Подвеска Кончиты - Анна Князева

– И сидите себе, мороженое лопаете? – удивился длинный.

– Слушай, вали-ка отсюда! – попросила Ирина и добавила: – Вальсом… вдоль забора…

– Во дает телка! – восхитился толстяк.

А долговязый предложил:

– Я к тому, что мы на машине, может, договоримся?

– Так чего ж ты молчал! – Ирина сердито кинулась на Дайнеку. – Выбрось наконец это мороженое! Поехали!

– Куда? – спросила та.

– Догонять свое счастье! – идиотским голосом прокричала Ирина и побежала к стоянке, где находилась одна-единственная машина – потрепанная праворульная «японка».

Дайнека тоже вскочила, но мороженое не выбросила, а побежала вслед за подругой, на ходу дожевывая размякший вафельный стаканчик.

Ирина обернулась:

– Давайте быстрей!

Усевшись на заднее сиденье рядом с Дайнекой, она скомандовала:

– Трогай! Следующая остановка поезда в Омске, гони!

– В Омске?! – обернувшись, долговязый убрал руки с руля. Лицо под кожаной кепкой вытянулось и сделалось похожим на лошадиную морду. – До Омска четыре часа ходу! Не-е-е-ет, туда мы точно не поедем!

– Гони! Я хорошо заплачу, – уверенно сказала Ирина.

Дайнека при этом больно ткнула ее в бок:

– Ты что! У нас денег нет.

– Заткнись… – сдавленно прошептала Ирина. – Главное – поезд догнать, а там разберемся.

Машина резво тронулась. Хватило пяти минут, чтобы выехать сначала за пределы вокзальной площади, а затем и вовсе из маленького серого городка.

Путь пролегал лесом, потом за окнами появились поля грязного снега вперемешку с черной землей. Несколько раз узкая дорога, по которой они ехали, приближалась к железнодорожному полотну, и Дайнека старательно высматривала зеленый хвост сбежавшего поезда.

Впереди чуть слышно переговаривались их новые знакомые.

– Сколько заплатите? – наконец громко спросил водитель.

– Ты давай рули! Там разберемся.

Машина резко затормозила.

– Это не разговор. Или давайте три тысячи, или вытряхивайтесь! – парень явно не собирался церемониться.

– Ах ты… – Ирина вспыхнула, но вовремя сдержалась. – Доберемся до места, я тебе пять тысяч дам, только поехали. Ну!

– А сейчас сколько есть? – настойчиво допытывался «кожаный».

– Сто рублей, – честно созналась Ирина.

– Сто десять! – счастливым голосом прокричала Дайнека. Неожиданно для себя она обнаружила в кармане десятирублевую монетку.

– А ну, пошли отсюда, шалавы! – заорал водитель и распахнул свою дверь, намереваясь выйти, чтобы выкинуть их из машины.

– Погоди, Костя, – остановил его друг. Он с трудом развернулся. Автомобильное кресло под ним жалобно застонало. Толстые губы «клетчатого». расплылись в похотливой улыбке:

– Девочки могут расплатиться натурой.

– Натурой чего? – спросила Дайнека.

Ирина немедленно объяснила:

– Натурой – это значит интимными услугами, – и дипломатично переспросила: – Я правильно поняла, мальчики?

Ирина приняла до безобразия игривую позу.

– Только по-быстренькому, – проворковала она. – Кто со мной?

– Я! – закричал длинный Костя.

– Как же так… Я первый им предложил… – осознав бесполезность своих возражений, толстяк покорно остановил свой взгляд на Дайнеке.

– А мне не западло, я могу и с одним, и с другим! – хохотнула Ирина и, наткнувшись на растерянный взгляд Дайнеки, добавила. – Только по очереди… Пошли.

Она выпорхнула из машины, Костя поспешил вслед за ней.

– А ты, – наклонившись, Ирина ткнула пальцем в грудь толстяка, – ее, – она перевела палец на Дайнеку, – не трогай! Как тебя зовут?

– Стасик…

– Со мной тебе больше понравится. Костя потом подтвердит.

– О’кей, – согласился он. – Только давайте быстрей!

Ирина и долговязый Костя направились в сторону дощатого сарая, неподалеку от железнодорожного переезда. В окошке будки смотрителя появилось любопытное старушечье лицо.

Дайнека сидела, не двигаясь.

– Не боись, не трону, – великодушно сказал Стасик. Он напряженно смотрел на сарай, ожидая, когда наступит его очередь, но вдруг резко выпрямился и распахнул дверцу машины.

Дайнека перевела взгляд на сарай. Оттуда к ним бежала Ирина, застегивая на ходу курточку. Она крикнула Стасику:

– Ему плохо! Плохо… Не знаю, что делать, он умирает! Господи…

Стасик вывалился из кресла и устремился к сараю. Ирина заскочила в салон и заорала:

– Живо за руль!

Дайнека мешком перевалилась через сиденье и, схватившись за ключи, нащупала ногами педали. Машина рванулась с места. Из сарая выбежали оба их попутчика. Обернувшись, Ирина показала им «фак».

Не отрываясь от дороги, Дайнека спросила:

– Как ты управилась с таким бугаем?

– Коленом в пах, а потом пинок чуть выше голени. Распространенный способ защиты, – Ирина перелезла вперед, на сиденье рядом с ней. – А этот мутант не приставал?

– Нет, – улыбнулась Дайнека.

– Ну и слава богу!

– Слушай, а ведь мы, получается, угнали машину.

– Считай, что одолжили. Или экспроприировали в качестве сатисфакции за причиненные моральные страдания. Ты ведь страдала?

– Еще бы!

– Ну вот! – Ирина показала рукой: – Смотри, указатель на Омск, сворачивай!

– А ты откуда знала, что я умею водить машину?

– Сама же рассказывала, как стукнула Шепетова.

– Действительно, глупый вопрос. Это на меня моральные страдания повлияли, – улыбаясь, Дайнека повернулась к Ирине.

– Рули! – испуганно крикнула та.

– А ты молодец!

– Знаю.

– Помнишь, когда пришел следователь и ты спросила его про убийство? С чего ты взяла, что кого-то убили? Ведь могли просто обокрасть или избить.

– Ты слышала, как он представился? Следователь по особо важным делам. Такие занимаются или крупными хищениями, или убийствами. Элементарно, Ватсон.

– Ну, ты даешь… – Дайнека улыбнулась.

– Смотри, поворот! Давай туда!

Вскоре они выехали на широкую прямую дорогу, которая окончательно оторвалась от железнодорожных путей и темной стрелой уходила за горизонт. Ирина удовлетворенно откинулась на спинку сиденья:

– Теперь гони. Мы должны успеть в Омск до двух часов.

– А сейчас сколько?