Кризис жанра - Марина Серова

Однако зал особняка Корноухова был покруче любого ресторана, а столы просто ломились от всевозможных яств. Когда гости вошли, грянула музыка и запели приглашенные певцы. Танцевавших жениха и невесту буквально осыпали ливнем из купюр. Потом пошли всякие конкурсы и приколы, выкуп торта. Какой-то полный коротышка с блестящей лысиной заплатил за кусок торта пять тысяч долларов. Я привстала, чтобы взглянуть на него, а когда обернулась к Александру, его уже не было рядом.

— Вот засранец, обещал же не отходить, — выругалась я сквозь сжатые зубы.

— А где Александр? — удивленно спросила Агеева, возвращаясь с танцевальной площадки под руку с каким-то подтянутым седовласым мужчиной в сером костюме-тройке.

— Пошел, наверное, в туалет, сейчас найду, — буркнула я, встала и направилась туда, где, по моим догадкам, должен был находиться туалет. На лестнице курили, негромко переговариваясь, двое мужчин. Я уловила фразу о сделке с концерном «Байер». Увидев меня, они примолкли. На стене я заметила план первого этажа, где четко и ясно были обозначены два туалета. Спустилась по лестнице, но среди трех мужчин, ожидавших своей очереди у двери с изображением писающего мальчика, Александра не наблюдалось.

Восстановив в голове план первого этажа, я прошла дальше по коридору к кухне. Еще из коридора до моих ушей донесся громкий смех Александра. Он сидел на кухне и ел большой ложкой компотную гущу из тарелки. Повариха, полная женщина в белом колпаке и переднике, смеялась вместе с ним.

— Александр, я же велела тебе никуда не отходить, — строго сказала я, входя. — Ты что тут людям мешаешь?

— Ничего, пусть сидит, — улыбнулась повариха. — Когда он бывал в этом доме, всегда заходил ко мне, а я кормила его вкусненьким. Мы с ним друзья, правда, Саша?

— Да, — с блаженной улыбкой проговорил Александр.

— Знаете, по-моему, он где-то выпил, — приблизившись ко мне, тихо сказала повариха, кивая на Александра, — от него пахнет спиртным.

— Да, я не уследила, — призналась я, заметив, что мой подопечный успел заляпать свой белоснежный костюм. — Что, Саша, пойдем?

— Пошли, — решительно сказал Александр, отставляя в сторону пустую тарелку, — будем с тобой танцевать.

Танцы с ним оказались процедурой не только сложной, но и болезненной. Он оттоптал ноги мне и гостям, танцевавшим вокруг нас, толкнул кого-то, нечаянно врезал локтем в живот какому-то тощему мужчине, и мне пришлось усадить его за стол. За столом он вел себя, как настоящая свинья. Мои попытки привить ему нормы приличия и порицания со стороны Агеевой не возымели никакого действия. Люди, сидевшие с нами по соседству, старались не смотреть в сторону Александра, дабы не портить себе аппетит.

— Ну и что с ним делать? — повернулась я к Агеевой.

— Не знаю, — пожала она плечами и кивнула в сторону Ивана Глебовича: — Они знали, на что идут, приглашая его.

Супруга Ивана Глебовича с фальшивой улыбкой на губах поднесла Александру кусок торта:

— Вот, Саша, покушай, тортик специально для тебя.

— Спасибо, — расплылся в благодарной улыбке Александр.

— Если тебе еще чего-нибудь захочется, без стеснения обращайся ко мне или к Ивану, — проворковала она, удерживая на лице улыбку. Ее глаза были прикованы к подбородку Александра, перемазанному салатом. Его ингредиенты свисали вниз наподобие цветной бороды.

— Ишь, как Инна старается, — тихо проговорила Агеева, когда она отошла, — думает приманить его сладким. Не выйдет у нее!

Я посмотрела на Александра и едва не лишилась дара речи. Сосед Александра справа налил себе рюмку водки, потянулся за ветчиной, а мой подопечный в это время выхватил рюмку и опрокинул ее себе в глотку с видом бывалого алкоголика, имитируя поведение гостей.

— Саша, твою мать! — не выдержала я и вырвала у него рюмку. — На кой ты это сделал?

— Невкусная, — скривился он, часто дыша, — жжет!

