Гляди в оба - Марина Серова

— Наливайте им штрафную! И нам всем — штрафную. Сеня, тебе первому. Молодец, ловко ты подсуетился, — громко радовался жизни Бяша.

— Хмуриться не надо, Лада! Хмуриться не надо, Лада! — пропел Сеня, выразительно глядя на меня. Пока все шло отлично. Хорошо, когда у человека есть конкретные слабости, на которых легко играть.

— Ты должен под каким-нибудь предлогом теперь смыться, — шепнула я Тарасу, которому все больше нравилась роль моего ухажера, и тот понимающе вздохнул.

— Черт, позвонить надо, — сказал Тарас громко, встал и быстро исчез. Я чувствовала, как ему не хочется оставлять меня в обществе Сени, но послушался он беспрекословно.

— Мне с вами поговорить хотелось об одном деле, — наклонилась я к Сене. — Можно?

— Конечно. Только сесть нужно поближе, так ведь? — обрадовался Сеня. — И смочить горло, не возражаете? Мы с вами, кажется, где-то виделись. Напомните.

Сеня пристально посмотрел на меня. Так-так, неужто вспомнит, узнает? Главное, не дергаться, выдержать первые тридцать секунд, а дальше он снова отвлечется на что-нибудь другое. Напомнить, как я вчера на его глазах дралась? Сейчас бы не хотелось. Да нет, взгляд у Сени похабненький, как обычно, — ни в одном глазу нет ни тени узнавания.

— Не знаю. Все вы так говори-и-те, — я старалась так же растягивать слова, как моя соседка справа. Может быть, так принято у здешних женщин легкого поведения? — А я по де-елу, пра-авда…

— По делу? — Сеня мигом состроил серьезное лицо. — Но здесь, как видите, серьезных разговоров не получится. Давайте пройдем в более спокойное место?

— Ладно, — согласилась я сразу же. — Прямо сейчас?

Сеня оглядел набирающее обороты застолье и прикинул, что вполне может отлучиться с девушкой минут на двадцать-тридцать.

Московские гости тоже уже вовсю гоготали и лапали тарасовских девок. Водочная река, разлитая щедрой рукой Бяши, быстро размыла всякие границы и условности. Мы с Сеней встали и, никому не говоря ни слова, пошли себе по делу. По тому, как уверенно и привычно привел меня Сеня по запутанному коридору к какой-то двери, я сразу догадалась: мы двигаемся прямым ходом в «нумера» «Колибри», давно приспособленные для уединенных переговоров с дамами.

Сеня включил свет и сморщился: в комнате был жуткий беспорядок. Пустые бутылки из-под водки и пива, окурки на полу, а на кровати — чья-то кепка с самодельной эмблемой радиостанции «На всех ветрах». Интересно, очень интересно…

— Знаешь, пойдем лучше в другую комнату, — в «нумере» Сеня сразу перешел на «ты». — Здесь еще не убрались после ночи.

— Да нет, и здесь поговорить можно. Ведь тихо, — я изо всех сил прикидывалась дурочкой.

— Ну, как хочешь. — Сеня сел на стул и бесцеремонно, по-хозяйски оглядел меня от и до, особенно задерживаясь взглядом на выпуклых частях тела. — Что за дело такое?

— Я давно хочу, мечтаю на радио устроиться. Чтобы все время в эфире. Тарас обещал, да ничего не делает, я уж сколько прошу…

— Нашла к кому обращаться! — фыркнул Сеня.

— Ой, а к кому? — сделала я круглые глаза. — К ва-а-ам, да?

— Значит, хочешь к нам на радио? Очень хочешь? — переспросил Сеня. — Но для этого нужно пройти пробы. Попробовать твой голос, манеру говорить. Это очень важно — попробовать…

Сеня вплотную подошел ко мне — он был на целую голову ниже — и погладил грудь. Попробовал.

Я ничего не сказала, и Сеня начал «пробовать» пуговицы на блузке, с которыми справился на удивление проворно.

