Конкурс красоты - Григорий Кроних

Рядом с именем был записан и телефон, что очень кстати. Капитан снял трубку.

— Здравствуйте, — сказал голос Сурикова.

— Здравствуйте, — отозвался опер.

— Вы позвонили в семью Суриковых. Мы не можем подойти к телефону, поэтому просим вас оставить сообщение на автоответчике.

Николай дождался сигнала и сказал:

— Игорь Петрович, вас беспокоит капитан Карпов. В связи с новыми обстоятельствами дела очень прошу как можно скорее позвонить мне или зайти в отделение. Это очень важно и для вас и для нас.

* * *

— Здрафстфуйте, герр Фолкоф!

— Здравствуйте, господин Корф, — Антон Петрович поднял голову от бумаг. Референт, стоявший рядом, отстранился. — Иди, Слава, я позову.

Референт бесшумно вышел, унося папку с бумагами, которые вице-префект не успел подписать.

— Я принял вас только потому, что ценю наше сотрудничество, но у меня очень мало времени. Присаживайтесь, я вас слушаю, господин Корф.

Фридрих сел и нервно бросил на стол кожаный бювар.

— Я бы фас не побеспокоил, но это фы фтянули меня ф эту историю!..

— Какую историю? — не понял Антон Петрович.

— Ф историю с таблетками.

— Вы хорошо на них зарабатываете и не имеете даже крошечных проблем. Что же вас не устраивает?

— Я узнал, что наша продукция на 90 процентоф состоит из муки фторого сорта!

— Хотите, чтобы был первый? — Волков достал сигареты и предложил Фридриху.

— Я не курю, это фредно.

— Еще вреднее для здоровья устраивать скандалы, господин Корф.

— Фы использофали меня для сфоих дел, моя репутация под угрозой, — возмутился Фридрих.

— Бросьте, вы сами-то только что узнали, чем торгуете, другие до этого не скоро доберутся. Я, со своей стороны, все сделаю, чтобы этого не случилось. Тут мы, как вы понимаете, союзники. Вы иностранный гражданин и даже если наш бизнес прикроют, вам все равно ничего не грозит. Вы же сами убедились, что ваша продукция безвредна.

— Это мошенничестфо! — вскричал Фридрих. — Я буду жалофаться!

— Кому, старый идиот? — зло спросил Антон Петрович. — Вы не знаете, как открываются двери в кабинетах, я же за вас все дела оформил. Неужели вы думаете, что я не смогу свалить все на вас? Я вообще в вашей афере не участвую, я чиновник и бизнесом заниматься не имею права.

— Фы меня подстафил!

— А ты думал за так денежки получать? Нет, дорогой, если ты в доле, то и отвечать должен наравне.

— Фы меня подстафил, я фсем скажу!

— Ладно, хватит орать. Договоримся так: дело продолжаем, но вы можете сюда больше не приезжать. Пришлете кого-нибудь помоложе. За это ваш процент снизится на пять пунктов. Договорились?

— Нет.

— На три пункта.

— Нет, я хочу фести честный бизнес! Фот документ на последний партия, больше не будет.

— Зачем вы мне их притащили… а, впрочем, что я уговариваю… — Антон Петрович взял бювар и заглянул: все ли на месте. — А теперь — пошел вон, старый козел, без тебя обойдемся.

— Что?

— Иди отсюда и не болтай, фирма твоя, ты и отвечаешь. А если стукануть попробуешь — башку оторву! Ясно?

— Ясно, — сказал Фридрих, вставая. — Прощайте, герр Фолкоф.

— Маразматик, — пробормотал вице-префект, запихивая бювар в сейф.

— Не торопитесь, Антон Петрович, — сказал молодой незнакомый голос.

Волков резко повернулся, в его кабинете откуда-то появилось четверо мужчин.

— В чем дело, господа? У меня дела.

— У нас тоже, — сказал один. — Я — подполковник Мешков, начальник отдела Московского РУОП. Сейф не запирайте, пожалуйста, у нас ордер на обыск вашего кабинета.

— На каком основании?

Мешков выложил из кармана диктофон и нажал кнопку.

— «Здрафстфуйте, герр Фолкоф!» — проскрипел из динамика старческий голос с акцентом.