О чем молчит диктофон - Марина Серова

Могу себе представить.

– А у него и брат есть?

– Да, Виталик. Года на два младше Максима. Кстати, с ним Элька дружила. Вроде бы они даже встречались. Она особо со мной не откровенничала. Та еще гадина. Была… И получила ведь по заслугам.

Тон Виктории мне не понравился. Уже не в первый раз я ловила себя на мысли, что Вика, похоже, знает о смерти подруги гораздо больше, чем говорит.

– А где живет этот Максим?

– Да там же, поди, и живет. – Виктория зевнула. – Где ему еще жить-то…

Направление «там же» никоим образом меня не устраивало, поэтому я потребовала от Виктории дать мне точный адрес. Немного поломавшись и повозмущавшись, Вика наконец соизволила назвать улицу и дом, где проживал ее отвергнутый жених. В течение следующих пяти минут она напрягала свою память, но так и не смогла назвать номер квартиры. Максим жил в Трубном районе, видимо, действительно в хрущевке.

– А зачем тебе? – лениво поинтересовалась Вика. – Дело прошлое…

– Недавнее прошлое… – пробормотала я. Виктория лишь оттопырила губу и сморщилась, отхлебнув остывший кофе.

– Вика, а твой муж всегда берет с собой телохранителя, когда выходит из дома? – Мне показалось довольно странным, что Ястребов буквально не расставался со своим бодигардом. Даже по дому перемещался в его сопровождении.

– Да нет. – Вика махнула рукой. – Только на мероприятия, где собирается много народа. А так может и домой его отпустить.

– Домой? – удивилась я. – А разве он не проживает постоянно в особняке?

– Большей частью да. Но у него квартира где-то на отшибе. Осталась от матери, насколько мне известно. Он вообще мало о себе рассказывает, это Кирилл из него вытянул. Хотел с жильем ему помочь, но гордый Славик отказался.

В тоне Виктории без труда угадывалось презрение к «гордому Славику». И в то же время какой-то непонятный страх.

– Ну вот, – продолжала Вика. – Кирилл иногда устраивает ему что-то вроде коротких каникул. А когда он понадобится, просто ему звонит. Непыльная работенка, правда?

Я бы не решилась назвать работу телохранителя непыльной. Тем более что сама же Вика сообщила, что Вячеслав однажды спас ее мужу жизнь.

– Как это произошло? – Я попросила Вику описать этот случай подробнее.

– А, ничего особенного. – Вика пожала плечами. – Я толком не знаю, это было еще до меня. Они были на какой-то там презентации тренажеров. Потом все собирались поужинать в неформальной обстановке, поэтому многие пришли с женами. Кирилл вообще решил, что его с кем-то перепутали. Тот придурок целился прямо в Кирилла, а Славик закрыл его собой. Говорит, как знал – бронежилет надел. А то не было бы сейчас нашего Славика.

Виктория завела глаза и театрально вздохнула.

– Ты только не говори, что я тебе рассказала, – спохватилась вдруг моя клиентка. – Кирилл не любит об этом вспоминать.

Я пообещала, но мысленно взяла это на заметку. Вячеслав явно был бодигардом высокого класса. Хорошая реакция плюс умение вовремя определить, откуда именно исходит угроза.

– А Вячеслав может остаться с тобой в особняке, когда твой муж соберется на очередную встречу? – Я задала своей клиентке вопрос, который волновал меня в данный момент больше всего. Дело в том, что мне необходимо было отлучиться, чтобы встретиться с Максимом. Тащить с собой Викторию было попросту немыслимо, но и оставить свою клиентку одну «без прикрытия» я тоже не могла.

– Не знаю. – Вика растерянно посмотрела на меня. – А зачем тебе это?

– Понимаешь, – начала терпеливо я объяснять, – времени у нас совсем немного, а чтобы расследование продвигалось быстрее, мне просто необходимо время от времени ездить на разные встречи. Ну, с теми, кто мог бы сообщить хоть что-нибудь полезное.

– Да поезжай хоть сейчас, я за этим тебя и наняла. – Виктория надменно вздернула подбородок. Я вздохнула. Виктория, похоже, не осознавала всей серьезности ситуации. Во мне же росло безотчетное чувство неведомо откуда грозящей опасности.

– Они скоро вернутся, – добавила Виктория уже более миролюбиво. – Так что не волнуйся, если нужно для дела – поезжай. Я уже совсем извелась, когда уже все это закончится…

Я взяла с Виктории клятвенное обещание, что она ни шагу не ступит за территорию охраняемого поселка и вообще не высунет носа из дома до моего возвращения. Виктория пробубнила, что собиралась проехаться в центр, но теперь отложит шопинг до моего возвращения. Я сочла, что это вполне разумное решение – садиться в таком состоянии за руль не лучшая идея.

Вслух же посоветовала Виктории прилечь и немного отдохнуть. Моя клиентка послушно поплелась в спальню, я же предварительно убедилась, что балконная дверь надежно заперта изнутри. Лишь после этого я вывела свой «Фольксваген» из подземного гаража и порулила в Трубный район.

Максим Подвоев жил в Новокузнецком переулке, в самой старой части района. Конечно, предварительно я попыталась дозвониться до Максима по номеру, который, скривившись, дала мне Виктория. Однако абонент с завидной регулярностью оказывался недоступным, и я решила наведаться к бывшему жениху клиентки без предварительной договоренности.

Как я и предполагала, бывший жених Виктории жил в панельной четырехэтажке. Машину мне пришлось оставить на пустыре прямо за домом, никаких более приемлемых мест для парковки в Новокузнецком переулке не просматривалось. Номера нужной квартиры я не знала, но когда меня останавливали подобные мелочи. Я решительно направилась к подъезду, возле которого лениво прогуливалась пожилая женщина. Следом за ней так же лениво семенила толстенькая собачка с взъерошенной шерстью неопределенного цвета. Вероятно, хозяйка и ее питомица совершали очередной моцион.

– Вы не подскажете, где живет Максим Подвоев? – спросила я пожилую даму, приветливо поздоровавшись. Женщина, не ответив на приветствие, равнодушно взглянула мне в лицо, а услышав мой вопрос, недоверчиво усмехнулась.

– «Живет», – передразнила она меня. – А ты кем ему будешь-то?

Я слегка удивилась столь враждебной реакции на, казалось бы, безобидный вопрос.

– Мы вместе учились, – мои версии не отличались разнообразием, – а потом я уехала в другой город, мы давно не виделись, вот я и подзабыла, в какой квартире он живет.

– Значит, очень давно не виделись, – прищурилась моя собеседница. – Восемнадцатая квартира у них. Только не живет он больше.