Возраст сомнений - Андреа Камиллери

– Конечно.

– Скажите ему, что горе срочно нужен Магомет.

Повисла пауза.

– Но… – только и мог сказать секретарь.

Комиссар уже повесил трубку. На пороге стоял Мими Ауджелло.

Вид у него был слегка потрепанный.

– Тяжелая выдалась ночь, Мими? – иронично заметил Монтальбано.

– Не говори!

– Тебе достался приз?

– В каком-то смысле…

– Она отказалась?

– Если бы!

– Выкладывай!

– Ладно, Сальво, но сначала выпью кофе. Двойной. Катарелла приготовит.

– С ликером, для восстановления сил. Вижу, ты основательно вымотан.

Ауджелло ничего не ответил. Молча сидел и ждал свой кофе.

Выпив кофе, как и обещал, он приступил к рассказу:

– Вчера вечером мы с Ливией пошли ужинать.

Монтальбано, в голове у которого все время крутилась Лаура, вздрогнул:

– С Ливией?!

– Сальво, ты забыл, как зовут Джованнини? Это не твоя Ливия, не волнуйся. Я повез ее в ресторан в Монтелузе. Она поела от души и выпила полторы бутылки вина. Надеюсь, мне возместят расходы?

– Разве ты не получил компенсацию натурой? Дальше?

– Потом она взяла инициативу в свои руки.

– Это как?

– Послушай, можно я не буду вдаваться в подробности?

– Ладно. Только начало. Что она сказала?

– Сказала? Ничего. Она действовала!

– Каким образом?

– Не успели мы отъехать от ресторана, как она положила руку сам понимаешь куда.

Романтичная натура эта Джованнини!

– И спросила, куда я ее повезу. Я ответил, что мы можем поехать ко мне, но она сказала, что предпочитает на яхте, в своей каюте.

– Во сколько это было?

– Я не смотрел на часы, около полуночи. Мы поднялись на яхту и внизу, в салоне столкнулись с капитаном.

– Ах вот как? Но говорят, что Спарли – любовник Джованнини. Он разозлился? Кричал? Что он тебе сказал?

– Ничего. Пожелал нам спокойной ночи и пошел наверх, на палубу.

– Может, он – запасной вариант, когда у Джованнини нет кого-то получше?

– Возможно. В общем, он не устраивал сцен. Мы зашли в каюту, Ливия мигом разделась…

– Мими, окажи мне услугу…

– Конечно.

– Не называй ее Ливией.

– Почему?

– Мне неприятно.

– Хорошо. Она с порога завелась и уже не могла остановиться. Сальво, это не женщина, а электрическая мясорубка, которую забыли отключить от сети. Может, поэтому капитан, увидев меня с ней, улыбнулся. Я освободил его от тяжкой повинности! К счастью, примерно в полтретьего мы поняли, что что-то случилось.

– Почему к счастью?

– Потому что мясорубка ненадолго выключилась.

– Одним словом, как говорили латиняне, морс туа – вита меа, твоя смерть – моя жизнь.

– Сальво, ты шутишь, но все так и обстоит.

– Вы слышали крик?

– Какой крик? Не было никакого крика.

– А что было?

– Капитан позвонил кому-то и сообщил, что случилась беда.

– А дальше?

– Лив… Джованнини надела халат и вышла из каюты. Когда вернулась, сказала, что ничего страшного, пьяный матрос свалился в воду, но его вытащили.

– Ты знаешь, что он мертв?

– Конечно, я потом узнал, но она мне об этом не сказала.

– Почему?

– Как это почему? Потому что хотела продолжения! Она боялась, если я узнаю, что он не просто мертв, а застрял там, в каком-то метре от нас, то у меня ничего не получится.

– Когда ты сбежал с яхты?

– В половине седьмого, когда труп увезли. Поехал домой, немного поспал. Вернусь – еще посплю, потому что сегодня вечером Лив… Джованнини хочет устроить второй раунд.

– Ты смог поговорить с ней в короткие передышки?

– Да. Она спросила, сколько я зарабатываю, пришлось немного увеличить себе оклад.

– Она удивилась?

– Нет. Спросила про жену и детей. Я сказал, что холост. Хорошо, что мы не поехали ко мне! Там повсюду детские игрушки…

– Обычные вопросы.

– Да, но я уверен, она куда-то клонит. Я сказал, что работа мне не нравится, я с удовольствием поменял бы ее на более доходную. В общем, показал, что готов. Мне кажется, она что-то задумала.

– Слушай, а как ты справился?

– Звучит нескромно, но, кажется, я был на высоте.

– В этом я нисколько не сомневаюсь, я имею в виду, обсуждали ли вы проверку топлива с лейтенантом Белладонной.

– А, ты про это? Обсуждали, конечно. Это минутное дело.

Если б на голову Монтальбано с потолка свалилась балка, было бы не так больно.

– Где? Ко… когда?

– Бедняжка! Она работала всю ночь и позвонила мне в шесть утра.

– И пришла… к тебе?

– Сальво, что с тобой? Почему ты заикаешься? Нет, я заходил к ней в портовое управление.

Динь-дон-дан, динь-дон-дан.

– Дорогой Мими! Дорогой мой! – вскочил комиссар и бросился обниматься. – Ты устал, тебе надо поспать. Иди поспи, наберись сил!

Входивший в эту самую минуту Фацио замер на пороге.

Что это с комиссаром? Лезет ко всем обниматься…

– Чего тебе? – спросил Монтальбано, когда Мими ушел.

– Хочу напомнить вам про звонок доктору Паскуано.

– Уже позвонил. Думаешь, у меня старческий маразм, все забываю?

– И что он говорит? Я не…

– Смотри, как я могу! – и Монтальбано вскочил ногами на стол. – Оп-ля!

Фацио вытаращил глаза. Комиссару явно нужна врачебная помощь, и как можно скорее.

– Ах, доктор! Вас спрашивает доктор Пискуано, который…

– Соединяй.

– Монтальбано, у нас телефоны не работают, какая-то авария.

– Простите, а как же вы звоните?

– С сотового, конечно, но я не люблю долго разговаривать по этому устройству. Что вы хотели от Магомета?

– У вас там моряк, который упал…

– Я с ним работал сегодня утром.

– Можете рассказать?

– По сотовому – нет. Если приедете в течение получаса, я вас жду.