Легенда о трех мартышках - Дарья Донцова

Я взяла почтовую открытку. «Добрый день, Рая.После аварии я пришла в себя и сейчас снова рисую. Живу в роскошном санаториидля одиноких пожилых людей. Здесь очень красиво: река, лес и милые люди. Я однав комнате. Кормят хорошо, по-домашнему, есть врач, медсестра и большаябиблиотека. Я рада, что не мучаюсь в Москве вместе с Мариной. Из-за нее тогдасо мной случилось несчастье, поэтому хочу забыть человека, который понедоразумению считается моей дочерью. Спасибо тому, кто меня сюда устроил.Раиса, я счастлива, у меня новая жизнь и вспоминать о прошлом не желаю. Янацелена в будущее, сейчас готовлю картину на выставку. Простить Марину немогу. Любые призраки из прошлого меня нервируют. Переписываться нам не стоит. Яжива, здорова и счастлива. Надеюсь, ты тоже. Прощай. Анна Королькова».

– Когда Марина предложила поделить материнупенсию, я все-таки испугалась, – тихо сказала Рая, – и спросила: «Нас непоймают?» На что Марина ответила:

– Никогда, она же не выписана, по документам вквартире числится.

– Куда же Анна подевалась? – поинтересоваласьРаиса.

– У нее после наезда с головой беда и ногиплохие, – ответила Марина, – ей постоянный уход нужен, она в санатории живет…

Логинова замолчала, потом изобразила рыдание.

– Ой, как плохо остаться на свете старой,больной, никому не нужной, ой…

– О каком наезде идет речь? – остановила я еестоны.

Раиса вздрогнула, отвела в сторону глаза ибыстро ответила:

– Под автобус она попала! Лет пять-шестьназад, уж не припомню точно. Аня зимой на остановке стояла, скользко было,тротуар нечищеный, кто-то ее пихнул, она упала и под колеса угодила, хорошо,шофер внимательный оказался, с места тронулся, услышал, что народ заорал, и тутже встал! Иначе бы переехал несчастную насмерть! Ногу она сломала и головойпомутилась. Ударилась о бордюр и память потеряла.

Я уточнила:

– У Корольковой был инсульт?

Раиса пожала плечами:

– Точно не знаю, доктор говорил, что от ударасотрясение мозга вышло, а еще она испугалась! Вообще позабыла, как ее зовут. Япришла Аню проведать, она лежит никакая, глазами хлопает, чушь бормочет! Ну я иуспокоилась…

Логинова испуганно замолчала.

– Успокоилась? – зацепилась я за странный в такомконтексте глагол. – Почему?

Раиса вздрогнула:

– Что?

– Почему вы успокоились, поняв, что соседкалишилась рассудка?

Старуха заморгала, попыталась изобразитьулыбку, но губы ее не слушались, затряслись и побелели.

– Раиса Матвеевна, хотите денег? – нежноспросила я. – У меня есть при себе приличная сумма, которой я с удовольствием свами поделюсь. Если вы сейчас мне расскажете правду, я ни одной живой душе несообщу про ваши махинации с чужой пенсией. Выбирайте: деньги и мое молчание иливизит милиции и неминуемый арест за подделку чужой подписи и присвоение денег.

Логинова вцепилась пальцами в стол и пересталакорчить из себя малообразованную бабу.

– Я ее до дрожи боюсь, оттого и согласилась нааферу с получением денег.

– Вы боитесь Марины? – уточнила я.

– Дочь Корольковой страшный человек, –зашептала баба Рая, – убьет меня, как Аню.

– Марина лишила мать жизни?

– Пыталась, да не вышло, – еле слышно сказалаРаиса. – Иди-ка сюда.

Старуха встала и поманила меня рукой вкоридор, там она распахнула небольшой стенной шкаф, в котором висела верхняяодежда, и приложила палец к губам.

– Тсс!

Я замерла и услышала негромкое фальшивоепение:

– «Мой мармеладный, я не права», – бойко выводилдевичий голосок. – Муси-пуси, джага-джага, о-ля-ля…

– Ах ты б… дура сучья, – вклинился мужскойголос, – руки пообрывать, да…

Баба Рая захлопнула шкаф, на цыпочкахвернулась в кухню, села за стол, подождала, пока я устроюсь напротив, испросила:

– Слышала? Чего-то в нашей квартире строителинамудрили, в других такого эффекта не наблюдается. Девка, которая пела, этоЛена, жиличка Маринина, а мужик – Николай, они с женой надо мной живут, вечноматерятся, но это у них разговор такой. На самом деле у Коли с Ритой семьядружная, обзываются без злобы. А вот Марина с матерью друг друга ненавидели.

Начались скандалы после того, как девушка,познакомившись со скульптором, стала выпивать. Сперва Аня просто упрашивалазагулявшую дочь образумиться, потом стала прятать от нее деньги. Мариназлилась, орала, отнимала у матери пенсию. В день, когда произошел несчастныйслучай, они поругались насмерть.

– Не смей приближаться к парню, – потребовалаАнна, – он мерзавец!

– Не твое дело, – завизжала дочь.

– Сам алкоголик, и тебя губит, – неостанавливалась старшая Королькова.

– Я его люблю, – орала в ответ Марина.