Не та игра - Алексей Евгеньевич Михайлов

Она лежала на спине и глядела на небо. Звезды еле проглядывали через густую листву берез и лапы ельника. Вот так видно три звезды. Одну яркую и две потускнее. А вот так, если сместить голову чуть левее, — еще две. Но так лежать совсем неудобно. Луну не было видно вовсе. Хотя она точно уже появилась. Круглая. Белая. Большая. Где-то там слева. За деревьями. Но ее свет не пробивался через густые заросли. Только небо стало чуть светлее.

Она не знала, доживет ли до рассвета. Возраст, физическое и психическое напряжение последних дней, истощение и старая болезнь сделали свое дело. Навряд ли она сможет идти. Даже после того как выспится. Но они скажут, что духи Кыусото, наконец-то, забрали её.

Она бессильно лежала на земле и размышляла о прошлом и будущем. До спасения была всего-то пара шагов. Сразу за двухметровым идолом с головой птицы, выдолбленной в мощном, в полтора обхвата, дубовом бревне, которое специально приволокли из речной долины и вкопали в землю. Сегодня она, наконец-то, нашла путь домой, хотя раньше проходила тут, наверное, раз сто. И сейчас на эту пару шагов силы уж точно найдутся.

Только теперь ей это не нужно. Зачем? Ей пятьдесят семь лет. Она уже старуха. Здесь стареют гораздо раньше. И почти все ее ровесники в округе давно уже умерли. Что она будет делать дома? Кому она там нужна? Ее никто не узнает. Ни внешне, ни внутренне. Да и она уже половину позабыла.

За последние тридцать три года многое изменилось. Она стала матерью. Пять раз. И все дети выжили. И теперь у них есть свои дети. И сама мысль о том, что она будет жить где-то в другом месте и ни разу их больше не увидит, страшила ее больше, чем смерть.

Она уверовала в Бога. В старого Бога далекой земли, который пришел сюда совсем недавно. Не только потому, что здесь иначе нельзя. И не только потому, что это единственная нить, связующая это место с ее миром, где бабушка тайком крестила её, когда-то очень давно… Она встретилась с чудом. И, самое главное, осознала его. Осознала Его предопределение. И свое место в нем. А поиски все эти годы она продолжала только лишь из-за чувства долга. И сейчас, когда долг может быть исполнен, она поняла, что он перед вечностью, частью которой она себя ощутила, не имеет никакого значения. Так же как и ее смерть.

Глава 6

Череп и кости

Что-то однозначно пошло не так! Он откровенно паниковал. Произошедшее его испугало. Он понял, как он ничтожно мал. Он хотел вернуться назад. Он сожалел о своей глупой мечте изменить историю, сделать этот мир лучше.

Вот уже двое суток он плутал в этой проклятой чащобе, продираясь через заросли кустарника, поваленные деревья и торчащие во все стороны ветви, пытаясь найти путь назад. И с каждым днем надежда на возвращение становилась все призрачнее. Если все будет продолжаться в том же духе, то он никогда не выберется из этого проклятого леса. Так и останется гнить здесь вместе со всеми этими дряхлыми, замшелыми деревянными истуканами, вырезанными столетия назад и торчащими из-под земли то здесь, то там под разными углами.

Это место не иначе проклято. Даже птицы здесь не поют. Ночью слышно волков. Где-то очень далеко. Но сюда они не суются. Может быть, его еще не почуяли. А может, они обходят этот край стороной. Если бы он был волком, то точно бы сюда не лез. За все это время он не видел тут ни одного зверя. Только лягушки и змеи.

Слишком влажно. Еще бы. Вокруг болота. А еще не меньше пятнадцати небольших озер собрались на площади в 25 квадратных километров. В такую жару всё это испаряется. Дышать тяжело. Первое время этого не замечаешь. Но, чем дольше здесь находишься, тем сложнее. Тело постоянно покрыто липкой испариной. Тут волей-неволей будешь нырять в каждое озеро, чтобы хоть как-то остудиться и помыться.

Но хуже всего — гнус. Кажется, что комары облепили его гудящим коконом. Сначала это жужжание раздражало. Теперь — пугает. Он весь покусан. Все лицо, шея, руки превратились в сплошные зудящие раны. Уже на второй день ему пришлось вымазаться в грязи, чтобы хоть как-то защититься. И он уже задумывается, может ли человек погибнуть от насекомых. Страшная, нелепая смерть.

А одежда? Какой умник придумал нарядить их в эту непрактичную робу? Она не защищает от комаров, не греет ночью и мешает лазать по деревьям, цепляясь за ветки. Широкие белые льняные брюки и косоворотка уже к концу первого дня требовали серьезной стирки, а сейчас он даже не знает, отстираются ли они вообще. А обувь? Эти глупые чешки с завязками на тонкой кожаной подошве? Ходить по лесу в такой обуви просто опасно. Хорошо, если участок покрыт мхом или иголками. Так хотя бы видно, куда наступаешь. А если трава, — запросто можно наколоть ногу о какой-нибудь сучок.

Последние дни он питался щавлем, корневищем осоки, земляникой, черемухой и неспелой малиной. Но этим не наешься. И даже не набьешь желудок. Постоянное чувство голода. Ещё чуть-чуть, и он будет готов съесть все, что угодно. Насекомых, лягушек и змей. Прямо сырыми. Как те лисички, что он съел вчера. После них желудок и кишечник начали давать сбои. Так недалеко до обезвоживания. Ещё один фактор его невероятной усталости.

Мысли о еде постоянно торчат в голове. Хотя этим утром он стал замечать, что сознание потеряло былую ясность, и порой он начинает бредить. Или зацикливаться на какой-то ненужной мимолетной мысли. Например, о своей ничтожности. Хорошо, что воды тут полно. Можно хотя бы попить. Но рыбы в этих бездонных темных озерах не видно.

Ученые ошиблись. Наука оказалась не всесильна. Отсюда нет выхода. Ничего он изменить не сможет! Надо спасать себя. Надо найти людей. Или хотя бы выбраться к реке. Попытаться развести костер. Насобирать беззубок[7]. Попробовать сплести корзину для рыбы. Организму нужен белок.

— Минин, ты выезжал на скелет? — спросил Накаряков, едва Максим переступил порог его кабинета.

— Так точно, товарищ подполковник, — не задумываясь, отчеканил Максим.

Чем-чем, а курсантской выправкой Максим нравился начальнику отдела. Не чета этим увальням с их гражданским образованием. Даже если они и служили в армии. Да и что сейчас армия? Год! А курсанты пять лет впитывают дисциплину и порядок. «Через изнурительные физические упражнения будем исправлять