О чем молчит диктофон - Марина Серова

– Да, собираюсь кое с кем встретиться, – обтекаемо сообщила я и тут вспомнила немаловажную деталь. – Вика, ты можешь сделать так, чтобы на въезде меня пропускали без твоего звонка? Это ведь неудобно, да и я могу приехать, когда тебя не будет. Кстати, когда вы с мужем собираетесь возвращаться?

Вика беспечно пожала плечами:

– Поздно вечером, наверное. А может, вообще ночевать останемся. Но ты не стесняйся, особняк в твоем распоряжении. Запасные ключи в будке.

Виктория имела в виду пост охранника на въезде.

– Не вопрос, сейчас позвоню. У твоей тачки какой номер?

Я продиктовала.

– Ты хотя бы позавтракала? – проявила неожиданную заботливость Виктория, закончив отдавать распоряжения на пост охраны. Я кивнула, не желая вдаваться в подробности. На самом деле я ограничилась чашкой кофе. Я и у себя дома предпочитаю тосты или пиццу на заказ, а уж сооружать завтрак в чужой кухне для меня было бы сродни подвигу.

– Вика, пообещай, что постоянно будешь рядом с мужем. – Фраза прозвучала несколько двусмысленно, и Виктория язвительно усмехнулась.

– Куда ж я от него денусь… – Она нахмурилась и тряхнула головой, от чего ее аккуратно уложенные волосы разметались по плечам. – Ладно, не парься, я же все понимаю.

Хотелось бы верить, что это так. Хотя бы отчасти.

Добравшись до Тарасова, я почувствовала, что не на шутку проголодалась. Разыскав ближайшее круглосуточное кафе, я сделала заказ и принялась звонить Векшину, мысленно уповая на то, что майор не грохнет телефон о стену, едва увидев мой высветившийся номер.

– Да! – рявкнул Векшин, и я поняла, что застигла его своим звонком не в лучшем настроении.

– Доброе утро, Витя. – Я решила начать издалека.

– Ага, – угрожающе ответил Векшин, и я поняла, что мне лучше не терять времени.

– Мне очень нужно с тобой встретиться. Можно я приеду прямо сейчас?

– Слушай, Жень! – Нарастающая угроза в голосе Векшина заставила бы съежиться более впечатлительную натуру.

– Я прошу не просто так, появились новые подробности, они могут кое-что прояснить в твоем деле, – протараторила я буквально на одном дыхании, сама толком не понимая, что именно имею в виду.

– Вот только в мои дела, пожалуйста, не лезь больше, а! Хватит и того, что ты уже наворотила! Ладно, приезжай прямо сейчас, – пробурчал он. – У меня есть минут сорок. Успеешь – твое счастье.

Я запихала в рот остатки салата и, прихватив с собой заказанный пирожок с повидлом, носивший какое-то сложное название, понеслась к машине. По пути я сунула в руку изумленной моей поспешностью официантке купюру.

Примерно в таком же состоянии тела и духа я влетела в кабинет Векшина.

– Ну, что там у тебя? – поинтересовался Виктор, внимательно изучавший разложенные перед ним бумаги. На меня он даже не соизволил взглянуть.

– Я предполагаю, кто мог убить Эльвиру Тальцеву, – заявила я.

– Какую еще Эльвиру? – поморщился Векшин, соизволив наконец обратить на меня свой взор.

– Ту самую, делом об убийстве которой занимался Скрынников. Ну прямо перед тем, как его убили. И если я права в своих подозрениях, значит, и самого Скрынникова тоже убил Виталий Подвоев, поскольку Максим к тому времени был уже мертв, понимаешь?!

Векшин некоторое время взирал на меня со снисходительным сочувствием, как на ненормальную. Слегка умерив свой пыл, я осознала, что он, пожалуй, прав.

– Сама-то поняла, что наговорила? – поинтересовался Виктор. – Ладно. Последнее дело Скрынникова передали капитану Дягилеву. Это мой помощник. Я сейчас ему позвоню, ты пойдешь и все ему расскажешь. Если у него, конечно, будет время, чтобы слушать весь этот бред. А ко мне, пожалуйста, больше не приставай со всеми этими Эльвирами, Виталиями и всеми прочими измышлениями. И вообще мне больше не звони, пока я сам с тобой не свяжусь, ладно?

Последнюю фразу Виктор проговорил почти ласково, при этом твердо глядя мне прямо в глаза. Я поспешно кивнула и принялась терпеливо ждать, пока майор общался по телефону со своим помощником.

– Он тебя ждет, – сообщил Векшин. – По коридору последняя дверь налево.

– Спасибо, Витя, – с чувством поблагодарила я.

– Угу. – Векшин принял такой вид, словно меня нет и не было в его кабинете.

Капитан Дягилев, светловолосый худощавый мужчина лет сорока, с живыми карими глазами, приветливо кивнул мне, словно давней знакомой.

Я максимально подробно изложила свою версию убийства Эльвиры Тальцевой, умолчав, однако, о похищенных деньгах и диктофоне. Я упирала главным образом на желание Виталия отомстить за смерть брата. В моей версии это было самое слабое место, и Дягилев немедленно за него ухватился.

– А что вас заставляет думать, что Скрынникова тоже убил Виталий? – спросил он, пытливо глядя мне в глаза. – И потом, Эльвира-то не была невестой того самого Максима, который повесился. За что же ее убивать? Похоже, вы, Женя, чего-то не договариваете.

Умен этот капитан Дягилев, очень умен.

– Эльвира была самой близкой подругой Вики, – не сдавалась я. – Возможно, она не захотела помочь Виталию до нее добраться. Или пригрозила все ей рассказать. Вот Виталий и убил Эльвиру в приступе ярости.

– В приступе ярости – выстрелом из пистолета в затылок? – Капитан с сомнением покачал головой. – И потом, зачем тогда Виталию убивать Скрынникова? Вы говорите, что капитан Скрынников шантажировал вашу клиентку. А в чем именно состоял предмет шантажа?

Это и был самый сложный для меня вопрос.

– Понимаете, – начала я, – Скрынников знал о моей клиентке нечто такое, что могло напрочь разрушить ее брак. А она очень не хотела терять обеспеченного мужа.

– Тогда опять-таки логичнее предположить, что смерть Скрынникова выгодна самой вашей клиентке, а вовсе не Виталию, – возразил Дягилев и пристально посмотрел на меня. – Евгения, чего вы от меня ждете?

– Моя клиентка не могла убить ни Эльвиру, ни Скрынникова. На это время у нее алиби.

– И еще у нее куча денег, чтобы не делать самой грязную работу, – не остался в долгу капитан. – Итак?

– Я уверена, что Эльвиру убил именно Виталий, – заявила я. –