Гороскоп птицы Феникс - Дарья Донцова

– Нет. Я в Нью-Йорке, у брата, – пояснил Паша, – а здесь три часа ночи.

– Ох, извини, не знала, что ты отправился к Мише, – стала оправдываться я.

– Кто-то заболел? – встревожился Паша. – Позвони Лёне, он приедет.

Я тут же соединилась с Леонидом, который примчался на мой зов, захватив с собой аппарат УЗИ, передвижную лабораторию и кучу разных лекарств. Проведя тщательную диагностику, он вынес вердикт: Антонина здорова, как корова.

– Но она отказывается от еды, – напомнила я.

– Не полопает пару дней, потом за милую душу миску вылижет, – пожал плечами Леня. – Готов спорить на новый эндоскоп, что хозяйка ее с рук кормила, по квартире за чхуней с ложкой бегала, а та морду воротила, мол: «Не хочу паровую куриную грудку, подайте котлеты из омара». Короче, избаловали собаку донельзя. Успокойся, нет ни малейшего повода для волнений.

Я взяла Тосю на руки.

– Откажись от корма мопсиха Фира, чей объем талии давно превысил рост, я совершенно бы не переживала. Но глянь на чихуахуа – крохотная, лапки как макаронины, еще заболеет от недостатка пищи.

– Она хитрюга и манипуляторша, – не согласился Леонид, – весьма распространенный среди комнатных любимчиков тип. Если ты начнешь причитать, сюсюкать, предлагать ей разные вкусности, эта особа живо скумекает, что из тебя можно шарфы вязать, и сядет тебе на шею. Прояви твердость, не поддавайся, и в понедельник Антонина табуретку схомячит. Без соуса. Не смей предлагать ей курятину! Пусть ест свой корм.

Сидевшая на моих руках собачка горестно вздохнула и затряслась. Я ощутила, как под ее тонкой шубкой двигаются хрупкие ребра, с трудом подавила желание немедленно дать Тосе кусок отварной курицы и пробормотала:

– Попробую.

Надевая в прихожей куртку, Леонид решил еще раз проинструктировать меня:

– Запомни: только ее еда! Исключительно! Никаких курочек, отварных языков, котлеток, конфеток и прочего. Во-первых, все это вредно для здоровья, а во-вторых, ты спровоцируешь большие проблемы.

– Хорошо, хорошо, – сказала я.

Вечером, когда я кормила собак, ко мне заглянула соседка, увидела, как чихуахуа сидит в сторонке, узнала, что она второй день ничего не ест, и пришла в ужас.

– Боже! Этот ветеринар Леонид совершенно бездушный тип! У меня, как ты знаешь, две чхуни, и обе такие эмоциональные, нервные, переживательные. Знаю, что надо делать: тебе необходим зоопсихолог Кротов. Это он спас моего Чарлика от суицида, когда пес хотел с балкона спрыгнуть. Все, набираю его номер… Сергей, алло! Спасите, у моей подруги погибает чхуша…

И вот сегодня, в понедельник, доктор приехал к нам. Больше часа осматривал Антонину, а затем объяснил:

– Положение непростое, но пока не безнадежное. Я вам скажу, что нужно делать.

Целый час мы с Максом выслушивали указания Кротова. В конце концов у меня закружилась голова. Собачий душевед говорил безостановочно, каждое указание он повторял по три-четыре раза, потом спрашивал:

– Вам ясно?

Услышав от нас с мужем дружное «да», опять начинал твердить то же самое. И вот теперь, не умолкая, Кротов принялся давать советы персонально Максу, как надо вести себя в разных ситуациях. Ну, например, если к моему мужу неожиданно подойдет сзади кто-то, от кого приятно пахнет духами… Меня зоопсихолог почему-то игнорировал. И ничему, слава богу, не учил. Может, Сергей считал Макса лабрадором или ньюфаундлендом, а меня беспородной псиной, недостойной внимания?

Когда меня уже стало подташнивать от болтовни Кротова, раздался звонок в дверь. Я, страшно довольная тем, что могу выйти из комнаты и не слушать безостановочно вещавшего звериного доктора, ринулась в прихожую и впустила в дом женщину лет сорока пяти.

– Аля, – представилась она, ставя на пол спортивную сумку, – я ухаживаю за Романом Борисовичем. Могу сидеть с ним сколько угодно, хоть до позднего вечера, но ночевать буду уезжать домой.

Помыв руки, Алевтина подошла ко мне и смущенно сказала:

– Можно вас попросить?

– Конечно, – кивнула я.

– Роману Борисовичу надо капать в глаза.

– Верно, – согласилась я, – пузырек на двери холодильника стоит.

Сиделка умоляюще сложила руки.

– Можете сами это делать?

– Да. А почему вы не хотите? – удивилась я.

– Еськину так плохо от них, лекарство ужасно щиплется, – запричитала Алевтина. – Не могу человеку больно делать, прямо сердце останавливается от жалости. Бедный Роман Борисович! Кстати, гадость эта совсем ему не помогает. Профессору просто нужно поменьше работать. А то он утром в шесть встает и весь день читает и пишет, читает и пишет, читает и пишет. Вы слышали, что академик изучает цивилизацию Нунто?

– Нет, – призналась я. – Знаю, что отец Нины преподает в вузе и является автором научных книг, но в подробности никогда не вникала.

Алевтина затараторила:

– Роман Борисович такой умный! Что его ни спроси, всегда ответ знает. Не то что мой папаша, от которого на все вопросы одно только слово «отвали» и услышишь. Роман Борисович сейчас пишет книгу о том, чем люди эпохи Нунто отличаются от нас. Он проводит исследование на студентах, аспирантах. Сравнивает современную российскую молодежь с юными нунтянами, которые жили пять тысяч лет назад. Когда я его сиделку подменяю, профессор мне о своем труде рассказывает.

Я удивилась. По поводу работы профессора со студентами у меня вопросов не возникло. А вот откуда Еськин может знать, какими на самом деле были древние нунтяне? Их-то уже не расспросишь.

Мой телефон, лежащий на полке у зеркала, весело затренькал. Я взяла трубку, заметила, что номер звонившего скрыт, и сказала:

– Слушаю вас.

– Гороскоп птицы Феникс, – произнес хорошо поставленный женский голос, – советы астролога. Вы получили подписку в подарок от друга. Сегодня вас ждет день хлопот.

Послышался звон колокольчиков, потом воцарилась тишина.

Я положила мобильный в сумку. Ну и кто подключил меня к этой ерунде? Я не верю ни в магию, ни в гадания, ни в колдовство, ни в астрологию.

– Лампа, нам скоро уезжать, – сказал Макс, появляясь в холле. – Жаль, еще могли бы поговорить с Сергеем, но дела, дела. А вы, наверное, сиделка Романа Борисовича?

– Аля, – представилась женщина.

– Сергей, – назвался зоопсихолог, который вслед за Максом появился в прихожей и тут же схватил его за рукав. – Мне нужно еще раз подробно объяснить вам, что надо делать с Антониной. Сяду с вами в машину, и пока вы по пробкам до офиса добираться будете, подробненько растолкую, как общаться с Тосей.

– Мы ездим на разных автомобилях, – заметил муж.

– По данным психологов, женщины лучше запоминают указания врачей. И они аккуратнее, чем мужчины, их выполняют, – менторски произнес Кротов. – Евлампия, я отправлюсь с вами.