— Ну и что? — спросила я развязно, представ перед ним в одном кружевном бюстгальтере. — Моя кандидатура вам подходит?

— Пока не знаю, — засмеялся он, обрадовавшись моей понятливости. — Нужно как следует попробовать… Верно?

И Сеня принялся сражаться с застежкой на моих брюках. От волнения он сделался красным, потным и еще более противным.

— А вдруг я не сработаюсь с моим новым директором? Мне тоже нужно попробовать, — сказала я Сене и начала его ощупывать со всех сторон.

Меня больше всего интересовало, не прячет ли он где-нибудь оружие. Но Сеня принял мой жест за ответные объятия и лихорадочно принялся раздеваться: быстренько скинул с себя пиджак, брюки и остался только в рубашке, трусах и детских носках в полоску. Я не ожидала, что сразу же после этого он кинется на меня, и от неожиданности чуть не заехала ему в зубы. Нет, здесь нужно пока постараться обойтись без драки. Вот только пробы начинают заходить подозрительно далеко.

Пока я соображала, что делать дальше, Сеня уже лежал на мне, дрожа от возбуждения.

— Ах ты оладушек, ладушек медовый, — начал он шептать в ухо какую-то муть. Голодный, что ли? Вроде бы каждый день и так здесь у учредителей подкармливается.

— Погоди, — сказала я ему ласково, высвобождаясь и давая понять, что мне нравится совсем другая поза.

Сеня мгновенно послушался и теперь лежал подо мной в сладостном предчувствии.

— Ну же, ну… — прошептал он, закатывая глаза.

Теперь, когда я оказалась на Сене верхом, можно было действительно начинать разговор. Я села ему на ноги и крепко зафиксировала руки, так что деваться Сене теперь было некуда.

— А теперь ты мне расскажешь, — сказала я ему совсем другим тоном, — все, что я спрошу.

— Ты чего? Эй? — Сеня попытался вырваться из моих железных объятий, но у него ничего не получилось. — Тебе что надо? Ты кто?

— Отдел борьбы с организованной преступностью. Говори, куда ты позавчера дел Птаха? Ты последний, с кем его видели вместе.

— Да ты что? Кто его девал? Тут он был, вот на этом самом месте. Целые сутки пил не просыхая. Да не дави ты меня так, сука…

— Из-за чего вы в четверг поругались?

— Я что, помню, что ли? Он всегда дурной.

— Кому было нужно его убить?

— Убить? — Сеня даже перестал дрыгаться у меня в руках. — Как это — убить? Да он спал тут только что…

— Не прикидывайся придурком. Птах знал что-нибудь про «Музыкальный бум»?

— Да какая разница! — Сене вдруг удалось извернуться и откинуть меня в сторону. Он был в ярости, и я даже не представляла, что он может быть таким злым.

— А ну отвали от меня! — заорал Сеня и метнулся к столу. Ну ничего, с одним немолодым мужчиной в трусах я как-нибудь справлюсь.

Но тут дверь открылась, и на меня со спины набросились двое, да нет — трое молодых одетых мужчин, которые сработали четко и профессионально.

Двое схватили меня за руки, третий сзади зафиксировал шею, так что шевельнуться было невозможно. Я сразу почувствовала себя раздетой и беззащитной — ведь я тоже была только в нижнем белье, которое к тому же находилось в откровенном беспорядке. В этой комнате, оказывается, была тайная кнопка для вызова охраны, о которой знают только свои. Наверное, в «нумерах» «Колибри» постоянно происходит столько разборок и диких сцен, что поневоле пришлось подстраховаться. Сеня быстро одевался, не глядя в мою сторону, а когда обернулся, я не узнала в нем прежнего, благодушного на вид дяденьку. Даже глаза у Сени сделались узкими от злости, как у китайца. Потом он подошел ко мне и с силой ударил по щеке. Вот он, истинный любитель женщин! Добрые молодцы невозмутимо держали меня, не ослабляя хватки. Видимо, привыкли к публичным сценам избиений и групповых насилий — за это им хорошо платят.