Смертельный блюз - Картер Браун

– Но ее действительно убили, – бросил я.

Вулрих закусил нижнюю губу.

– Полицейские считают, что я влюблен в Глорию и, расправившись с женой, одним ударом убил двух зайцев: теперь я получу деньги, в которых так нуждаюсь, и смогу жениться на своей пассии.

Я ничего не ответил.

– Ну так как, Бойд? – спросил он. – Возьметесь за эту работу?

– Нет, – сказал я.

– Десять тысяч!

– Нет.

– Пятнадцать!

– Нет.

Он закурил сигарету, руки его дрожали.

– Мне нужна помощь! – взвизгнул он. – Помощь специалиста. Назовите свою цену, Бойд!

– Дело не в цене, – объяснил я. – Если вы не убивали Элен, вам и так нечего бояться.

– Не рассказывайте мне сказки! – огрызнулся Вулрих. – Страховая компания уже послала сюда своего детектива.

– Я уже имел честь с ним встретиться. – Меня невольно передернуло.

– У него замашки убийцы, – продолжал Вулрих. – Он попытался силой вырвать у меня признание. К счастью, я как раз держал в руке клюшку для гольфа, которой и ткнул ему в пузо, а потом вытолкнул его на улицу и запер дверь. Минут двадцать он молотил руками по двери, после чего ушел.

У меня сложилось впечатление, что Майк Свайн тоже не знает, с какой стороны взяться за это дело.

– Послушайте, Бойд, – сказал Вулрих, возвращаясь к прежней теме, – неужели вы мне не поможете?

Немного подумав, я сказал:

– Попытаюсь.

Вулрих с облегчением вздохнул:

– Спасибо! Тысячу раз спасибо!

– Меня не за что благодарить, – буркнул я. – Если убийцу не поймают в ближайшие дни, то я останусь без работы.

– Я вам заплачу, – заверил он меня. – Заплачу, как только убийца будет схвачен.

Я закурил новую сигарету.

– Как получилось, что, не успев жениться на Элен, вы предприняли вояж на яхте с Глорией? – спросил я.

– На этот вопрос очень легко ответить, – проговорил он с улыбкой. – Как вы знаете, я неудачно сыграл на бирже, дела мои шли хуже некуда. В это время Элен пела в клубе, который принадлежит или принадлежал мне, и я там часто ее встречал. Мы поженились тайно, поскольку у меня уже тогда были затруднения с деньгами и я искал какой-то выход из этого положения. В Нью-Йорке у меня кредита не было, поскольку все знали, что я погорел на обесценившихся акциях. А с Глорией мы были старыми друзьями. Вот я и подумал, что, если приударю за ней, она, возможно, одолжит мне тысяч двести. Этой суммы мне хватило бы, чтобы расплатиться с самыми настойчивыми кредиторами. Конечно, при таких обстоятельствах я не стал представлять Элен как свою жену.

– Теперь ясно, – сказал я.

Он кивнул:

– Поэтому мы и организовали прогулку на яхте. Элен пригласила своего старого поклонника – Муската Муллинса, я – Глорию, которая до вчерашнего вечера, разумеется, думала, что Мускат и Элен – влюбленная парочка. – Вулрих горько усмехнулся. – И лишь вчера вечером я узнал, что у Глории тоже ничего нет за душой и она согласилась на эту прогулку только ради того, чтобы выкачать из меня денежки.

– Какая неудача! – посочувствовал я, не моргнув и глазом.

– Да, ситуация не из приятных, старина, – поддакнул он. – Звезда экрана – и вдруг банкротка!

– Почти так же неприятно, как если бы банкротом оказался босс с Уолл-стрит, – подковырнул его я.

Несколько секунд Вулрих смотрел на меня, потом, видимо, решил не обращать внимания.

– Я любил Элен, – серьезно сказал он. – Поверьте мне, Бойд, я ее действительно любил. И не могу представить, кому понадобилось ее убивать.

– А вот полицейские очень даже могут, – возразил я. – По их мнению, это вполне мог быть один из ваших кредиторов, и убил он, чтобы вы могли вернуть ему долг.

– О-о! – выдохнул Вулрих.

– Барон, например, – продолжал я. – Если бы он прикончил вас, то остался бы с носом. Но, убив Элен, он мог бы нажать на вас, и вам пришлось бы ему заплатить. И потом еще этот Бейли. Кто он, собственно говоря?

– Грэг?! – переспросил Вулрих. – Ну, он – финансист. Один из самых удачливых, каких я знаю. Он предложил мне деньги, большую сумму, когда это все случилось, под залог моей собственности, хотя, боюсь, ее недостаточно, чтобы покрыть весь мой долг. Теперь он фактически хозяин и клуба, и дома, и яхты, и вообще всего, чем я владел.

– А зачем он приехал сюда?

– Хотел воочию убедиться, чего я добился с Глорией, – ответил Вулрих. – Дело в том, что я поделился с ним своими планами, понимаете?

– Чтобы отвязаться от него на несколько дней?

– Можно сказать и так, – согласился он.

Я погасил сигарету.

– О’кей, – бросил я, – спасибо.

Я направился к двери и отпер ее. Какое-то время Вулрих смотрел на меня, потом перешагнул через порог.

– Вы мне поможете, Бойд? – спросил он заискивающе.

– Я передумал, – буркнул я. – Единственное, что вас заботит, – это получение страховки. Надеюсь, страховая компания найдет какой-нибудь способ оставить вас без гроша, а лейтенанту Хардингу удастся засадить вас за решетку за убийство вашей жены. И если он это сделает, я обязательно буду в первых рядах ликующей толпы, которая придет посмотреть, как вас отправят на электрический стул.

Захлопнув дверь перед его носом, я вернулся в спальню, разделся и лег в кровать.

Не знаю, сколько я спал, но, когда я внезапно пробудился и открыл глаза, на часах было 3.30. «Что меня могло поднять среди ночи?» – подумал я со злостью, а потом вспомнил, что мне почудился звук выстрела.

В следующий момент я выпрыгнул из кровати, оделся и выскочил на улицу.

Стояла чудесная лунная ночь, с моря веял легкий бриз. В двух соседних домах зажегся свет. Сначала я ничего не видел, но через некоторое время заметил какую-то темную груду на земле ярдах в шести от меня.

Я подошел поближе и увидел, что это человек. В тот момент, когда я присел около него на корточки, позади меня открылась дверь, и на пороге появился Грэг Бейли в наброшенном на плечи халате.

– Мне показалось, я слышал выстрел, – сказал он.

– Взгляните, – отозвался я.

Бейли посмотрел на труп, лежащий у его ног.

– Ну и дела, – бросил я, поднимаясь на ноги.

– Что это значит, черт возьми? – спросил он.

– Этого парня зовут Майк Свайн, – ответил я. – С тех пор как он появился здесь, его многие пытались убить. Сейчас, кажется, это удалось.

– Свайн? – переспросил он.

– Да. Детектив из страховой компании, который считал, что если пускать в ход кулаки, то люди расскажут ему все, что он хочет услышать. Некоторые правительства уже много лет проводят эту теорию в жизнь.