Я - его алиби - Галина Владимировна Романова

— А ты вообще-то ничего, — прицокнул он языком после паузы. — Классная штучка. Ишь вырядилась! Как канарейка!

— Если очень попросишь, могу одеться, как пожарная машина, — любезно предложила я.

— Не надо, и так долго провозилась…

Спустя несколько минут после обмена любезностями мы выходили из подъезда, улыбаясь друг другу и держась за руки. Со стороны могло показаться, что мы знакомы не один год и в ближайшем будущем не собираемся расставаться.

— Видишь, какой умницей ты можешь быть, — оскалил парень в хищной улыбке вставные зубы. — А то заладила, как попугай: «Не помню, темно было…»

— Ты бы, гадина такая, побольше пистолетом махал у меня перед носом, я бы и не такой лапочкой прикинулась, — ответила я с похожей улыбкой. — И какая-то странная любовь у тебя прослеживается к пернатым: то я как канарейка, то как попугай…

Он запнулся, несколько мгновений пристально смотрел на меня, потом качнул головой:

— И где это Киса, царствие ему небесное, тебя откопал, ума не приложу?..

— Прикладывать-то нечего… — процедила я сквозь зубы, усаживаясь в разбитую «девятку». — А Киса твой бандитом был, так что вряд ли на небеса попадет…

— Мелочь он!.. Все крутого из себя корчил, а на деле оказалось — по случайке бабки сшибал. Везло ему до поры! — Парень зло сплюнул, выруливая со двора. — Из-за него, козла, по уши в дерьме…

— А чего так? — вежливо поинтересовалась я, стараясь скоротать время, — дорога, как было обещано, предстояла неблизкая.

— Нанял нас с братаном одним, помнишь того, что убили?.. Обещал заплатить большие бабки. Я в долги залез — и что? Ни денег, ни икон…

— Судьба!.. — философски изрекла я, пытаясь завуалировать издевку. — В вашем бизнесе так — или вы, или вас!..

Он прищурился, бросил быстрый взгляд в зеркало заднего вида и процедил:

— Помолчи лучше!..

А мне что? Просит человек — почему не уважить?

Я замолчала и принялась рассматривать вереницу машин, следующих в одном с нами направлении. Одна из них поравнялась с нашей «девяткой», и тонированное стекло передней правой дверцы начало медленно опускаться.

Нет, все-таки Милочка не права! Что-то в моих мозгах все же есть!..

В тот самый момент, когда стекло идущей рядом машины почти полностью опустилось, внутри меня будто что-то щелкнуло, и я нырнула на пол.

Почти тут же раздалась автоматная очередь. Парень захрипел, дернулся пару раз на водительском сиденье и рухнул окровавленным лицом на руль.

Вытаращив от страха глаза, не в силах даже закричать, я протиснула ступню между его ослабевшими вмиг ногами и принялась что есть сил жать на тормоз. Ничего не помогало: машина продолжала ехать в непонятном направлении. Неожиданно она накренилась и, перевернувшись на крышу, куда-то поползла. Выставив руки щитом, я из последних сил пыталась защитить себя от ударов, матерясь и скуля одновременно.

Наконец все кончилось.

Несколько мгновений я лежала без движения, судорожно хватая ртом воздух. Затем, ворочая локтями, не обращая внимания на многочисленные ушибы, полученные при падении, я нащупала ручку двери и выкатилась на землю…

— Вы живы? — склонилась надо мной молоденькая девушка в мотоциклетном шлеме.

— Да, да, — пролепетала я, ощущая во рту вкус крови. — Помогите мне подняться.

— Мы поможем… — раздалось над моей головой, и тут же две пары рук подхватили меня под мышки и поволокли к дороге.

— Эй, что вы делаете? — крикнула им вдогонку девушка. — Она же ранена!..

Но «спасители» продолжали меня тащить, не обращая внимания на ее крики.

Голова моя болталась из стороны в сторону, грозя оторваться, небо и земля кружились перед глазами, но я все же смогла разглядеть машину, в которую меня втолкнули: именно из нее раздались смертоносные выстрелы в незадачливого бандита…