Клеопатра с парашютом - Дарья Донцова

– Нельзя, – сердито произнес он. – Куда вы направляетесь?

– К подружке, – честно ответила Водовозова, – в двадцать седьмую.

Опер вытаращил глаза и позвал другого полисмена, старшего по званию. Тот устроил загулявшей девушке допрос, она честно ответила на все вопросы, мол, лишилась в клубе сумочки, вот и пришла к своей коллеге, тоже бьюти-модели, Степаниде Козловой. Не успела она завершить рассказ, как двое санитаров вытащили из подъезда носилки, на которых громоздился черный полиэтиленовый мешок, пристегнутый ремнями.

– В доме кто-то умер? – ужаснулась Водовозова.

– Жиличка из двадцать седьмой, ваша знакомая, – равнодушно пояснил полицейский. – Спасибо, что помогли с идентификацией личности, а то никаких документов в квартире не оказалось. Эй, парни, стойте! А вы гляньте сюда…

Водовозова не успела понять, чего от нее хочет сотрудник МВД, как тот расстегнул на мешке молнию и спросил:

– Узнаете? Назовите имя девушки!

Ленка глянула на обезображенное, залитое кровью лицо, увидела светлые мелированные волосы, и в ужасе пролепетала:

– Это Степа Козлова.

– Тащите труп в морг, – распорядился полицейский и ушел.

Водовозова села прямо на тротуар. Никто из сновавших вокруг людей не обращал на нее внимания, пожалел лишь молодой сержант, тот самый, что стерег вход в подъезд. Он поднял девушку, прислонил ее к стене и дал мятную жвачку.

– Что случилось с Козловой? – зашептала совершенно разбитая Водовозова.

Несмотря на испуг, головную боль и растекшуюся косметику, Лена все равно оставалась очень привлекательной, и сержант решил произвести на красавицу приятное впечатление, поэтому вмиг поделился служебной информацией.

В центре Москвы вот уже несколько месяцев орудует серийный убийца, который нападает на молодых светловолосых женщин хрупкого телосложения. Маньяк убивает их с особой жестокостью, непременно уродуя лицо. Полиция пока не знает, как преступник выбирает очередную жертву, где знакомится с ней, почему погибшие впускают постороннего человека в квартиру. Степанида Козлова – шестой труп за короткий срок. И ей еще повезло! Так как душегуб имеет дело исключительно с одинокими красавицами, их обезображенные останки находили спустя длительное время после смерти. А Козлову обнаружили еще теплой, что, вероятно, поможет в поимке мерзавца. Получилось так: маньяк, уходя, захлопнул за собой дверь квартиры убитой, а замок не сработал, створка осталась полуоткрытой. В три тридцать ночи из соседней квартиры вышла женщина, работающая водителем трамвая. Она торопилась на службу, но заметила открытую дверь соседки и заглянула к ней. А потом вызвала полицию.

Понимаете, в каком физическом и моральном состоянии Ленка приехала на работу? Она вошла в торговый зал, зарыдала и сказала подбежавшим продавщицам:

– Козлову убили, я видела ее труп. Жуть страшная!

Дальше события развивались с калейдоскопической скоростью. В течение нескольких минут зловещая новость добралась до Ирины Марковны, та пришла в ужас и велела написать некролог…

Водовозова замолчала, я тоже не произносила ни слова. В общем-то, понятно, почему Ленка опознала «мой» труп. Она услышала номер квартиры, где обнаружили погибшую, и не сомневалась, что меня нет в живых. Лицо несчастной неизвестной девушки было разбито, Водовозова побоялась его рассматривать, ей хватило выкрашенных в светлый цвет волос, чтобы сделать вывод о трагической гибели коллеги. Но Ирина Марковна! Почему она-то не позвонила в полицию, не проверила информацию? Хотя, подозреваю, что сейчас в холодильнике лежит труп с биркой «Степанида Козлова», и Ирине Марковне так бы о нем и сказали.

– Почему ты не соединилась со мной по мобильному? – налетела я на Водовозову.

– Мертвые на звонки не отвечают, – всхлипнула Ленка. – И я же сказала: клатч украли, а телефон в нем был.

Я тяжело вздохнула.

– Перестань хныкать!

– Тебе хорошо, – снова всхлипнула Лена, – а мне объяснительную придется писать. Ирка от злости с катушек слетела.

– Она не имеет права требовать от тебя объяснений! – рассердилась я. – Мы ей, как кость в горле, – сидим в бутике и плюем на ее распоряжения. Клюева давно мечтает Арни выселить, поэтому собралась использовать случившееся в своих целях. Дескать, прибыль магазина из-за казуса ниже плинтуса рухнула. Не дергайся, не ходи к директрисе, ты пережила жестокий стресс, странно, что не заикаешься. Я бы, увидев твой труп, в обморок рухнула. Поезжай домой, а я попытаюсь разыскать Франсуа и расскажу ему обо всем. Если не соединюсь с Арни, то позвоню Роману Глебовичу. Не переживай, Водовозова, труп Козловой тебя прикроет.

Ленка удивилась:

– А ты не испугалась? Жутко увидеть свой некролог.

Я махнула рукой.

– Пустяки! Значит, проживу тыщу лет – это хорошая примета, когда живого человека мертвым объявляют. Ирина сама виновата. Она не поняла, в каком ты состоянии. Кстати, а почему Клюева не догадалась на всякий случай мне на сотовый звякнуть?

– Не знаю, – прошептала Лена.

– Да ясно, ума не хватило, – резюмировала я. – Ирка выказала себя полной дурой, а не разумной начальницей, в случившемся бардаке в основном ее вина.

– Мне и правда лучше домой пойти, – выдохнула Ленка. – Надо лечь. Ну и денек! Погоди… Но если убили не тебя, то кого?

– Вопрос на миллион, – протянула я и тут же вспомнила худенькую девушку в эпатажно коротком, вульгарном платье и красных лаковых сапогах-ботфортах на высоком каблуке и огромной платформе. – Хозяин квартиры безо всякого предупреждения выкинул меня вчера на улицу. Решил поселить на мое место работницу секс-индустрии или вознамерился сделать из хаты подобие гостиницы с почасовой оплатой. Погибла проститутка.

Я осеклась и замолчала.

– Что? – спросила Лена. – Вспомнила какие-то подробности?

Меня стал бить озноб.

– Только сейчас сообразила. Ведь выходит, что Николай Сергеевич, мой бывший хозяин, спас мне жизнь. Не выпри он меня вон – лежала бы я сейчас в морге.