Смертельный блюз - Картер Браун

– Расскажите мне, что думает наш великий лейтенант о новом убийстве? – спросила она.

Я кратко пересказал ей события, случившиеся сегодня утром, и в красках описал охоту, которую устроили Кусок Мяса и его приятель-коротышка. Эйприл веселилась от души, но, когда мы вернулись к убийству, опять стала серьезной.

– Насколько я понимаю, Глория вне подозрений, – сказал я. – Она думала, что Вулрих при деньгах и легко может заплатить ее долги, и понятия не имела, что он женат, так как наш славный Эдди и его женушка всеми силами старались это утаить.

– Это со слов Вулриха, – с сомнением проговорила она.

– Что вы хотите этим сказать? – спросил я.

– Что нет никого, кто подтвердил бы его историю.

Официантка убрала грязную посуду и принесла кофе.

– Виски? – предложила она.

– Прекрасно. Но еще лучше двойную порцию коньяка для меня и пустой бокал для леди.

– Очень остроумно, – свирепо прошептала Эйприл, когда официантка ушла. – Типичный юмор висельника, Бойд.

– Манеры плохие, – согласился я. – Но все женщины от восемнадцати до восьмидесяти лет…

Она внезапно побледнела и торопливо предложила:

– Давайте вернемся к Эдварду Вулриху, хорошо?

– Пожалуйста. – Я пожал плечами. – Значит, вы не верите его версии?

– Оставим это, – бросила она. – Вы – великий детектив. Продолжайте.

– Ситуация не лишена известной доли юмора, – заявил я. – Глория заигрывает с милым Эдди, потому что нуждается в деньгах, а Эдди делает то же самое, чтобы получить деньги от нее. Объединяет их только то, что они банкроты!

– Если вы находите это забавным, вам нужно наведаться к психоаналитику, – отозвалась Эйприл. – Вы определенно больны… Ну хорошо, значит, Вулрих и Глория исключаются. А что с остальными?

– Мускат Муллинс? – Я покачал головой. – Но у него нет мотива. Даже если он и был старым поклонником Элен Фицрой, я все равно не вижу причины, по которой он мог бы убить ее. А вообще-то из ее бывших поклонников можно составить симфонический оркестр.

– Ничего нельзя знать точно, – возразила она с чисто женской нелогичностью.

Вернувшаяся официантка нервно поставила перед Эйприл пустой бокал, передо мной полный и исчезла так быстро, словно я был прокаженным.

– Не знаю, право, запустить ли мне в вас бокалом прямо сейчас или подождать, пока вы отвернетесь, – заметила Эйприл.

– Давайте не будем отвлекаться, дорогая, – предложил я. – Кто у нас следующий в списке? Луи Барон?

– Но сегодня утром вы с Хардингом пришли к выводу, что он невиновен. Так, во всяком случае, вы мне сказали.

– Верно, – согласился я. – Барон приехал, чтобы получить двадцать тысяч долларов, которые Эдди проиграл в его заведении, но трудно предположить, что он настолько нуждается в деньгах, чтобы пойти на убийство.

– Кто еще остается?

– Таинственный финансист, который непонятно зачем появился здесь ровно за два часа до убийства. Несравненный Грэг Бейли!

– А почему бы вам не спросить его самого, если это вас так волнует?

– Я так и собирался, но не уверен, что это стоит делать, – честно признался я.

– Боитесь? – осведомилась она сладким голосом.

– Бейли знает, что я приехал сюда, чтобы вернуть Глорию на киностудию. И если я начну задавать ему вопросы, то он подумает, что я хочу свалить все на него, чтобы вытащить свою подопечную.

– А что? Разве это не так, Дэнни?

Я пропустил ее слова мимо ушей, ибо в этот момент мне пришла в голову новая мысль.

– Эйприл, дорогая! – сказал я. – Я придумал!

– Со всяким бывает, – проговорила она сочувственно.

– Иногда я просто боюсь самого себя, – продолжал я как ни в чем не бывало.

– Например, когда бреетесь и стоите близко к зеркалу, – подсказала она.

– Если я пойду сейчас к Бейли и начну задавать вопросы, то он воспримет это неправильно, поскольку знает, что я хочу вытащить Глорию, – повторил я. – Но хорошенькую девушку со светлыми волосами и голубыми глазами он ни в чем не заподозрит. Если вы ему скажете, что влюбились в него с первого взгляда, он поверит этому и растает.

– И не только он, – бросила она самодовольно.

– В этом и состоит моя идея, – объяснил я. – Он станет признаваться вам в любви, а вы мимоходом узнаете у него, действительно ли Вулрих банкрот и как скоро он сможет получить страховку. Ну, сделайте вид, будто вы озабочены…

– Понимаю, – сказала она, – но в такие игры я не играю.

– Но, дорогая, – я попробовал уговорить Эйприл, – мы же сидим в одной лодке, так ведь?

– Не буду я этого делать, – твердо заявила она. – И не настаивайте, Дэнни.

– Хорошо! – Я пожал плечами, как человек, потерпевший поражение, но не сдавшийся окончательно. – Не хотите – не надо. Давайте поговорим о чем-нибудь другом. Например, о том, что произошло прошлой ночью, скажем, с того момента…

– Нет! – перебила она.

– Я предоставляю вам выбор, – улыбнулся я. – Или мы переберем все события вчерашней ночи, или игра с Бейли в вопросы и ответы.

– Мистер Бойд, – возмутилась она, – не думайте, что вам удастся шантажировать меня. Я…

– Вы были великолепны, – перебил я ее и откинулся на спинку стула. – Особенно после того, как настояли на том, чтобы выпить за мое здоровье. А потом вы мне сказали, дорогая, что я могу…

– Перестаньте! – выдохнула Эйприл. – Ладно, ваша взяла! Когда мне пойти к Бейли?

– Лучше прямо сейчас, – предложил я. – И пожалуй, пригласите его к себе.

Ее глаза яростно сверкнули.

– Вы что, с ума сошли? – воскликнула она. – А чем я стану от него защищаться? Вязальными спицами?

– Вам нечего опасаться, дорогая, – успокоил я ее. – Я расположусь где-нибудь неподалеку от вашего домика, и вам достаточно будет закричать, как я тут же приду на помощь.

– Нет! – Эйприл решительно покачала головой. – Это слишком ненадежно. Я бы хотела иметь вас под рукой, когда я буду разговаривать с Бейли. Он выглядит настоящим насильником.

– Тогда скажите, где мне спрятаться, – ответил я галантно.

Она на мгновение задумалась, а потом выпалила:

– В спальне! – Глаза ее горели так, что я не решился возразить. – Если вы пройдете туда до прихода Бейли, – уже спокойнее продолжила она, – то можно будет оставить дверь приоткрытой, и вы услышите все, о чем мы говорим.

– Великолепно! – признал я со счастливым видом.

– В таком случае нам надо подготовиться к великим событиям этого вечера, – без особой радости заключила она. – Мауэр против Бейли! Победитель получит все!