До первого выстрела - Александр Тамоников

— Э-э, ты чего, русский? Какой такой разговор-мазгавор? — подошел наконец абрек.

— Как тебя зовут? — спросил Сергей.

— Тебе какой дел?

— С тобой говорить — мука одна. Короче, Ваху Бокаева знаешь?

— Барса?

— Барса! — Сергей и не предполагал, что Бокаева звали еще и Барсом.

— Кто в Ичкерии Барса не знает?

— Ну тогда знай: Ваха — мой друг, а значит, делаешь так: дашь своим людям команду переправить машину через реку. Поедем к тебе! Смотреть гостиприимств, — передразнил чеченца Сергей. — Я поживу у тебя, пока ты не свяжешься с Барсом. Что делать дальше, скажет он сам. Понял, горец?

Главарь банды замер с открытым ртом.

— Ты не понял? — повысил голос Роенко.

— А? Понял. Все понял!

Он обернулся, что-то крикнул своим хриплым гортанным голосом. Вскоре весь собравшийся шалман чуть не на руках перенес «Ниву» на противоположный берег. Следом переправились по каменной гряде, почти не заметной ночью, горец с Сергеем. Они вдвоем сели в машину.

— Так ты скажешь, как тебя зовут? — Сергей завел машину.

— Вагид.

— Меня просто — капитан. Показывай дорогу, джигит!

— Понял. Сичас направа! Вдоль лесополосы!

Поехали.

Абрек молчал. Молчал и Сергей. Так они проехали до аула Арты.

— Вот моя дом, — с некоторой гордостью показал Вагид на огромное каменное здание, окруженное высокой каменной оградой.

— Не дом — крепость, — польстил хозяину Сергей.

— Да, крепость, — согласился Вагид.

Он вышел из машины. Не подходя к воротам, что-то громко крикнул. Вскоре со двора послышалась женская речь. Ворота распахнулись. Вагид жестом пригласил — въезжай.

Сергей завел «Ниву» на середину двора. Мимо мелькнула женская фигура, закутанная с ног до головы во все черное. Роенко вышел из салона.

— Ну что, хозяин, кормить-поить будешь?

— Сичас вода принесут, руки-ноги помоим и — в дом. Там будэм кушать, там будэм отдыхат.

Проделав все процедуры, Сергей с Вагидом вошли в огромную комнату. Легли на подушки, разбросанные на огромном ковре.

Женщина, тщательно скрывая лицо, вошла с подносом. Сняла с него клеенку, расстелила между мужчинами, поставила чайник с чаем и две пиалы.

— Давай, капитан, чай пить будэм, пака мяса жарит. После трудной дорога чай хорошо.

— Чай-то хорошо, но я предпочел бы водочки. Имеется в арсенале?

— Водка? Канечна. Эй. — Он как-то непонятно выкрикнул имя жены, которая тут же появилась на пороге.

Вагид что-то отрывисто ей приказал. Из трех произнесенных слов Сергей понял только «арак» — водка. Вскоре бутылка стояла на клеенке. Сергей открыл, предложил чеченцу, но тот отрицательно покачал головой, перевернув пиалу.

— Ну, дело твое!

Сам же Роенко налил полную чашку. В три глотка выпил.

— Курить у тебя можно? — спросил он.

— Анаша хочишь?

— Нет! Дряни не потребляю.

— Зря, а так — кури, пепел на клеенку и бросай!

— А ты чего чай-то свой не пьешь, Вагид? Пей!

Чеченец послушно налил половину пиалы и стал медленно пить маленькими глотками горячий ароматный напиток.

После сытного запоздалого ужина Вагид спросил:

— Как мне назвать тебя Барсу?

— Назови просто капитаном, к которому он как-то присылал старого кабардинца насчет сына.

— Харашо! Этой же ночью попытаюсь связаться с ним, а ты пройди в комнату — там все готово для спокойного отдыха.

Сергея провели в комнату, где на ковре была разложена шикарная постель. Проводив хозяина, Сергей положил свой «ТТ» под подушку. Не раздеваясь, удобно устроился и тут же крепко уснул.

Наутро к дому подогнали старый «ГАЗ-66», наполовину загруженный мешками с цементом. Сергей, приведя себя в порядок, вышел на улицу.

К нему тут же подошел Вагид.

— Капитан! О тебе даложил! Барс готов вистретится с табой, но прасил таропиться, он ранен.

— Ранен? Тяжело?

— Мне не сообщили, сказали: доставь тебя быстрей!

— Как понимаю, ты решил прокатить меня на этой развалюхе?

— Этот развалюха все знают. На нем поедишь. Укроим мешками с цемент.

Сергей посмотрел на Вагида.

— Иначе нельзя?

— Нет! Ты же сам знаишь, как проверяют наши машин ваши посты. Разгружать не будут. Прострелят груз, и все. Цемент пуля не пробьет.

— А если какой-нибудь рьяный прапорщик все же прикажет разгрузить грузовик?

— За рулем будит пожилой мужчин, рядом — беременный женщин, кто будет разгружать? Не волновайся.

— И сколько будет длиться наш путь?

— Ай, пят-шест часов.

— Готовьте место, и начинаем движение, — приказал Роенко.

«ГАЗ-66» прошел путь до места назначения — горного селения, где ждал его Ваха Бокаев, за четыре с небольшим часа. Вагид оказался прав. Однажды обстреляв кузов, больше к грузу на блокпостах интереса не проявляли.

В селении машину встретили горцы. Один из них помог Сергею выбраться из-под цементного плена и спросил:

— Оружие есть?

— Пистолет «ТТ».

— Оставь здесь!

Роенко передал оружие, напомнив:

— Потом вернешь!

— Верну! Иди, капитан, — Барс ждет тебя!

Сергея провели в дом. Из комнаты — в подвал, а только оттуда, через потайной вход в самом углу, в небольшой погреб, где на одеялах и подушках лежал бледный, еще не старый человек, терзаемый болью. То, что смерть вплотную приблизилась к нему, было заметно сразу.

Рядом находилось несколько человек, молча сидящих возле умирающего.

— Так вот ты какой, капитан. Сын, Султан, рассказывал о тебе. Воин, говорил, бесстрашный, отчаянный, настоящий джигит! Его слова. Рад видеть тебя. К сожалению, встреча наша первая и последняя. Ваши пули все же достали меня.

— А на что другое ты рассчитывал, Барс? Когда-нибудь этим все и кончилось бы.

— Не будем об этом. Я хочу лично поблагодарить тебя за спасение сына. Еще хочу спросить, почему ты пощадил его, уничтожив всех остальных? У него же тоже было в руках оружие?

— Оружия не видел, а с детьми, Ваха, я не воюю.

— Ты отпустил бы его, если знал, что он мой, Бокаева, сын?

— Мне без разницы, чей это был сын — руководителя всего сопротивления или простого пастуха. Ребенок за отца не ответчик!