Гляди в оба - Марина Серова

Телефон «Салона красоты» был у меня под рукой, в заветной сумке. Ведь постоянно приходилось записываться на прием к популярной Елене по телефону.

— Алло, мне нужна Елена Гуляйкина, пригласите ее к телефону, — привычно попросила я отозвавшийся на другом конце провода голос.

— Сил никаких нет! — непривычно отреагировал на мою просьбу голос. — Да ее и так уже сегодня все заспрашивались — и из милиции, и из полиции, и другие. А она хоть бы позвонила…

Я не стала выслушивать до конца живой образец обращения в салоне с клиентами — и так все ясно. Стиль — совково-классический, неувядающий.

— Так, придется нам с тобой заехать еще в одно место, в Заводской район, — объявила я Тарасу, который нес свой караул, крутя головой во все стороны, как будто в заднем месте у него торчала иголка. На такого конспиратора за три версты обратишь внимание.

Честно говоря, я уже, как говорится, нутром чуяла, что Леночка попалась. Ну чего, чего ей не сиделось дома? Неужто я забыла ей это перед уходом строго-настрого наказать? Да ведь и так все было ясно, без лишних слов! Но вполне возможно, что засада в ее квартире ожидает как раз всяческих подружек-сообщниц вроде меня, а значит, соваться запросто нельзя. И Тараса запускать тоже. На вид он определенно из ее компании, поди потом доказывай, что ты не верблюд.

— Тетенька, дай денежку на пирожок, очень кушать хочется, — подскочил ко мне чумазый пацаненок, когда я притормозила возле светофора. — Дома мамка пьяная…

— По морде видно, что врет, — сделал свое заключение Тарас. — Я читал про таких, этих попрошаек особенно в Заводском районе много. А сами одними «Сникерсами» питаются. Мальчик, дай дяде «Сникерс», дай дяде «Сникерс»…

— Иди, садись сюда, — сказала я попрошайке, который уже от нас отвернулся, сразу смикитив, что тут ему ничего не обломится, но теперь удивленно усаживался в мою сияющую «девятку». — Хочешь заработать?

— Ну, — согласился парень.

— Тебе нужно будет позвонить в одну квартиру…

— Это много стоит, — привычно сощурился юный предприниматель.

— Да нет, только позвонить в дверь и спросить, не здесь ли живет твоя учительница Марья Ивановна…

— Училка? — недовольно скривился пацан. — А на фиг она мне?

— Уроки узнать, да мало ли…

— Неправдоподобно, — заявил мне попрошайка тоном наставника. — Другое давай.

— Слушай, какая тебе разница? Ты только позвонишь в дверь, а потом мне скажешь, мужской ответил голос или женский. Меня мужик ее терпеть не может, вот ты и узнаешь, дома он или нет, денег получишь, — врала я, и мне казалось, что плоховато, потому что парень не верил ни единому слову.

Дав чумазому прохиндею подробные разъяснения, я остановилась в отдалении от дома Лены. Даже слегка подальше, чем следовало. Сработало воспоминание о старушке из фильма «Семнадцать мгновений весны», которая меня бы узнала, даже если бы я сумела за это время сделать пластическую операцию. Они тут в Заводском районе — ребята все не промах, от мала до велика.

— Два мужика там сидят, из ментуры, — деловито сообщил мне разведчик, возвращаясь со спецзадания.

— Откуда ты знаешь, что из ментуры?

— Да ты че, я наших, что ли, не знаю, — поразился мальчишка моей тупости. — Замели твою подружку. Вон и возле подъезда — там Михина бабка, она еще семечками торгует и мне дешевле дает, говорит, что увели эту парикмахершу под белые ручки…

Все ясно, Александр Петрович решил больше не миндальничать. Попала моя Ленуся. Но пока не пропала, я ведь еще жива. Вот надумала я подарить ей эти безделушки, теперь придется расхлебывать. Уж лучше бы тушь для ресниц или какой-нибудь крем подороже. А вдруг ее еще и бить начнут, пытаясь выбить то, чего она не знает?

