В когтях у сказки - Дарья Донцова

– Перед вами звезда из Москвы, писательница Арина Виолова, – заголосил мой спутник.

– Что происходит? – спросил мелодичный голос. – Кто под тачкой валяется?

Задняя дверь внедорожника открылась, из салона выпрыгнула молодая женщина в джинсах и футболке. Она подскочила к машине полицейских, заглянула под нее и закричала:

– И правда Арина Виолова! Я ваша фанатка. Сережа, это же знаменитая писательница! Дадите мне автограф?

– С удовольствием, – заверила я. – Только не на чем, и не очень удобно расписываться, лежа на животе под таратайкой гаишников.

Женщина метнулась к джипу.

– Сейчас принесу ваш роман. Сережа, прими меры! Я видела Арину сто раз по телику, на каждой книжке ее фото есть.

Я слегка приуныла. Если милая дама узнала меня по снимкам, которые украшают мои книги, дело плохо, я отвратительно на них выгляжу.

– А ну вытащите сейчас же знаменитость из-под автомобиля! – заорал полицейский босс. – Вы что себе позволяете? Человека из телевизора мордой в асфальт уложили!

Я сама выползла из укрытия, встала на ноги и начала отряхивать джинсы.

– Так ориентировка пришла, – чуть не заплакал Петр. – Вот, читаю: «В городах региона двумя мужчинами совершена серия краж».

– Перед вами женщина, – перебила я, – уже не совпадает.

– Пусть уж до конца огласит, а мы послушаем, – процедил шеф.

– «Первому преступнику на вид шестьдесят восемь лет и семь месяцев…» – продолжал Петр.

– Надо же! – восхитилась я. – Так точно возраст определили!

– «Он лысый, – гудел сержант, – рост примерно метр пятьдесят четыре…»

– У меня полно волос, – обиделся Володя, – к тому же я дорос до метра восьмидесяти пяти. И, между прочим, мне сорок четыре года.

– «Совершенно седой, с рыжими усами…» – не останавливался молодой гаишник.

Жена начальника захихикала, сам Сергей крякнул, а я снова не сдержала эмоций.

– Седой лысый мужчина? На такого точно обратишь внимание.

– «Отличительная примета – отсутствие двух верхних передних зубов…» – бубнил Петр.

Володя оскалился.

– Вот, смотрите! Я орехи зубами колоть могу!

– «Второй преступник парень двадцати лет. Хорош собой, чем вызывает доверие. Длинные каштановые волосы до плеч, карие глаза, рост за два метра», – на одном дыхании выпалил полицейский.

Я не стала возражать. Ну, конечно, молодой высокий красавец с глазами цвета чернослива и с темными кудрями – это определенно вылитая я, блондинка ростом чуть выше таксы.

– Вообще ничего общего, – развеселился Владимир. – Ребята, вы гиганты ума и титаны сообразительности.

– Между прочим, мы вас не оскорбляли, – неожиданно обиделся Валерий Федорович. – Пушистый таракан!

– Только пару раз нецензурно выразились, – напомнила я.

– Это же так, в воздух, не обидно совсем. Я всегда, когда по-матерному ругнуться хочу, говорю «пушистый таракан». А он нас чайниками обозвал, – пожаловался старший патрульный.

– Не было такого, – изумился преподаватель.

– Я не слышала слово «чайник», – подхватила я.

Валерий Федорович показал пальцем на Володю.

– Как же, мужик сказал «титаны сообразительности». А титан что такое? Здоровенный никелированный бак с краном, раньше они повсюду в учреждениях стояли, в них воду кипятили. Титан и чайник одно и то же.

– Я имел в виду древнегреческих титанов, богов второго поколения, – зачастил математик, – детей Урана и Геи.

– А геи тут при чем? – еще сильнее оскорбился гаишник. – Раз я на дороге стою, то меня оскорблять можно? Сначала чайником нарек, теперь геем…

Жена полицейского начальника расхохоталась. Муж кашлянул, и она прикрыла рот ладошкой.

– Все прочитал? – нежно спросил у сержанта гаишный босс по имени Сергей.

– Длинная бумага, – пожаловался тот. И снова забубнил: – «Преступники заходят в магазин, молодой отвлекает на себя внимание, старший берет дорогие вещи и уходит. Скрываются с места совершения кражи на зеленом седане».

– У нас красный мотоцикл, – подчеркнула я.

– Мопед, – тут же поправил Владимир. – Ну никакого совпадения!

– А шмотки? – зашумел старший патрульный. – У нее в шлеме вон чего лежало. Покажи, Петя.

Сержант взял стоящее на обочине кашпо и перевернул его.

– Вау! – подскочила супруга босса. – Свитерочек от Висконти! Давно хотела такой. Где взяли?

– Сперли! – радостно объявил Петр. – Поэтому к преступной группе в составе двух человек и было применено задержание.

– Одежда принадлежит Розе Михайловне, матери директора Дома здоровья, – пустился в объяснения Владимир, – и кашпо ее, то есть шлем…

– На мотоцикле без защиты нельзя, – вставила я словечко.

– У меня мопед, – ожидаемо отреагировал математик. – Сейчас расскажу, как обстояло дело.

Сергей выслушал длинную речь моего спутника, нахмурился и скомандовал подчиненным:

– Все, сели в машину и уехали. Но сначала принесите извинения людям, на которых вы налетели по ошибке, да попросите их в суд на дураков не подавать.

– Мы не в обиде, – улыбнулся Володя, – прикольное приключение.

Гаишники со скоростью юных кроликов юркнули в свой автомобиль и были таковы.

– Напишите, пожалуйста, автограф, – попросила жена Сергея и вручила мне мою сильно зачитанную книгу.

Я расписалась на первой странице.

– И селфи, пожалуйста, – улыбнулась супруга шефа гаишников. – Встанем тут… теперь здесь… потом так… Улыбочку! Сережа, сделай общий снимок. Сначала здесь и там, под деревьями…

Фотосессия длилась минут десять, потом пара села в джип и укатила.

Владимир сказал:

– Вы так хотели попасть на рынок, глупо отказываться от своего желания из-за ерунды, которая случилась по пути. И надо отдать матери Анны Семеновны вещи. Порулили.

Владимир подошел к своему железному коню, который стоял на обочине, и остановился.

– Что-то не так с мотоциклом? – спросила я, приближаясь к нему.

– С мопедом, – пробормотал преподаватель. – Только сейчас сообразил: мои руки! Я сильно нервничал из-за гаишников, ни на что внимания не обращал, и вот, глядите…

– Полицейские не сняли наручники! – ахнула я. – Что теперь делать?

Из-за поворота послышалось тарахтение мотора. Я выбежала на середину дороги и запрыгала. Очень скоро в зоне видимости показался драндулет, похожий на телегу с сиденьем. Водитель держался за длинный рычаг, к другому его концу было приделано нечто вроде моторчика. Увидев помеху на шоссе, мужчина притормозил.