А жизнь так коротка - Джеймс Хедли Чейз

Он развернул пакет и нашел там три галстука. Таких галстуков у него еще никогда не было. Они стоили целое состояние.

– О, Клер! Это же страшно дорого стоит. Я не знаю, смогу ли я это принять.

– Не притворяйся идиотом, милый. Они мне ничего не стоили. Я написала фабриканту, которому позировала, и попросила образцы. И вот они здесь. Они тебе нравятся?

– Кроме шуток? Фабриканты просто так не раздают такие галстуки.

– Не всем, конечно, но такое случается довольно часто, особенно если они любят хорошеньких женщин.

Следующие несколько минут они провели, примеривая галстуки.

– У меня глупая идея, Гарри. Ты действительно хороший парень, и я хочу попытаться достать для тебя костюм у одного типа, которому позирую.

– Что? Костюм?

Он в смущении переминался с ноги на ногу.

– О костюме нечего и говорить. Придет время, когда я сам буду делать себе такие подарки.

– Но тебе нужен хороший костюм.

– Мне не нужны подарки. Мужчина не может принимать подарки от женщины, – добавил он, краснея.

– Но это же условность, Гарри. Какое это имеет значение? Я тебя люблю и хочу, чтобы ты был счастлив. У меня есть деньги и много полезных друзей. Почему бы нам не поделиться? Мне доставляет удовольствие делать тебе подарки.

– Но в конце концов, Клер, я стану похожим на сутенера. Я хорошо понимаю, что тебе это ничего не стоит, но если я не смогу тебе что-то дарить со своей стороны, так не пойдет.

Лицо Клер омрачилось.

– Каким ты можешь быть злым. Хорошо, – сказала она сухо. – Не принимай от меня ничего. Ты даже можешь не приходить ко мне, если ты кажешься себе похожим на сутенера.

Она вернулась на кухню, с трудом сдерживая гнев. Гарри проводил ее глазами.

– Клер! Я тебя умоляю. Я…

Она повернулась, и он с удивлением увидел на ее глазах слезы.

– Прости меня, Клер. Я тебя умоляю.

Он подошел к ней, но она оттолкнула его и, повернувшись спиной, принялась готовить салат.

– Я не хотел тебя обидеть, – сказал он с несчастным видом.

– Да ладно, не будем об этом говорить, – холодно произнесла она. – Блюдо там. Поможешь поставить на стол.

– Я тебя люблю, Клер, и сделаю все, что ты хочешь.

– Это только слова. – Она попыталась освободиться, но потом внезапно обняла его за шею. – О, Гарри, я так люблю тебя!

Тон ее голоса потряс Гарри.

– Мне хочется что-нибудь для тебя сделать. Я никому раньше не помогала. У меня даже не было такого желания.

– Я тоже хотел бы сделать многое для тебя.

Она оттолкнула его, чтобы посмотреть в глаза.

– Ты меня убиваешь, повторяя это. Я не хочу твоих денег. Я хочу тебя. Забудь о своем мужском самолюбии. Мы сможем вести замечательную жизнь, если будем делиться. Какое имеет значение, чьи это деньги. Главное, они есть.

– Для меня это имеет значение. Я хочу быть тем, кто тебе это дает.

– Но как ты можешь давать, если ты не зарабатываешь больше? Если бы у тебя были деньги, я не была бы такой гордой и принимала бы их у тебя. А сейчас позволь мне помогать тебе. Когда ты будешь зарабатывать больше, а я уверена в этом, я позволю тебе платить за все.

Она еще раз прервала его на полуслове.

– Если ты не будешь принимать мои подарки, я не поверю в твою любовь.

– Конечно, я тебя люблю, – неловко запротестовал Гарри. – Мне нравится, когда ты мне что-то даришь, но все же не делай этого часто.

– Правда? Ты принимаешь? – спросила она, блестя глазами.

– Да.

– Тогда у меня еще есть один сюрприз для тебя. – Она выбежала из кухни, и изумленный Гарри подумал, что все это невообразимо. Если бы только Рон, который говорит, что женщины любят брать, а не давать, видел это…

Клер вернулась, держа в руке второй пакет.

– Я хотела подарить тебе это на твой день рождения, – сказала она, – но не хочу больше ждать. Это принадлежало моему отцу.

Она сорвала бумагу и протянула ему золотой портсигар.

Никогда еще он не видел ничего подобного.

– Открой его, – сказала она, не спуская с Гарри взгляда.

Он нажал кнопку. С внутренней стороны крышка была покрыта затейливой гравировкой с надписью: «Гарри с любовью от Клер».

– Я не знаю, что и сказать… Это чудо! Я всегда мечтал о портсигаре, но, откровенно говоря, милая, раз эта вещь твоего отца, почему ты даришь ее мне?

– Я хочу, чтобы он был у тебя и чтобы ты каждый раз думал обо мне, когда открываешь его.

Она прижалась к нему.

– Я не знаю даже, как и благодарить тебя.

– Лишь бы ты был счастлив, а на остальное наплевать. Ты меня будешь любить и никогда не бросишь?

– Никогда! Я всегда буду тебя любить, что бы ни случилось, – сказал он, поднимая ее на руки и направляясь в спальню, дверь в которую открыл ногой.

– Гарри… Ужин готов!

– К черту ужин! – сказал он, закрывая ногой дверь.