Телохранитель класса люкс - Марина Серова

— А что тут говорить? — Фролов удивленно пожал плечами. — Черкасский завод в свое время помог нам построить свой завод, но на сегодняшний день мы с ним никак не сотрудничаем.

— И вас это не удивляет?

— Ну, — он замялся, — когда велось строительство, я еще не работал на Лапина, поэтому понятия не имею, почему так получилось…

— Что получилось?

— Что строили вместе, а все досталось нам. Думаю, такова была предварительная договоренность, — не очень уверенно ответил Фролов.

Из нашего разговора с Фроловым одно я поняла точно: Анатолий Лапин что-то скрывает. Он никак не рассчитывал на то, что я начну разбираться в его деловых контактах. Он выдумал нелепого противника, обозначив его достаточно правдоподобно, торговый дом «Керамдом», а я, как дилетант, легко клюнула на наживку и взялась за дело. Теперь это дело принимало иной оборот.

— Простите, — мои молчаливые размышления прервал Фролов, — вы же адвокат Анатолия, я думал, вы хотите поговорить со мной о Ветровой…

— Да, — быстро ответила я, — хочу.

— Тогда к чему эти вопросы о бизнесе?

— Видите ли, Анатолий Сергеевич предполагает, что его хотят подставить конкуренты.

— Так это не он убил Веру?

— Конечно, нет, — сообщила я очевидный для себя факт, хотя меня этот вопрос несколько удивил. — Вы же говорили, что сомневаетесь в причастности Лапина к убийству.

— Да, сомневаюсь. — Фролов виновато опустил глаза. — Но не потому что Анатолий замечательный, добрый и любящий человек. — Все эти эпитеты из уст Федора Валентиновича звучали не очень искренне, сразу видно, Лапин не был для него другом, просто партнер по бизнесу, начальник.

— А какой он? — полюбопытствовала я.

— Он? — спросил Фролов и задумался.

Я наблюдала, как этот интересный сильный мужчина меняется в лице, размышляя о своем начальнике. Я даже не ожидала, что так быстро, за несколько секунд, заместитель Лапина может превратиться из делового бизнесмена в трогательного, нерешительного человека.

— Она любила его, — неожиданно сказал он. — Любила как сумасшедшая. Я пытался вразумить ее, открыть глаза, но она даже слушать не хотела. — Мне показалось, что на глаза Федора Валентиновича навернулись слезы. — Вера была ему безгранично предана. Я не знаю, что он с ней сделал, но она принадлежала ему всецело. Такая нежная, тонкая, ранимая, она прощала все, любила и ждала. — Он опустил глаза и замолчал.

Я выдержала паузу и спросила:

— Вы любили ее?

— Я? — Он вздрогнул. — Нет, это совсем не то, что вы думаете, я женат и люблю свою жену. — Его слова прозвучали не очень убедительно, но я не стала делать на этом акцент. — Просто я думаю, он был недостоин ее. Она как добрая фея ограждала его от всех проблем, никогда не давила на него, оберегала, жертвовала своей карьерой ради его прихотей. Ведь Вере предлагали работу в Англии, вы знаете? — с гордостью, как будто о своей дочери, сказал Фролов. — А она не захотела расставаться с ним и отказалась от выгодного предложения. — Он вмиг погрустнел. — Но на убийство Анатолий не способен. Не потому что он благородный рыцарь, он просто трус, — не сдержался Федор Валентинович и сказал то, что на самом деле думал о своем шефе.

После встречи с Фроловым у меня появилось гораздо больше вопросов. Анатолия Лапина я готова была на кусочки порвать за его бурную фантазию, основанную на выдумках.

По дороге домой я еще раз набрала номер Каменева:

— Олег, что-то там странное с заводом Лапина творится, мне нужно больше информации, особенно касательно его сотрудничества с Черкассами, ты можешь еще поработать в этом направлении?

— Обижаешь, Охотникова, — самодовольно усмехнулся Каменев. — Я и не прекращал работать в этом направлении. Мне как профессионалу стало любопытно, что это за скрытые файлы появились в деле Лапина.

— О чем ты говоришь? — заинтересовалась я. — Какие скрытые файлы?

— Пока не знаю, работаю с ними. — Олег разговаривал со мной рассеянно, параллельно он стучал по клавишам компьютера, я отчетливо слышала в трубке их характерное звучание. — Но думаю, через час я смогу ответить на твой вопрос. Как только закончу с файлами, отзвонюсь тебе.

— Олег, если информация действительно стоящая, сразу скинь мне ее на e-mail.

— Договорились. — Он отключился первым.

Едва я переступила порог дома, как настойчиво зазвонил мой мобильный телефон. Я посмотрела на дисплей и невольно улыбнулась. Звонил наш дорогой депутат, Александр Петрович Масленников. Значит, усилия молодого парнишки, который успел заметить, как мы с Лапиным покидаем место трагедии на Бульваре роз, оправдались. Он таки вспомнил, кто я такая, и сообщил о своих наблюдениях шефу. Я нажала на кнопку связи и поприветствовала звонившего раньше, чем он успел сказать «алло».

— Александр Петрович, я думала, вы мне прямо спозаранку звонить будете.

— А чего это ты думала, что я тебе звонить буду?

— Ну как же, друга вашего видела. Симпатичный такой, молодой. Неужели это не он вам намекнул, что пора бы вспомнить про хорошего человека, Женю Охотникову?

— Ладно, хватит ваньку валять. — С тех пор, как Шурка Масло сел в депутатское кресло, с юмором у него были явные проблемы. Он разучился шутить сам, не понимал, зачем шутят другие, и вообще, путался в догадках: что надо считать шуткой, а что оскорблением. В последнее время он все расценивал как оскорбление.

— Хорошо, давай по делу. — Я согласилась вести разговор по его схеме, без шуток. — Зачем позвонил?

— А ты не догадываешься? — хихикнул он злорадно. — Это не ты, случайно, у нас под ногами путаешься?

— У кого у вас?

Он тяжело закряхтел в трубку и проигнорировал мой вопрос.

— Евгения Максимовна. Где Лапин?

— Александр Петрович, а почему вы решили, что я отвечу на ваш вопрос, после того как вы пропустили мимо ушей мой?

— Охотникова, если бы ты знала, какие деньги крутятся в этом деле, ты бы так не хорохорилась.

— Для меня это неважно, хоть рубль, хоть миллион. Меня наняли на работу, а я всегда добросовестно выполняю ее. Так что не пытайтесь выяснить у меня, где и как я спрятала своего клиента.

— Ладно, что он тебе наплел?

— Вы о чем?

— Охотникова, я тебя давно знаю. Ты никогда не стала бы браться за работу, если бы не видела веских оснований для этого. Если ты взялась за дело, значит, Лапин сумел убедить тебя в том, что ему угрожает реальная опасность. Я прав?

— Абсолютно. И он, как выяснилось, не лукавил. Я уже имела удовольствие повстречаться с вашими ребятами, и они определенно не в догонялки с нами играли.

— Так что он тебе наплел? — повторил свой вопрос настойчивый депутат.

— Что вы хотите завод у него забрать.