Тайный гость - Яна Перепечина

– Вы простите меня, ради Бога, – шёпотом попросила та, – я смотрю, вы хотите к батюшке подойти и не решаетесь?

Арина, которая и подумать боялась о том, чтобы подойти к священнику, вдруг кивнула, глотая набегавшие и набегавшие слёзы.

– Вы не бойтесь, подойдите. И вам легче станет. Вот увидите. У нас необыкновенный батюшка. К нему со всей Москвы едут. Мы вот с окраины сюда каждое воскресенье приезжаем. Подойдите. Обязательно, – сочувственно улыбнулась девушка, вложила в дрожащую ладонь Арины упаковку одноразовых платочков и хотела отойти.

Но Арина удержала её за руку.

– Простите, пожалуйста, но я даже не знаю, как исповедоваться. Давно на исповеди не была…

– А вы просто расскажите отцу Иоанну про это и про то, что ваша совесть вам подсказывает. И дальше он поможет.

Арина кивнула благодарно и принялась вытирать платочком слёзы, по-прежнему независимо от её воли льющиеся по щекам. Ей казалось, что все прихожане неодобрительно смотрят на неё. Но когда она быстро, украдкой осмотрелась, то увидела, что большинство из них погружены в свои мысли – готовятся к исповеди. А в глазах тех немногих, с кем встретилась взглядами, она с удивлением прочла только понимание и сострадание.

Из храма она вышла потрясённой. Отец Иоанн не только не посмеялся над ней, не только был бесконечно добр и терпелив, но и допустил до Причастия. Она пока совершенно не понимала ни хода церковной службы, ни того, какие Таинства творятся в старинных стенах, но всей душой чувствовала, что наконец, после стольких лет, нашла свой дом, который так долго искала, да всё не там. Но нашла, нашла всё-таки.

Отец Иоанн на следующий же день приехал к ним, исповедовал, причастил и соборовал Надежду Фёдоровну. Потом они долго о чём-то говорили за закрытой дверью. Когда батюшка ушёл, Надежда Фёдоровна подозвала Арину и благодарно сжала её ладонь в своих больших, изуродованных артритом руках.

– Спасибо тебе, Аришенька, – улыбаясь, прошептала она. В глазах её стояли слёзы.

– Ну что вы, Надежда Фёдоровна, это вам за всё спасибо, – попыталась запротестовать Арина.

– Тихо, тихо, – приложила палец к губам старушка, – не надо. Меня благодарить не за что. Вы с девочками подарили мне два года счастья. И ещё подарите, я уверена, радость отхода среди любящих людей.

– Надежда Фёдоровна! – Арина едва не заплакала. – Я вас прошу! Ну, куда вы торопитесь?

– Ничего себе – тороплюсь! – хмыкнула старушка. – Скоро за девяносто перевалит, а ты говоришь тороплюсь. Пора мне. И уже давно пора было, но я сейчас поняла только, для чего Господь меня так долго здесь держал. Чтобы тебе было куда вернуться. А вот теперь я своё дело до конца довела. Ты на ногах крепко стоишь, девочки наши умницы, помогают тебе. Могу теперь и помирать. Замуж только тебя не выдала. Ну, с этим ты и без меня справишься, – лукаво посмотрела на неё Надежда Фёдоровна.

И Арина невольно улыбнулась. Если до прихода к ним в дом отца Иоанна ей всё казалось, что она делает что-то не то и не так, не понимает, что нужно её любимой Надежде Фёдоровне, то теперь, глядя на умиротворённое и даже счастливое лицо старушки, она была спокойна. Покой и тишина воцарились в их доме. И так же покойно и тихо покинула их Надежда Фёдоровна через три дня. Покинула, оставив всё своё имущество Арине и её дочерям.