Хип-хоп маленьких лебедей - Дарья Донцова

Дверь открылась, появилась фигура в странном костюме: голова дракона, передние лапы кошачьи, тело до пояса как у собаки, на нем лохматая шерсть коричневого цвета, возможно, это отсыл к медведю. Из филейной части торчал ярко-зеленый блестящий хвост русалки. Судя по его объемам, сирена отличалась отменным аппетитом и никогда не сидела на диете.

– Снаружи Леша ужасен, – вещали из компьютера.

Странное существо кивнуло.

– Но внутри он прекрасен, – бубнил голос.

Монстр начал тереть кошачьими лапами оскаленную морду тиранозавра.

Чтец добавил трагизма в голос:

– Никто не хотел выходить замуж за Лешу.

Ящер стал рыдать и выть. Правда, страдал он тихо, определенно не хотел заглушить запись.

– Ни собака, ни кошка, ни лошадь, ни бык, никто не хотел выйти замуж за Лешу.

Я хотела сказать, что небось бык особенно мечтал оказаться замужем, но прикусила язык. Я плохо разбираюсь в повадках сельскохозяйственных животных, возможно, коровы у них женятся, а быки выходят замуж.

Тем временем представление шло своим чередом, сказка продолжалась.

– Когда Леша совсем потерял надежду создать семью, ему на берегу озера повстречалась прекрасная принцесса Люда.

Из динамика зазвучал плеск воды, послышался крик чаек.

– Озеро грязное, – заявила Елизавета.

Людмила повернулась к подруге матери и задала вопрос, который вертелся и у меня на языке:

– Тетя Лиза, почему вы так решили? Мы не видим воду.

Пожилая дама показала на ноутбук:

– Он произнес: «На берегу озера повстречал…», и чайки заорали. Все считают их белокрылыми, прекрасными. Ах, ах, над морем парят! Но у этих птиц просто такая репутация, а по сути они мерзкие воровки. Упрут все, что плохо лежит, нагадят повсюду и улетят над водой планировать. Чем водоем грязнее, тем им слаще!

– Думаете, Люся родилась чайкой? – вопросил ноутбук.

Елизавета Максимовна скорчила брезгливую гримасу:

– Надеюсь, нет.

– Нет, нет, нет, – эхом повторил динамик.

– И слава богу, – сказала Анастасия Борисовна. – Я тоже не люблю пернатых, везде срут. Фу!

– Принцесса! Входи! – закричал ноутбук.

Фима подошла к двери и распахнула ее.

В комнату нетвердой походкой вошла маленькая девочка в розовом платье. Толстенькие ножки малышки скрывали белые колготки, а на стопах чернели гладиаторские сандалии, зашнурованные почти до коленей. Неподходящая обувь для комплекта с воздушно пышным платьем. Я сразу поняла: вот кого я недавно видела в коридоре особняка. Сначала малышка передвигалась на ногах, потом на четвереньках. Под ее колготками просвечивал памперс. Можно ли задействовать в спектакле ребенка? На мой взгляд, неправильно использовать детей в своей работе.

– А почему на принцессе вуаль, которая полностью закрывает ее лицо и даже шею? – полюбопытствовала невеста.

– Сюрприз, – загадочно улыбнулась Фима, – подождите, все узнаете. Это лучший номер, тоже победитель Европозрелища. Первое место!

– А у певца какое? – спросила я.

– Первое, – повторила Фима.

– Двух первых мест не бывает, – возразила Анастасия.

– Почему? – удивилась ведущая. – Победители бывают в разных жанрах: по пению, танцам, фокусам, театральным постановкам. Всего двадцать восемь номинаций.

Пока мы вели беседу, чудовище и девочка делали странные па. Динозавр разводил лапами, топтался на месте и пытался присесть. А малышка просто покачивалась.

– После долгих свиданий Леша понял, что он обожает принцессу, – выл ноутбук. – Но как она к нему относится? Как вы думаете?

– Отвечайте, пожалуйста, – засуетилась Фима. – Здесь по сценарию разворачивается жаркая дискуссия. Одни гости думают, что Люда полюбит Лешу, другие, что она от него живенько сбежит. Ваше мнение?

– Ну и зачем такой в хозяйстве? – пожала плечами Елизавета Максимовна. – Какая от него польза? Денег не зарабатывает, корми его, дармоеда.

– Не в деньгах счастье, – процитировала Анастасия Борисовна, – не в еде радость, не хлебом единым жив человек.

– Хорошо людей поучать, когда в буфете у тебя сладких бриошей каждый день полное блюдо, – окоротила подругу Лиза, – а у меня душа за народ наш голодный болит. Кстати, я лакомлюсь черными сухариками.

– Ха! – подпрыгнула Анастасия. – Лизавета, ты свою заботу о нищих людях проявляешь, вкушая черные сухарики, которые…

– Да, – перебила ее Елизавета Максимовна, – именно сухари. Именно черные. Я не лицемерка с бриошами в столовой.

– Конечно нет, милая, – пропела Анастасия, – ты у нас демократка, лопаешь сухарики, которые специально готовит повар-француз. И намазываешь на них фуа-гра тоже не российского производства.

– У нас фуа-гра делать не умеют, – возмутилась Елизавета, – я патриотка, я бы купила нашенскую фуа-гру! Да где она? Там же где настоящий сыр и масло без добавок технического сырья. Я люблю Россию! Но продукты у нас жуть!

– Давайте досмотрим номер до конца, – попросила Фима, – сейчас будет самое интересное.

– Леша решил поговорить с Людой, – декламировал ноутбук.

«Динозавр» нагнулся и прикоснулся мордой к «принцессе».

– И она согласилась стать женой монстра! – заорал компьютер. – Ура! Ура! Горько!

Голос был таким противным, что я отвернулась к окну. Хотя мне следовало зажать уши. И тут раздался нечеловеческий визг. Я посмотрела на «динозавра» и не удержалась от возгласа:

– Он ее хочет съесть!

А вы бы о чем подумали, увидев, что маленькая девочка свисает из пасти чудовища? Малышка отчаянно визжала, пытаясь освободиться.

– Фима, – заорал «динозавр», – сними Хрюню, она юбкой зацепилась за пасть!

Ведущая бросилась на помощь терпящей бедствие, сдернула малышку, с головы принцессы слетела вуаль.

– Свинья! – пришла в восторг Анастасия. – Люда – хрюшка.

Я с трудом подавила смех. Когда я впервые встретила «девочку» в коридоре, она шла спиной ко мне. Лица, то есть морды, я не видела. Однако поросенок здорово ходит на задних лапах. В тот момент я приняла его за маленькую девочку. Меня не смутило, что «крошка» в какой-то момент встала на четвереньки и понеслась по коридору быстрее, чем на двух ногах. Теперь понятно, почему на ней памперс.