Миллиарды Арсена Люпена - Морис Леблан

– Еще один сообщник, – заключил Молеон. – Значит, их было трое… Господин директор, кто проживал в номере, расположенном рядом с ванной номера Бемиша?

Посмотрели план отеля, и директор с удивлением сообщил:

– Эту комнату тоже снимал мистер Бемиш.

– Как так?

– Заселяясь, он сразу снял два номера.

Наступило изумленное молчание. Наконец Молеон подытожил:

– Итак, мы определенно можем утверждать, что все три приятеля жили на одном этаже, неподалеку друг от друга. Маркос Ависто – в номере триста сорок пять, Бемиш – в триста тридцать седьмом, а Арсен Люпен – в соседнем. Со времени побега из бара на улице Марбеф номер рядом с Бемишем служил Люпену убежищем, где он залечивал рану, а Бемиш охранял его, кормил и ухаживал за ним, проделывая все это так ловко, что никто из персонала даже не подозревал о присутствии в отеле главаря банды.

Все вышесказанное изложили господину Готье, начальнику уголовной полиции, прибывшему на место происшествия. Выслушав доклад комиссара Молеона, Готье одобрил проделанную работу, задал несколько уточняющих вопросов и заключил:

– Бемиш взят. Если карточку использовал не Люпен, значит он до сих пор в отеле. Перуанец, во всяком случае, наверняка здесь. Таким образом, поиски ограничиваются стенами отеля и некоторые запреты можно снять. У каждой двери на улицу надо поставить по инспектору, чтобы отслеживать всех, кто входит и выходит. А вы, Молеон, обойдите номера… нанесите, так сказать, визиты вежливости… никаких обысков, никаких допросов. Виктор вам поможет.

– Виктора тут нет, шеф, – ответил Молеон.

– Да нет же, он здесь.

– Виктор?

– Именно так, Виктор из специальной бригады уголовной полиции. Когда я приехал, мы с ним успели перекинуться парой слов. Он разговаривал со своими сослуживцами и с портье отеля. Позовите его, Рубо.

С обычным своим недовольным видом явился Виктор, затянутый, как всегда, в старомодную венгерку.

– Значит, вы были здесь, Виктор? – спросил Молеон.

– Да, я приехал, – ответил тот, – и теперь самое время ввести меня в курс дела. Примите мои комплименты. Арест англичанина – это серьезный козырь.

– Да, но Люпен…

– Ах, Люпен… ну, Люпен по моей части. Если бы вы не стали торопить события, я бы подал его вам на блюдечке…

– Да что вы говорите?! А его сообщник, Маркос Ависто… бразилец, кажется?

– И его бы подал. Милейший парень этот Маркос и к тому же мой добрый знакомец! А уж как ловок! Прошмыгнул мимо вас – и был таков.

– Если это все, что вы хотели сказать, то… – пожал плечами Молеон.

– Да в сущности – все. Если не считать сделанного мною небольшого открытия… о, совершенно незначительного… которое, возможно, даже не имеет отношения к нашему делу.

– О чем это вы толкуете?

– Разве в вашем списке не значится еще один англичанин? По фамилии Мардинг?

– Да, Генри Мардинг. Но он уехал.

– Я видел, как он вернулся, и расспросил о нем портье. Он живет в отеле уже месяц, однако ночует здесь очень редко, да и объявляется не чаще раза или двух в неделю, всегда во второй половине дня. К нему приходит некая дама, очень элегантная, скрывающая лицо под густой вуалью, и они вместе пьют чай. Дама, которая иногда вынуждена ожидать Мардинга в холле, сегодня появилась до его возвращения и ушла, когда началась суматоха. Возможно, этого англичанина тоже следовало бы допросить.

– Рубо, вперед. Пригласи к нам англичанина Мардинга.

Рубо стремительно вылетел в коридор и вскоре привел господина, который явно не носил имя Генри Мардинг и уж точно не был англичанином.

Молеон, немедленно его узнавший, вскрикнул от удивления:

– Как! Это вы, Феликс Деваль, друг Гюстава Жерома! Торговец недвижимостью в Сен-Клу! Зачем вы выдаете себя за англичанина?

Феликс Деваль, друг Гюстава Жерома, торговец недвижимостью в Сен-Клу, вид имел весьма сконфуженный. Он попытался пошутить, но смех его прозвучал неестественно.

– Все верно. Но почему бы и нет? Удобно, знаете ли, иметь пристанище в Париже, когда часто бываешь в здешних театрах.

– Но почему под чужим именем?

– Просто фантазия… Впрочем, это никого не касается.

– А дама, которую вы принимаете?..

– Моя приятельница.

– Приятельница, скрывающая лицо под вуалью?.. Она, видимо, замужем?

– Нет-нет… но у нее есть на то свои причины…

Недоразумение нелепое, даже комичное. Однако почему Деваль так смущен? Откуда эта неуверенность?

Бросив взгляд на план, Молеон после недолгой паузы произнес:

– Комната Феликса Деваля тоже находится на третьем этаже, рядом с зимним садом, где ударили ножом англичанина Бемиша.

Готье посмотрел на Молеона: столь странное совпадение нельзя было не заметить. Неужели Феликс Деваль является четвертым сообщником? А посещавшая его женщина под вуалью – не та ли самая дама из кинотеатра «Сине-Бальтазар», которая убила Элизу Масон?

Полицейские повернулись к Виктору. Пожав плечами, тот усмехнулся:

– Вы слишком далеко заходите. Я же вам сказал, что мое открытие имеет второстепенное значение. Нечто вроде легкой закуски. Однако разобраться все же стоит.

Господин Готье попросил Феликса Деваля никуда не уезжать: он еще может понадобиться полиции.

– Отлично, – заключил Виктор. – И, шеф, я хотел бы, чтобы в один из ближайших дней вы меня приняли.

– Есть что-то новенькое?

– Мне надо вам кое-что объяснить.

Виктор уклонился от чести сопровождать комиссара Молеона, отправлявшегося обходить отель, но счел благоразумным предупредить княгиню Васильеву.

Арест англичанина Бемиша сулил ей крупные неприятности.

Виктор проскользнул в комнату с телефонной кабиной, которая не прослушивалась, и попросил барышню соединить его с номером триста сорок пять.

Номер триста сорок пять не отвечал.

– Попробуйте еще раз, мадемуазель.

И снова нет ответа.

Виктор отправился к портье.

– Дама из номера триста сорок пять ушла?

– Княгиня Васильева? Она уехала… примерно час назад.

Для Виктора это был удар, причем крайне неприятный.

– Уехала?.. Вот так, внезапно?

– О нет! Весь багаж отправили еще вчера, а счет оплачен сегодня утром. При ней оставался один только чемодан.

Дальше расспрашивать Виктор не стал. В конце концов, нет ничего удивительного в том, что Александра Васильева уехала и никто не препятствовал ее отъезду. Да и кто сказал, что она обязана ждать его разрешения?

И все же он разозлился. Люпен словно растворился в воздухе… Александра исчезла… Где и как их теперь искать?

Глава 9

В центре площади

1

«За одну ночь я обязан все исправить», – решил Виктор.

Когда на следующий вечер к нему пришел Лармон, лицо Виктора выражало неудовольствие, а на губах играла презрительная усмешка. Однако он был спокоен и уверен в себе.

– Продолжаем игру, – твердо произнес он. – Мое сооружение