Дальний билет - Михаил Сидорович Прудников

Бургомистр вошел в комнату по-хозяйски, поставил на лавку корзину с подарками, обнял Стешу за плечи.

— Скучала?

— Ясное дело, скучала! — неестественно возбужденно ответила Стеша, и что-то в ее тоне смутило бургомистра.

— Что это с тобой? — спросил он, отстраняясь.

— Со мной? — она засмеялась, и тоже неестественно. — Ничего со мной.

— Тихо! — раздалось сзади, бургомистр обернулся и увидел на пороге спальни человека с пистолетом в руке.

— Тихо! — повторил Виктор, входя в комнату. — Одно движение, и я стреляю. Хозяйка! Отстегни у пего ремень! К кобуре не прикасайся! Так. Брось ремень мне под ноги.

Виктор, не сводя с бургомистра взгляда, нагнулся к ремню, достал из кобуры вальтер, положил его к себе в карман.

— Теперь можете сесть! — приказал он. — Хозяйка, задерни окно получше. А вы, — кивнул он бургомистру, — садитесь к столу.

Бургомистр подчинился.

— Вот и хорошо, — сказал Виктор, выдвигая на середину комнаты стул и тоже садясь. — Теперь побеседуем. Разрешите представиться — представитель здешней партизанской бригады. Себя можете не называть, знаю. Разговор у нас пойдет по душам, но негромкий. Понятно? Понятно, я спрашиваю?! — прикрикнул он.

Бургомистр кивнул.

— Нас интересуют сроки и планы ближайших карательных акций.

— На что вы рассчитываете? — бургомистр попробовал возразить. — В поселке мои люди. Вы не уйдете отсюда живым.

— Вы ошибаетесь, полагая, что я здесь один, — сказал Виктор с улыбкой. — При всех осложнениях и вы, и ваши люди отправятся к праотцам, если те примут вас. При вашем благоразумии все будет тихо, и мы гарантируем вам, что ни ваши люди, ни немцы не узнают о нашей беседе. Больше к этой теме возвращаться не будем. У меня мало времени. Итак, я задал вам вопрос.

Черт знает что… — сказал все же бургомистр.

— Поторопитесь! — приказал Виктор.

— Собственно, немцы всегда готовятся к карательным акциям.

— Это мы знаем! — Виктор усмехнулся. — Конкретно?

— Собственно… — Красное лицо бургомистра болезненно поморщилось. — Позвольте выпить воды?

— Хозяйка, в комнате вода есть? — спросил Виктор.

— Есть, — сказала Стеша и вдруг улыбнулась. — Да не выдам я вас ради этого старого борова. — Она поднялась, чтобы налить бургомистру воды.

Виктор рассердился было на нее за эти слова — приказывал ведь ей вести себя испуганно, но увидел, как поразили они бургомистра, как тут же обмяк он, словно получил не только неожиданный, но и жесточайший удар. Подождал, пока бургомистр неловко напьется, напомнил:

— Конкретней.

— Значит, так, — бургомистр почему-то стал обстоятельным, — ничего особого за последнее время не было. Но слухи ходят, что они решили взяться за вас по-настоящему. Однако я по чему сужу? По командам, которые мне даются. За последнее время особых команд не было. Пришла вот обычная бумага об усилении бдительности, о… ну, словом, как всегда. Да вот она, у меня в кармане. — Он двинул было рукой, но тут же замер, испуганно глядя на пистолет Виктора.

— Вынимайте, вынимайте, — разрешил Виктор и добавил: — Стеша, возьми у него инструкцию, дай мне.

Бургомистр смотрел на Стешу с ужасом.

Виктор, не читая, спрятал бумажку.

— Дальше?

— Что же еще? — Бургомистр вновь стал обстоятельным. — Приказано восстановить связь с посланным к вам человеком. Последнее время она прервалась.

— Кто этот человек?

— Не знаю. Мои люди брали донесения от него на заброшенной пасеке, на тридцатом километре. Там раньше лесной кордон был. Кто он — не знаю. Велено только Захарьевский хутор спалить, это ему сигналом будет, и он сам придет к полицаю Охрименко.

— Еще! — торопил Виктор. — У вас ведь целая свора осведомителей. Кто они?

Ей-богу, нет! — Бургомистр хотел перекреститься, но снова замер, глядя на пистолет Виктора. — Было насчет этого приказание, но ничего у меня не вышло. И этим занялась комендатура. Ей-богу, об этом ничего не знаю, ни сном, ни духом.

— Ну а по слухам, когда ожидают карательную операцию? — спросил Виктор.

— Что вам сказать? — отвечал бургомистр. — Слухи самые разные. Но если своим умом разобраться, то получается так. С одной стороны, им урожая дождаться надо. Иначе ведь такую ораву ничем не прокормишь. С другой стороны, до зимы им нет резона откладывать. Зимой они воевать не любят. Так что вот выходит — где-то к осени ждите.

— Ну и как? — усмехнулся Виктор. — Договоримся, чтобы вы сообщили нам об этом?

— Известное дело, договоримся! — стал уверять бургомистр, бросая взгляды на пистолет. — Как только что-нибудь узнаю, непременно сообщу. Скажите — как, и сообщу!

— А вот на той же пасеке письмо нам оставите, — сказал Виктор.

— Считайте, что договорились! — заверил бургомистр.

— Что ж, больше вам нечем нас порадовать? — спросил Виктор.

Бургомистр задумался.

— Вот разве, — начал он, — велено ряженый партизанский отряд создать — пустить по селам, перед урожаем остатки у людей выбрать. Для этого из Витебской области полицаи прибыли. По северным деревням пойдут.

— Так, — сказал Виктор. — Что же ты, папаша, сукин сын, такими делами занимаешься?! Раскулачила тебя, подлеца, Советская власть, а оказывается, расстрелять надо было!

— Так ведь у каждого своя судьба, — залебезил бургомистр.

— Ну да ладно, — усмехнулся Виктор. — Говорить с тобой — только время тратить. Ты давай не тяни, все, что знаешь, выкладывай. Я с малым не уйду. Ну?!

— Господи! — взмолился бургомистр. — Да ведь и рад бы, да ничего больше нету!

— Тьфу! — плюнула Стеша. — Таким героем рисовался.

— Да какой я герой! — запричитал бургомистр, — Из одного только страху и служить пошел. Да сами ведь знаете, у меня на руках крови нету. Даже они, немцы то есть, мной недовольны..

— Врешь! — прервал его Виктор, — И кровь есть, и немцы тобой довольны. Ну так я жду!

— Да господи!.. Да Христом-богом!.. У меня сейчас одна забота — для работ людей поставлять. Ведь они из-за вас весь город перерывают, заграждения ставят. Этим только и занимаюсь.

— А грабежи? — напомнил Виктор.

— Так ведь приказывают! Каждый день им какую-нибудь мзду давай. Где же взять-то?

— Слушай, — сказал Виктор. — Дом заминирован. Если ты раньше чем через час выйдешь отсюда или начнешь звать кого-нибудь, мои друзья взорвут все тут к чертовой матери вместе с тобой! Понял?

— Все понял, — подтвердил бургомистр. — Все как есть. А вы, значит, о нашей встрече — никому?

— Никому, — пообещал Виктор и спросил Стешу: — Вы, наверное, со мной? Вам здесь оставаться нельзя.

— Да, — радуясь, согласилась Стеша.

Они вышли через холодные сени, прошли двором к лазу в заборе, и вскоре уже входили