Миллиарды Арсена Люпена - Морис Леблан

Но какой в этом смысл? Если Бемиш таким же образом избавится от Рубо и сбежит благодаря фальшивой карточке с подделанной подписью Молеона, тогда чего бояться ему, Виктору?

И он послушно позволил проводить себя вниз.

В отеле царила суматоха. Внизу, в холле и просторном вестибюле, толпились постояльцы, все шумели и возмущались, особенно слыша просьбы не покидать отель. Сидевший в дирекции комиссар Молеон, у которого голова уже шла кругом, пребывал в отвратительном настроении. Едва взглянув на Виктора, он мгновенно перепоручил его своему помощнику. Совершенно очевидно, что его интересовал только мистер Бемиш, против которого у него имелись серьезные подозрения.

– Ну и где англичанин? – спросил он агента, сопровождавшего Виктора. – Почему ты его не привел?

– Он не может идти… у него вывих…

– Ерунда! Он просто хитрит. Это же тот краснолицый толстяк?

– Да. И короткие усы щеточкой.

– Усы, говоришь? Точно он… Рубо остался с ним?

– Да.

– Я иду туда. Ты со мной.

Вторжение разъяренного постояльца из списка Молеона, который опаздывал на поезд, задержало комиссара. Он потерял две драгоценные минуты, а потом и еще две, отдавая распоряжения. Наконец он встал.

Документы Виктора проверили, а так как он не просил никаких пропусков, то его просто отпустили и он успел вскочить в лифт вместе с Молеоном, инспектором и еще одним полицейским. Эта троица была настолько поглощена предстоящим арестом англичанина, что даже не заметила Виктора. На третьем этаже все вышли, и полицейские поспешили к двери номера триста тридцать семь.

– Открой мне, Рубо, – громко потребовал Молеон, стуча в дверь.

Однако ответа не последовало.

– Открывай, сукин ты сын! Рубо! Рубо! – разъярился комиссар.

Пришлось вызывать коридорного. Тот прибежал со связкой ключей в руках, и Молеон в нетерпении подтолкнул его к двери. Номер открыли.

– Вот дьявольщина! – воскликнул комиссар. – Этого мне только не хватало!

В комнате лежал на полу инспектор Рубо, связанный по рукам и ногам разорванными на полосы простынями; вместо кляпа в рот ему засунули полу купального халата.

– Ты не ранен, Рубо? Ах, чертов бандит! Но как ему удалось тебя связать? Ты же крепкий парень!

Инспектора развязали. От ярости Рубо скрипел зубами.

– Их было двое! – отплевываясь, говорил он. – Да, двое. Откуда взялся второй?! Наверное, прятался где-нибудь. Он напал на меня сзади и ударил по затылку.

Молеон схватил телефонную трубку и приказал:

– Из отеля никого не выпускать! И никаких исключений! Вы поняли? Любого, кто попытается бежать, арестовать. Любого! – И он окинул взглядом комнату. – Итак, здесь их было двое! Но откуда же взялся второй? Ты ничего не заподозрил? – обратился он к коллеге Рубо. – Давай-ка шевели мозгами… Вы осмотрели ванную комнату? Уверен, он прятался именно там.

– Скорее всего, – согласился Рубо. – Мне тоже так показалось… Я как раз повернулся к ванной спиной…

Они осмотрели ванную. Никаких следов. Задвижка на двери, через которую, в случае необходимости, можно было попасть в соседний номер, осталась нетронутой.

– Обшарьте тут все! – приказал комиссар. – Рубо, ты со мной? Теперь нам надо спуститься.

И он, отстранив столпившихся в коридоре людей, зашагал к лифту; но тут справа раздались шум и крики. Коридор соединял все четыре фасада отеля.

– Может быть, – предположил Рубо, – Бемиш направился вправо, чтобы спуститься к запасному выходу на улицу Понтье?

– Да, но там караулит Лармон, – ответил Молеон, – и у него есть строгий приказ.

Между тем шум усиливался. Полицейские пошли в ту сторону и за первым же поворотом увидели в конце коридора гомонящих людей. Заметив стражей порядка, они призывно замахали руками. В нише, обустроенной как зимний сад – иначе говоря, уставленной креслами и кадками с пальмами, – несколько человек склонились над распростертым на полу телом, обнаруженным кем-то из постояльцев.

– Англичанин! – воскликнул Рубо. – Я узнаю его… Да он весь в крови!

– Бемиш? Надеюсь, он жив?

– Жив, – ответил какой-то человек, стоявший на коленях перед телом и внимательно его осматривавший, – однако серьезно ранен… ножом в плечо.

– Ну что скажешь, Рубо? – воскликнул Молеон. – Это работа того, второго? Того, кто прятался в номере и ударил тебя по затылку?

– Черт возьми, значит, он захотел избавиться от своего сообщника. К счастью, все выходы заблокированы и мы возьмем его.

Виктор, не упускавший полицейских из виду, не стал мешкать и, воспользовавшись сумятицей, сбежал вниз по второй лестнице.

Выход на улицу Понтье был от нее совсем близко. Подступы к двери преграждала толпа служащих отеля, а сам выход караулили два инспектора и Лармон. Виктор сделал ему знак, и тот исхитрился незаметно встать поближе к нему, чтобы поговорить.

– Выйти невозможно, Виктор… Строгий приказ…

– Не беспокойся. Я с этим разберусь… Тебе предъявили карточку с подписью?

– Да.

– Скорее всего, фальшивую.

– Вот черт!

– Этот тип сбежал?

– Ну да!

– Как он выглядел?

– Не обратил внимания…

– Так ты не знаешь, кто это был?

– Нет.

– Арсен Люпен.

3

Уверенность Виктора тотчас стихийно передалась всем, кто переживал минуты всеобщего возбуждения. Молеон, совершенно сбитый с толку, однако изображавший полнейшее спокойствие (хотя бледность и выдавала его растерянность), неотлучно сидел в дирекции, словно полководец у себя в штабе. Он звонил в префектуру, требовал подкрепления, посылал курьеров из конца в конец отеля и отдавал противоречивые приказы, от которых у всех голова шла кругом. Отовсюду неслись возгласы:

– Люпен!.. Это Люпен! Его видели! Ему не уйти!..

На носилках пронесли англичанина Бемиша. Его отправляли в больницу Божон; тамошний дежурный врач вскоре сообщил:

– Рана не смертельная… Уже завтра его можно будет допрашивать…

Затем появился возбужденный Рубо, отправленный проверить выход на улицу Понтье.

– Он сбежал через черный ход. Предъявил Лармону карточку, подписанную вами, шеф!

Молеон взорвался:

– Это фальшивка! Я не подписал ни одного пропуска! Приведи сюда Лармона! Мою подпись нельзя подделать! Только Люпен способен на такую хитрость! Поднимись в комнату англичанина… проверь чернильницу, перо и наличие карточек отеля.

Рубо стремительно умчался. И вернулся через пять минут:

– Чернильница открыта… ручка не на своем месте. Рядом на столе лежат карточки отеля…

– Значит, фальшивку изготовили в номере, пока ты лежал связанный.

– Нет. Я не упускал англичанина из виду. Он только надел ботинки. А потом они сбежали.

– Но ведь ни тот ни другой не знали, что в отеле идут обыски!

– Возможно, узнали.

– Откуда?

– Когда я вошел в комнату, у англичанина находился посетитель… какой-то тип из Перу…

– Маркос Ависто… Ну и где он сейчас?

Рубо снова убежал.

– Никого, – доложил он, вернувшись. – Комната пуста… три сорочки… костюм… туалетные принадлежности… коробка с гримом, которой