— Он что, выпил? — спросила Агеева, глядя на нас. — Ну что с ним будешь делать!

— Налить еще? — предложил сосед Александра с улыбкой.

— Не советую, — с грозным видом сказала я.

Чтобы избавиться от неприятного вкуса водки, Александр запихнул в рот весь кусок торта целиком.

— Во дает парнишка, — хохотнул сосед.

Я протянула Александру салфетку.

— Вытрись, у тебя весь рот в креме.

Он послушно утерся.

Изрядно захмелевший Иван Глебович поднялся и громко объявил, что сейчас все попробуют вишневой наливки домашнего приготовления. Приготовила наливку мать невесты. Растроганный до слез Иван Глебович, обняв новоиспеченную родственницу, звонко чмокнул ее в щеку. Та зарделась, стала со смехом отбиваться. Пара официанток пошла от стола к столу, разливая наливку из графинов. Рядом с нами вновь появилась Инна с куском торта на тарелке.

— Вот, Саша, а то у тебя уже закончился. Может, хочешь конфет?

— Нет, я хочу потанцевать, — развязно протянул Александр. — Женя не хочет со мной танцевать, говорит, что я медведь.

— Давай я с тобой потанцую, — сразу же предложила Инна.

— Он вам ноги оттопчет, — предостерегла я ее, косясь на Александра.

— Ничего страшного, я потерплю, — бросила Инна. Я пожелала им удачи. Танцы закончились печально. Опьяневший Александр нечаянно ударил Инну в лицо, разбив ей в кровь нос. Иван Глебович мгновенно оказался рядом и врезал Александру в челюсть, размахнулся для второго удара, однако сделать это не позволила я, перехватив его руку.

Супруга Ивана Глебовича, вся в слезах, прикладывала к носу платочек. Платье ее окрасили капли крови. Александр тоже разревелся, закрывая лицо руками.

— Уберите этого придурка от моей жены! — ревел Иван Глебович, вырываясь из моего захвата.

Минуты через две мы уже ехали домой. Александр все ныл, обиженно восклицая:

— Он ударил меня, ударил прямо по лицу! Я же нечаянно тетю Инну стукнул. — По его щекам катились горючие слезы.

— Да хватит хныкать, как младенец! — прикрикнула я на него. — Ты же здоровенный лоб! Прекрати!

Александр замолчал. Я притормозила перед пунктом проката видеокассет и взяла для нюни сериал «Утиные истории».

В дверях квартиры мы встретили Рашида.

— Вы нас покидаете? — с надеждой спросила я.

— Не дождешься! — оскалился он. — Я — по делам и скоро вернусь. Попробуйте только не впустить! Я вернусь с милицией.

— Я в курсе, — пробурчала я. Он вышел. Я заперла за ним дверь.

— Поставь мультики, — попросил Александр, протягивая видеокассету.

— Пошли, — вздохнула я. Кассета была продолжительностью сто восемьдесят минут, так что три часа у меня освобождалось для работы. Потом должна была прийти Юлия, чтобы приготовить нам еду. Под звуки заставки мультяшного сериала, доносившиеся из гостиной, я проверила электронную почту. Ответа еще не было. Тогда, оставив компьютер, я решила заняться физическим самоусовершенствованием. Открыла окно, чтобы в комнате было достаточно воздуха, и начала с каты. Потом, учитывая стесненные условия, попыталась отработать некоторые удары из техники ближнего боя — «дуань да», следом серию «ате-вадза» — тычковые удары в уязвимые места, представляя себе при этом самодовольно улыбающегося Ивана Глебовича. Вылощенный чиновник произвел на меня самое неблагоприятное впечатление. Я не удивлюсь, если выяснится, что заказчиком убийства Ирины и попытки покушения на Александра является именно он. Приняв упор лежа, я отжалась сто пятьдесят раз на кулаках. Поднявшись, восстановила дыхание и повторила подход. Затем прокачала пресс простыми поднятиями корпуса, далее отжималась на одной руке. Когда мышцы стали подрагивать от напряжения, я прекратила упражнения, походила по комнате, выполняя наклоны, прогибы и махи с поворотом корпуса, а отдышавшись, пошла в душ. Александр, словно приклеенный, сидел перед телевизором. Похождения мультяшных уток его совершенно заворожили. После душа я присела рядом с Александром с чашкой кофе в руке.