Патрик Кензи - Деннис Лихэйн

— Ага, похоже, приспело, — сказал полицейский, приближаясь к нам еще на шаг. — Что у вас с лицом, сэр?

— С лестницы упал, — соврал Джон.

Интересный поворот, Джон. Ведь, чтобы избавиться от меня, достаточно было бы просто ответить правду. Но ты не сделал этого.

— И проехались лицом?

Джон хмыкнул, я же застегнул пальто, прикрыв им пиджак.

— Да, вот неудачно так получилось… — сказал он.

— Не могли бы вы выглянуть из-за спины приятеля, сэр?

— Вы это мне?

Полицейский кивнул.

Я сделал шаг вправо от Джона.

— Не будете ли так любезны спуститься на тротуар, вы оба?

— Ну конечно, — дружно ответили мы.

Полицейского звали офицер Ларжант — фамилию я разглядел на его бирке, когда мы приблизились к нему. В один прекрасный день он станет сержантом. Сержант Ларжант. Интуиция подсказывала мне, что сделает он это с легкостью. Я готов был биться об заклад, что и все прочее он сделает с легкостью.

Подняв висевший у него на бедре фонарик, он посветил им на дверь «Утешения», прочел золотую табличку.

— Джентльмены работают здесь?

— Я работаю, — ответил Джон.

— Ну а вы, сэр? — Ларжант повернулся в мою сторону, и свет фонарика, направленный мне в глаза, болезненно ослепил их.

— Я старый приятель Джона, — сказал я.

— Так это вы Джон? — Свет фонарика переметнулся к глазам Джона.

— Да, офицер.

— Джон… а дальше?

— Бирн.

Ларжант кивнул.

— Со мной вот неприятность случилась, офицер. Мы собирались на пункт «Скорой помощи», чтобы они посмотрели, что у меня с лицом.

Ларжант опять кивнул и опустил взгляд на свои башмаки. Воспользовавшись моментом, я вытащил из кармана пальто бумажник Джона.

— Не покажете ли документы, джентльмены?

— Документы? — переспросил Джон.

— Видите ли, офицер, — сказал я, — у приятеля моего, возможно, сотрясение мозга. — И я положил руку на плечо Джона, словно помогая ему сохранять равновесие.

— Я хотел бы видеть документы, — повторил Ларжант, улыбкой подчеркивая жесткость тона. — И отступите в сторону от вашего приятеля. Пожалуйста, сэр.

Я впихнул бумажник за пояс Джона и, убрав с плеча его руку, стал рыться в карманах. Стоявший со мной Джон тихонько рассмеялся.

Он протянул бумажник Ларжанту, послав мне улыбку.

— Прошу вас, офицер.

Ларжант раскрыл бумажник на глазах начавшей собираться толпы. С самого начала люди кучковались вокруг нас по периметру, но сейчас происходящее стало интереснее, и толпа начала сжиматься в кольцо. В толпе были уже знакомые нам «вестники»; широко раскрытыми глазами наблюдали они этот вопиющий пример деградации и упадка нашего клонящегося к закату двадцатого века, пример, разыгрывающийся непосредственно перед ними. Двоих схватили прямо на Бикон-стрит — очередной знак близящегося Апокалипсиса!

Кроме них в толпе были клерки, а также люди, прогуливавшие собачек или пившие кофе метрах в пятидесяти от нас в кафе «Звездное». Кое-кто пожертвовал даже своим местом в очереди, вечно выстраивающейся возле бара «Привет», очевидно рассудив, что пива они выпьют не сейчас, так позже, а подобное зрелище пропустить нельзя.

А еще там были люди, чей вид мне крайне не понравился — хорошо одетые мужчины, в наглухо застегнутых и плотно облегающих талию пальто, взгляды их впивались в меня, как булавки. Горошины, выпрыгнувшие из того же стручка, что и Мэнни. Они замыкали толпу, расположившись так, чтобы окружить меня, в какую бы сторону я ни направился — на Арлингтон, к Чарльз-стрит или же через Паблик-Гарден. Хмурые, нехорошего вида люди.

Ларжант отдал Джону бумажник, и тот положил его в передний карман брюк, опять слабо улыбнувшись мне.

— Ваша очередь, сэр.

Я вручил ему свой бумажник, он раскрыл его и стал светить на него фонариком. Вытянув шею, Джон пытался незаметно заглянуть туда, но Ларжант слишком быстро захлопнул бумажник.

— Все в порядке, мистер Кензи, — произнес Ларжант, и часть моих внутренних органов, вздрогнув, ухнула куда-то вниз. Он передал мне в руки бумажник с улыбкой, широкой, как Род-Айленд, прошептал сам себе: «Кензи» — и кивнул в полном удовлетворении.

Я готов был расплакаться.

Потом я бросил взгляд на Бикон-стрит и увидел хоть что-то отрадное за последние пять минут: вдоль Паблик-Гарден не спеша ехала Энджи в нашей коричневой «краун Виктория». В салоне машины было темно, но я различал, как вспыхивал кончик ее сигареты всякий раз, как она подносила ее ко рту.

— Мистер Кензи, — ласково сказал голос.

Это был Ларжант, глядевший на меня снизу вверх, как смотрят щенки, и я внезапно ощутил ужас, так как ясно понял, куда он клонит.

— Я только хотел пожать вам руку, сэр.

— Нет, нет, — запротестовал я, криво улыбаясь.

— Давай, действуй, — злорадно проговорил Джон. — Пожми руку джентльмену!

— Ну, пожалуйста, сэр… Для меня это такая честь пожать руку человеку, обезвредившему этих подонков Арухо и Глинна!

Джон Бирн поднял брови и поглядел на меня.

Я пожал руку сержанту Ларжанту, хотя единственным моим желанием было треснуть по башке этого кретина.

— Очень приятно, — выдавил я.

Ларжант улыбался, кивал и трепетал от волнения.

— Знаете, кто это? — вопросил он толпу.

— Нет, скажите же!

Я повернул голову и увидел стоявшего надо мной на лесенке Мэнни, улыбавшегося даже шире, чем улыбался Джон.

— Это, — сказал Ларжант, — Патрик Кензи, частный детектив, который помог поймать серийного убийцу Джерри Глинна и его сообщника. Герой, спасший женщину с ребенком в Дорчестере в ноябре. Помните?

Кое-кто зааплодировал.

Но громче всех аплодировали Мэнни и Джон Бирн.

Мне стоило труда не схватиться за голову и не зарыдать в голос.

— Вот моя визитка. — Ларжант сунул мне в руку визитную карточку. — В любое время, если, знаете, вам понадобится где-нибудь помаячить или вообще любая помощь в расследовании, вам стоит только поднять трубочку, мистер Кензи! Любая помощь в расследовании. Понятно. Большое спасибо.

Толпа, благоразумно уверившись, что стрельбы не будет, начала редеть. Расходились все, кроме мужчин с каменными лицами и в наглухо застегнутых пальто — они лишь расступились, освобождая путь зевакам, но продолжали не спускать с меня глаз.

Мэнни сошел с лесенки на тротуар и, встав подле меня, наклонился к моему уху.

— Привет, — сказал он.

— Ну, думаю, вам пора проводить вашего приятеля к врачу, а мне — вон туда, на угол. — Ларжсант махнул рукой в направлении Арлингтон-стрит и похлопал меня по плечу. — Очень рад был познакомиться с вами, мистер Кензи.

— Да-да, я тоже, — сказал я, а Мэнни еще на шаг приблизился ко мне.

— Ну, доброго вам вечера! — И Ларжант ступил