Тарас появился в «Колибри», гордо ведя меня за руку. Вообще-то я не чувствовала себя уже так победоносно, как утром. Уж очень болела шишка на голове. Но не надо показывать виду, и я шла под руку с Тарасом, стараясь держать спину прямой и улыбаясь во все (сколько есть — все мои!) зубы, как на церемонии вручения «Оскара». По тому легкому оживлению, которое почувствовалось в зале при нашем появлении, я поняла, что от Леночкиного великого творения под названием «рыжая колдунья» кое-что еще осталось. Не теряя времени, мы сразу подошли к столику, где сидел Сеня с компанией. Сегодня Сеня был нарядный — он облачился в пиджак нежно-зеленого цвета, нацепил галстук с изображением каких-то монет и буквально сиял довольной улыбочкой. Но при этом оставался таким же противным и суетливым. Нет, даже еще более противным, чем вчера. Неужто из-за него лишился жизни молодой, талантливый человек Сережа Пташкин? Ничего, скоро узнаем. И бриллиантики тебе тоже, Сеня, отдать придется, ежели брал.

— А, все-таки надумал? — весело поприветствовал Сеня Тараса и обратился к своим собутыльникам: — И даже не один! Знакомьтесь, это надежда нашего эфира, «самый крутой в Тарасове диджей Тарас». А какая с ним девушка, а?

— Вот, решил подружку в свет вывести, — небрежно сказал Тарас, усаживаясь за столик и пододвигая мне стул. — А то заскучала.

— Что-то я не видел эту девушку с тобой раньше, — Сеня нахально разглядывал меня со всех сторон, буквально ощупывал глазами. — Скрываешь?

— Да вам только покажи… — И с этими словами Тарас меня обнял, как свою собственность. Быстро вошел в роль, однако.

— А ты все-таки познакомь директора, — не отставал Сеня. — Представьтесь, милое дитя.

— Лада, — сказала я, манерно протягивая директору ладонь.

Черт знает что! Откуда высыпалось вдруг это дикое имя? Но, как говорится, слово не воробей. Придется вечер пожить Ладой.

— Вот и ладушки! — довольно оскалился Сеня и сжал мою руку.

М-да, неуемный тип. И так сидит тут в окружении двух, видимо здешних, девиц, а все ему мало.

— Аппетитный тут у нас появился оладушек, так получается? — продолжал откровенно хаметь Сеня. Наверное, он уже изрядно выпил и ждал следующей части развлекательной программы, в которой проглядывал элемент импровизации.

Как раз только что по дороге я подробно расспрашивала Тараса про Сеню и узнала много любопытного про его личную жизнь. Мало того, что несколько раз в день он подолгу общается по телефону со своей супругой Зоей Владимировной, которую называет «зайчиком» и «зойчиком». Еще у Сени есть какая-то давняя любовь детства Маша Величкина, и он засыпает ее музыкальными посланиями и признаниями в эфире. При этом Сеня всегда буквально ежедневно и ежечасно находится в окружении постоянно меняющихся юных особ, которые являются его неизменной свитой. И откуда в одном маленьком человечке с брюшком берется столько сексуальной энергии? Таблетки он, что ли, особенные пьет? Или природа-мать над ним расстаралась?

С интересом прислушивалась я к застольному разговору веселой компании. Так я и думала — обмывают выгодную сделку с «Музыкальным бумом» пока что в узком кругу, обговаривают, как должна пройти презентация. Вот эти трое — явно москвичи. Они улыбаются дурацким шуточкам Сени, но все равно держатся отстраненно. Для таких наш купеческий Тарасов — экзотика, рынок сбыта своего эфемерного товара, не более того. Хотя хозяин ночного клуба «Колибри», которого я хорошо знаю, — некий полукриминальный тип по кличке Бяша — так и жаждет с гостями побрататься. Эх, дурень! Кому ты нужен со своей пьяной душой нараспашку и криминальным прошлым? Только деньги и собрали вокруг тебя всю эту разношерстную компанию из высокомерных мужиков и хохочущих пьяных девиц — ничего больше.