, а он не заметит.

Я решила, что шанс, чтобы меня не заметил Торчок, весьма слабоват, но я готова была попробовать. Я быстренько добежала до машины, пригибаясь к тротуару, и скользнула за руль. Освободила ручной тормоз, задержала дыхание и повернула ключ зажигания. Дрых-дых-дых. Восемь цилиндров не спрячешь.

Торчок и Лула повернулись ко мне. Я увидела, как Торчок что-то сказал Луле. И Лула сграбастала его за грудки, а сама завопила мне «Давай!».

- Я его держу, - добавила она. – Можешь на меня рассчитывать!.

Торчок дернул ее за руку, и Лула вляпалась в окно машины, выставив наружу большую канареечную задницу, со стороны было похоже на Винни Пуха, застрявшего в норе Кролика. Она схватила Торчка за шею, и, уезжая, я увидела, как она влепила поцелуй прямо ему в рот.

* * *

Когда я заявилась к Мейбл, она пила на кухне чай.

- Как продвигается расследование? – спросила она.

- Я поговорила с человеком, который ищет Фреда. Этот тип утверждает, что он букмекер дяди Фреда. Вы знали, что он играл?

- Нет.

Чайник застыл в ее руке.

- Азартные игры, - произнесла она, пробуя слова на вкус. – Я понятия не имела.

- Он мог и солгать, - сказала я.

- Зачем ему это делать?

Хороший вопрос. Если Торчок не букмекер, то кто? Какова его роль?

- Насчет этих фотографий, - обратилась я к Мейбл. – У вас есть какие-то соображения, откуда они взялись?

Мейбл добавила в чайник воды.

- Я думаю, они, должно быть, недавние, потому что я их никогда прежде не видела. Постоянно я не лазила в стол Фреда, но время от времени мне что-нибудь бывало нужно. И я никаких снимков не видела. Фред не фотографирует. Когда-то давно, когда дети были маленькими, мы делали фотографии. А сейчас фото внуков нам приносят Рональд и Уолтер. У нас нет даже в доме камеры. В прошлом году нам пришлось фотографировать крышу для страховой компании, так мы достали одноразовый фотоаппарат.

Я оставила Мейбл пить чай и вернулась за руль. Посмотрела вправо, глянула влево. Пока все тип-топ. Никакого Торчка.

Следующий пункт назначения – торговый пассаж, где дядя Фред делал покупки. Я припарковалась в том же месте, где обнаружили машину Фреда. И время дня совпадало. Погода тоже соответствовала. Солнечно и жарко. Вокруг околачивалось слишком много народу, чтобы какая-нибудь случившаяся здесь потасовка прошла незамеченной. И человека, который бродит с оцепенелым видом, наверно, тоже приметили бы, но не думаю, что именно это я искала.

Первый Трентонский банк располагался в конце пассажа. Это был филиал с окошками для клиентов, обслуживавшимися снаружи, и полное банковское обслуживание внутри. В этом банке служила Леона Фримен. Она была моей дальней кузиной со стороны матушки, на пару годков старше меня, и у нее был большой отрыв от меня в семейных делах в виде четырех детишек, двух собак и прекрасного мужа.

Когда я появилась, очередей не было, видать, бизнес шел ни шатко, ни валко. Леона помахала мне из-за прилавка:

- Стефани!

-Эй, Леона, как дела?

- Замечательно. А что с тобой? Хочешь денег? Их у меня много.