Мыльная сказка Шахерезады - Дарья Донцова

Я решилась на откровенность:

— Вчера вечером Соловьева ушла из дома и до сих пор не вернулась. Ее дочь, школьница, очень нервничает. Она, как и вы, уверяет, что у мамы нет ни подруг, ни близких знакомых, девочка никогда не видела дома гостей, Ирина не устраивала праздников, вечеринок.

— Похоже на правду, — перебила меня Елена, — Ирка всегда вызывается работать тридцать первого декабря, и в другие праздники спокойно выходит, поэтому я считала ее одинокой. О дочери впервые слышу, она о ней даже не намекала. И в коллективе ни с кем близко не сошлась. Правда, у нас текучка большая, работа пахотная, почесать языком некогда, но ведь что-то узнается случайно. Девушки хвастаются покупками, подарками от парней, цвет волос изменяют, новую губную помаду покупают. С любовником-мужем-родителями повздорят, всю смену носом шмыгают, отдых планируют, кредит берут. А Соловьева как автомат. Пришла, ушла, никто ее злой, обиженной, радостной или в слезах не видел. Штирлиц рядом с ней отдыхает.

— Попытайтесь предельно точно вспомнить, что она вам сказала, — попросила я. — Звонок раздался почти ночью. Вы, наверное, испугались?

— Мало кто обрадуется, если за полночь мобильный задергается, — заметила Елена. — У меня мама с диабетом. Первая мысль, когда я трубку схватила, была: «Мамуле плохо!» Но из трубки раздался мужской голос:

— Извините за беспокойство. Говорят из клиники по поводу Ирины.

Елена Михайловна почувствовала невероятное облегчение, потом — удивление.

— Какой Ирины?

— Соловьевой, из «Фасоли», — пояснил звонивший. — Ее увезли на операцию.

— Господи, что произошло? — испугалась Елена.

— Приступ аппендицита, — без задержки ответил врач. — Она просит вас завтра выйти на работу, заменить ее. Пожалуйста, предупредите начальника: Соловьева в клинике, просит десять свободных дней, бюллетень представит.

— Пусть не беспокоится, — остановила доктора Елена, — она за два года на моей памяти ни разу не болела, имеет право спокойно лечиться.

— Все? — уточнила я.

Елена кивнула.

— Что-нибудь показалось вам необычным? — наседала я.

— Кроме самого звонка, нет, — протянула коллега Соловьевой.

Я кивала в такт ее словам. Все бы ничего, но есть несколько штрихов, которые заставляют насторожиться. Ариадна Олеговна упомянула, что характер дочери окончательно испортился после того, как ей в тринадцать лет удалили аппендикс. Может ли у человека вырасти второй? Ладно, предположим, Ира анатомический уникум, у нее с течением времени появился еще один аппендикс. Но Кузя по моей просьбе вчера поздно вечером проверил больницы и морги. Ни в одном учреждении Ирины Соловьевой нет. Хорошо, допустим, в регистратуре напутали. Или ее привезли после того, как Кузя прошерстил врачебные записи. Но почему Ира не предупредила Катю? Мать забыла о дочери? Ей успели дать наркоз, а она последним усилием уходящего сознания вспомнила о работе, но не о своей девочке? Оставила Катю мучиться в неведении?

— Более ничего не знаю, — расстроенно сказала моя собеседница.

Дверь в комнатушку приоткрылась, всунулась девушка, кудрявая, как барашек.

— Елена Михайловна, там посетитель скандалит. Он заказал котлеты из курицы с жареной картошкой, ему их подали с гречей. Съел спокойно, а сейчас говорит: «Не хочу платить, не то принесли».

Управляющая встала:

— Иду, Ната.

«Барашек» исчез, я протянула Елене Михайловне визитку.

— Вдруг что-то вспомните или услышите о Соловьевой, звоните мне в любое время.

Елена положила карточку в карман юбки, мы вместе вышли в зал, управляющая отправилась утихомиривать скандалиста, а я выбралась на улицу, порадовалась неожиданно яркому солнцу, глянула на часы и набрала телефон, который мне оставила Катя.

— Алле, — кокетливо произнес высокий голос, — Сереж, ты? Не молчи. Я знаю…

— Можно Катю? — сказала я.

Голос сразу поскучнел.

— Вы не туда попали.

— Вы Соня? — спросила я.

— Предположим, — ответила девочка.

— Катя Соловьева сказала, что вы ее лучшая подруга и вас не накажут за использование строго запрещенного мобильного. Меня зовут Даша.

— Хочется посмотреть на лицо отца, когда он увидит в моем дневнике запись: «Болтала по сотовому, „двойка“ за непослушание», — засмеялась Соня. — Директор живо дурака-учителя выгонит, побоится папуськиных денег лишиться. Вам Катьку?

— Да, если она рядом, — попросила я, — или пусть сама соединится с Дарьей.

— Ну… я… ваще-то… типа… сейчас занята, — протянула Соня, — а затем в кино иду.

Мне стало тревожно.

— Соня, где Катя?

— На английском, — ответила девочка.

— Уроки уже закончились, — отметила я.

— Ой, надоела, отвяжись, — схамила Соня, — хорош трезвонить! Отвали! Мы с Катькой поругались.

В ухо полетели частые гудки. Я нажала кнопку быстрого набора и услышала баритон Семена:

— Привет.

— А где Кузя? Зачем берешь его трубку? — удивилась я.

— У нас новое дело? — поинтересовался Собачкин. — Где предоплата? Бесплатно только белочки в лесу бегают.

— Не в деньгах счастье, — парировала я.

— С ними легче, — возразил Сеня, — и любовь в обрамлении купюр крепче.

— С милым рай и в шалаше, — усмехнулась я.

— Точно, — обрадовался Собачкин, — в особенности, если он стоит во дворе своего особняка и туда лакей таскает запеченную осетрину. Намедни, сидючи в приемной стоматолога, я взял от скуки в руки журнал и прочитал статейку. Автор советовала перед вступлением в брак проверить свои чувства, съездить вместе с женихом отдохнуть на море. Две недели, проведенные на Сейшелах, и вы увидите все скрытые недостатки избранника.

— Неплохой рецепт, — согласилась я.

— Эхма, не там любовь исследуется, — закряхтел Собачкин. — Чего можно на Мальдивах, Гоа или в Турции-Египте не поделить? Куда жрать пойти? Лучше всего пожить в однушке в спальном районе, со свекровью-тещей на кухне, живо ясно станет, каков градус чувства!

— Когда твое агентство прогорит, будешь зарабатывать как семейный консультант, а сейчас передай трубку Кузе, — велела я.

— Разоримся мы только в одном случае — если начнем работать бесплатно, — отбрил Собачкин. — Так есть клиент? Расценки тебе известны. Автомат по выдаче информации работает отлаженно. Всунул купюру — получил ответ. Не всунул — отказ. Закон вселенской справедливости. Чтобы получить крошку, отдай песчинку, иначе нарушится равновесие в природе. Я доступно объяснил?

— Более чем, — ответила я, — клиент есть, предоплату отдам. И остальное тоже. Зови интернет-сыщика.