Искатель,1994 №6 - Дональд Уэстлейк

— Это вы хотели меня видеть?

— Вы — тот самый Курт Брок, который работал у Огастеса Мерриуэзера, — сказал Энгель. Сначала он хотел задать Броку вопрос, но на середине фразы передумал и закончил ее с утвердительной интонацией.

Брок немного расслабился, настороженность уступила место усталости.

— Вы тоже из полиции?

Энгель склонил голову и чуть вскинул руку. Этот замысловатый жест вполне можно было расценить как утвердительный ответ.

— Я уже дважды делал заявления, сперва по телефону, а потом лично беседовал с нарядом патрульных.

— Таков порядок, — объяснил Энгель.

Брок вздохнул, пожал обремененными пакетами плечами и сказал:

— Ладно, пошли наверх.

— Могу помочь с мешками.

— Правда? Спасибо.

На втором этаже Курт задержался перед одной из дверей и отдал хозяйке квартиры пакет из винной лавки. Пришлось ждать, пока матрона поблагодарит его, расплатится за бутылку и опять осыплет Курта благодарностями. Все это время пакет в руках Энгеля мало-помалу набирал вес. Наконец винная сделка была завершена, и Брок поднялся на третий этаж. Выудив из кармана ключ, он впустил Энгеля в маленькую чистенькую комнату, которая непонятно почему производила впечатление нежилой. Она была похожа на артистическую уборную, куда заглядывают, только чтобы переодеться и передохнуть, или на раздевалку под трибунами арены для боя быков.

— Не возражаете, если я сначала уберу продукты? — спросил Брок. — Тут есть кое-что скоропортящееся.

— Пожалуйста, — Энгель взгромоздил пакет на стол, размял руки и проговорил: — Насколько я понимаю, вы разговаривали с Мерриуэзером по телефону перед самым убийством?

— Да, — Брок распахнул дверцу холодильника и принялся загружать его снедью. Он раскладывал продукты с великим тщанием, будто оформлял витрину универсама. — Во всяком случае, так говорят полицейские. Я знаю лишь, что телефон был занят, когда я перезвонил.

— Это потому, что во время убийства трубку сбросили с аппарата. — Энгель закурил и погрузился в размышления. Брок считает его полицейским, и это хорошо: значит, он будет отвечать на вопросы. Но трудность заключалась в том, чтобы их поставить. Это должны быть вопросы, которые мог бы задать полицейский, но ответы на которые способны удовлетворить гангстера. Энгель бросил потухшую спичку в девственно чистую стеклянную пепельницу с надписью «Акапулько, Хилтон» и сказал:

— Вы звонили насчет работы, так?

— Да, хотел опять получить место.

— Тут мне не все понятно. Вы сами ушли или вас уволили?

Брок завершил раскладку продуктов и закрыл холодильник.

— Меня уволили. — Он с виноватой улыбкой пожал плечами. — И, думаю, поделом.

— Когда это произошло?

— Вчера. Может, вы присядете, мистер…

— Энгель.

Когда нет нужды врать, лучше не врать. Энгель уселся в легкое кресло, а Брок устроился на полосатой кушетке. На нем были черные брюки в обтяжку и спортивная майка болотного цвета. Вкрадчивой повадкой Брок напоминал привидение.

— Вчера… — повторил Энгель, обращаясь скорее к самому себе, чем к хозяину. Значит, Брок еще работал в бюро., когда труп Чарли Броди попал в руки Мерриуэзера. — За что же вас уволили?

Брок снова улыбнулся своей милой мальчишеской улыбкой.

— За неумение работать, — ответил он. — За опоздания на службу и халатность. — Улыбка сделалась еще шире. — Вряд ли я смог бы проработать гробовщиком до гробовой доски.

В этом Энгель был полностью согласен с Броком. Он спросил:

— А как вас вообще угораздило заделаться гробовщиком?

— Одно время я крутил баранку на Лонг-Айленде, а потом… — Брок небрежно передернул плечами. — Это было давно. Долгая история, и я не хотел бы ее рассказывать. В общем, когда мне понадобилось сменить место, я решил, что опять буду водителем. Чуть было не устроился в таксопарк, но тут на глаза попалось объявление в «Таймс», я пошел и познакомился с Мерриуэзером, который искал шофера.

— Стало быть, вы водили катафалк? — спросил Энгель. Это означало, что Брок никак не связан с приключениями тела Чарли Броди.

— Поначалу водил, но потом мистер Мерриуэзер начал проявлять ко мне особое участие, и миссис Мерриуэзер, надо полагать, тоже. Во всяком случае, он меня обучал и готовил себе в помощники, чтобы со временем я, возможно, стал его партнером. Так что под конец я уже выполнял чуть ли не всю работу.

— А потом он вас уволил.

Брок опять с улыбкой пожал плечами.

— Чем глубже я вникал в это ремесло, тем меньше оно меня привлекало. С другой стороны, я был еще не готов совсем бросить работу, потому и позвонил Мерриуэзеру. Думал, может, он поостыл и примет меня обратно.

— Ну и как, поостыл?

— Я не успел это выяснить.

Энгель пораскинул мозгами и решил, что Брок рассказал ему далеко не все. Однако концовка этой истории, должно быть, как-то связана с миссис Мерриуэзер. Возможно, Брок обучался не только ремеслу гробовщика. Может, он оставался на дополнительные занятия? Или миссис Мерриуэзер по собственному почину принимала чересчур горячее участие в судьбе молодого человека? Наверное, примерно так оно и было, и Энгель почувствовал гордость оттого, что обо всем догадался. Но, с другой стороны, догадливость ни на шаг не приблизила его к Чарли Броди и распроклятому синему костюму. Поэтому он сказал:

— Буду с вами откровенен, мистер Брок: я ни бельмеса не смыслю в работе гробовщика, и теперь, когда мистер Мерриуэзер убит, мне придется немного поучиться. Я должен знать обычную процедуру, приемы работы, распорядок дня мистера Мерриуэзера. Понимаете, что я имею в виду?

Говоря все это, Энгель с трудом сдерживал довольную улыбку, которая наверняка испортила бы все дело. Он действовал по памяти, основываясь на собственном опыте общения с полицейскими, и понимал, что сейчас наверняка смахивает на одного из них. Энгель с гордостью говорил себе, что делает все, как надо.

По-видимому, так оно и было. Брок подался вперед, всем своим обликом выказывая готовность помочь, и проговорил:

— С радостью поделюсь своими познаниями, мистер Энгель.

— Давайте возьмем для примера последнего усопшего, — предложил Энгель. — Расскажите мне, как вы работали с телом.

— Последнего клиента?

— Клиента?

На этот раз Брок улыбнулся чуточку насмешливо.

— Мистер Мерриуэзер называл их так. Теперь он и сам клиент, верно?

— Верно. Ладно, кто был вашим последним клиентом?

— Отставной полицейский по имени О’Салливан. Его схоронили нынче утром.

Энгель сумел скрыть разочарование.

— Так, значит, последним был он…

— Да, хотя я не довел работу с его телом до конца, потому что меня уволили. Могу рассказать, что я делал. И что делал потом мистер Мерриуэзер: процедура-то шаблонная.

— Нет, — ответил Энгель, увидев проблеск надежды. — Лучше расскажите о клиенте, с которым вы сами работали с начала до конца. Кто это был?

— Тоже мужчина. Некий мистер Броди.

— Броди.

— Да. Сердечный