Тиканье часов - Герберт Осбери

— О! — сказал инспектор. — Так была ссора, миссис Джексон?

— Да, — ответила она. — Однажды вечером я была с мистером Уолтоном в клубе, где мы ужинали, когда вошёл мой муж, мистер Джексон. Он напал на мистера Уолтона.

— Это было до развода?

— Да.

Инспектор на мгновение замолчал.

— Он видел вас с Уолтоном позавчера вечером, не так ли?

— Да.

— Он что-нибудь сделал или сказал?

— Он пересекал обеденный зал, просто поклонился нам и пошёл дальше. Он ничего не сказал.

— Вы когда-нибудь слышали, чтобы Уолтон упоминал человека по имени Янсен?

— Нет.

— Вы знаете кого-нибудь с таким именем?

— Нет.

— Вы знаете кого-нибудь, кто живёт в доме 222 по Третьей авеню?

— Нет.

— Хорошо. На этом, пожалуй, всё, миссис Джексон, — сказал инспектор Конрой, и женщина с видимым облегчением откинулась на спинку стула. — Теперь мы послушаем мистера Джексона.

13. История разведённого мужа

Допрашивая миссис Джексон, инспектор Конрой заметил, что её бывший муж наблюдал за этой женщиной так же пристально и жадно, как кошка за мышью, и игра эмоций на его лице убедила инспектора в том, что, что бы миссис Джексон ни думала о нём сейчас, он до сих пор не утратил всей своей привязанности к ней. Было очевидно, что он страдал, поскольку она рассказала о своих отношениях с Уолтоном достаточно, чтобы остальное было просто вопросом несложных умозаключений. А вот намеренно ли она выгораживала его в своих ответах, скрывалось ли что-то важное за той горячностью, с которой она отрицала его возможное участие в преступлении, сказать было сложнее. Инспектор склонялся к мысли, что нет, не намеренно.

Во внешности Джексона не было ничего необычного. Это был молодой человек, намного моложе Уолтона, элегантно одетый и, по-видимому, преуспевающий, с проницательными, но постоянно бегающими глазами человека, который живёт в основном за счёт своего ума. В последние годы такие люди приобрели широкую известность как «светские бездельники», «плейбои» и «шейхи». Инспектор Конрой понял, с кем ему придётся иметь дело. Он знал, что, даже если Джексон признает свою причастность к убийству Уолтона, склонить его к такому признанию будет крайне сложно; для этого потребуются очень убедительные доказательства.

— Итак, мистер Джексон, — начал Конрой, — что вам известно об этом деле?

— Ничего, — любезно ответил Джексон.

— Вам не нравился Уолтон?

— Конечно, нет. С чего бы? Но я не настолько глуп, чтобы совершить что-то подобное, например, убийство.

— Вы когда-нибудь бывали в этом доме?

— Нет.

— Расскажи мне о своей ссоре с Уолтоном.

— Всё произошло так, как рассказала моя… как миссис… как она вам рассказала. Я встретил их на ужине в клубе и ударил Уолтона. Я был пьян.

— Это была единственная ссора, которая у вас с ним была?

— Да. Он избегал меня.

— Вы что-нибудь знаете о больном молодом человеке, который получал бутылочки с белым веществом?

— Нет. Я никогда о нём раньше не слышал.

— Вы случайно не тот молодой человек?

— Что за глупости! — воскликнул Джексон. — Разве я выгляжу больным? Неужели я выгляжу так, будто мне нужно белое вещество в маленьких бутылочках?

— Только не волнуйтесь, — предостерёг инспектор. — Я всего лишь пытаюсь докопаться до сути этого дела.

— Вы действуете необычным образом, — сказал Джексон.

Инспектор Конрой кивнул.

— Так это и необычное дело, — сказал он. — В нём есть нечто большее, чем кажется на первый взгляд.

Он наклонился вперёд, пристально изучая Джексона и пытаясь поймать его взгляд.

— Я стараюсь, — медленно произнёс он, — найти кого-то, у кого был мотив для убийства Уолтона.

— Полагаю, у меня был мотив, — сказал Джексон, — но я не такой дурак.

— Где вы были вчера между семью пятнадцатью и восемью часами утра?

— В моей квартире на Вашингтон-сквер, — спросил Джексон.

— У вас есть какие-нибудь доказательства этому?

— Да. Если вы ознакомитесь с отчётами «Вестерн Юнион», то обнаружите, что вчера утром мне была доставлена телеграмма и что я расписался за неё в семь сорок пять. У меня никак не могло быть времени, чтобы после этого добраться сюда и убить Уолтона, и я не смог бы убить его и вернуться вовремя, чтобы расписаться в получении телеграммы.

— Какое совпадение, что вы получили телеграмму именно в это время.

— Ну да, так оно и было.

— Вы сами расписались в получении?

— Да.

— Мог бы мальчик-посыльный опознать вас?

— Не знаю. Полагаю, что мог.

— Записи о времени, сделанные мальчиками-посыльными, не всегда верны.

— Не всегда, — согласился Джексон, — но они являются хорошим доказательством.

— И, возможно, вы знаете, — сказал инспектор, — как такое провернуть.

— Только не я, — сказал Джексон. — Если мне нужно сделать какую-то грязную работу, я сделаю её сам!

— Я верю, что вы бы это сделали, — сказал инспектор Конрой, задумчиво глядя на него. — Я верю, что вы бы это сделали! Но вы не убивали Уолтона?

— Я этого не делал, — твёрдо сказал Джексон.

Инспектор пристально посмотрел на него.

— Вы знаете кого-нибудь по фамилии Янсен? — спросил он.

— Нет.

— И, конечно, вы никого не знаете в доме 222 по Третьей авеню?

— Не знаю, — сказал Джексон.

14. История таксиста

Допрос Коулмана не дал никаких существенных результатов. Он был водителем такси от