Мышеловка для телохранителя - Марина Серова

— Мы это слышали от него, — ответил Граф. — Но, скажу по секрету, не очень-то верим этому скользкому типу.

— А мне верите?

— Пока трудно сказать, — улыбнулся Граф. — Мы ведь еще только познакомились. Вот поговорим какое-то время, а там посмотрим.

— Ну, так что там с Кончаловичем? — вернул нас к наболевшей теме Пастор, не оборачиваясь. — Доказательства есть?

— Нет, — честно ответила я. — Одни подозрения.

— Какие? — спросил Салли.

— Мне не нравится то, что Кончалович оставался в тени, а Ляпишев руководил фирмой по собственному усмотрению. Как-то это все непонятно. Вроде компаньоны, приехали в Тарасов вместе, а тут вдруг один ничего не знает о делах другого.

— Я тоже говорил об этом, — поддакнул Салли, обращаясь к своим товарищам.

— Грамотно мыслишь, Женя, — похвалил меня Пастор.

Он наконец обернулся к нам и прикурил сигарету от дорогой зажигалки.

— Ерунда это все, — задумчиво произнес Граф. — Я тогда вам говорил, что ерунда, и сейчас скажу тоже самое. Я давно знал Крученого. Этот пацан — себе на уме. И в том, что он не захотел посвящать Димана в свои планы и идеи, нет ничего странного. Скорее наоборот. Это только подтверждает мое мнение о нем.

О ком — я так и не поняла. То ли Граф говорил про Крученого, то ли про Кончаловича. Впрочем, какая мне разница.

— А какую роль во всем этом играет Полянин? — обратился Граф ко мне с новым вопросом.

Еще во время обеда я решила, что ничего не стану скрывать от них. Себе дороже. Тем более что воры говорили со мной вежливо, не грубили. Почему бы мне не отплатить им той же монетой.

— Полянин — мой старый знакомый, — пояснила я. — Я обратилась к нему за информацией, и он любезно собрал ее для меня.

— А ты знаешь, что он тоже был заинтересован в смерти Крученого? — спросил Пастор.

— Знаю. Но полагаю, что он тут ни при чем. Хотя какое-то время у меня были сомнения насчет Антона Игоревича.

— Что за сомнения? — тут же уцепился за мои слова Пастор.

Я в двух словах поведала им о случае на конспиративной квартире Полянина. О том, что он дал мне ключи от своей квартиры. И о визите ментов глубокой ночью.

— Интересно, — в очередной раз резюмировал Салли.

Граф перевел взгляд на него.

— Салли, узнай, что там за непонятки вышли с Поляниным, — распорядился он.

— Сделаем, — коротко бросил тот, затем налил себе почти целый стакан водки и со знанием дела опрокинул в свою утробу.

— Теперь давай про мента рассказывай, — заказал мне Граф новую тему. — Про Рулаева. Чего он там воду мутит.

— Вы уже успели с ним познакомиться? — спросила я.

Граф рассмеялся, а вслед за ним захихикал и Шейх.

— Мы с Витюшей уже давно знакомы, — огорошил меня смотрящий Москвы. — Как говорится, с незапамятных времен. Этот продажный легавый в свое время оказал нам немало неоценимых услуг.

— Если вы такие друзья, — прищурилась я, — может, скажете ему тогда, чтобы он оставил меня в покое. Я ведь не виновна.

— Друзья — громко сказано, — поморщился Граф. — Правильным пацанам кентоваться с ментами западло, но так уж и быть, посмотрю, что можно сделать для тебя.

Похоже, я приглянулась Графу. С одной стороны, меня это порадовало, больше шансов остаться в живых. А с другой — прилипнет потом, не отвяжешься. Обиды будут. А обиды воров в законе куда опаснее обид простых смертных.

— Что у вас с ним за рамсы? — Граф налил себе минеральной водички. Немного. Только, чтобы горло промочить.

— Да ничего особенного. Майор пытается меня поймать, я от него убегаю. Типичный случай детской игры в милиционеров и бандитов. Только вот есть одна загвоздка, — я немного помолчала. — Рулаев скорее всего лишь желает выглядеть положительным героем. У меня есть кое-какие сведения, что он заодно с убийцей. Вот он-то и знает, кто пристрелил вашего Крученого.

— Ну-ка, ну-ка, — заинтересовался Граф.

Я снова стала излагать события прошедших дней, делая основной упор на личность следователя Рулаева. Поделилась я с ними и последней информацией, полученной сегодня от Полянина о взаимоотношениях Рулаева и Лосинского.

— То есть он нам может помочь найти Лося? — вскинулся Шейх. — А мы-то его разыскиваем сломя голову.

— Да нет, ребята, — Салли наконец отложил вилку в сторону и достал сигареты. Почесал волосатую грудь. — Уверяю вас, Лось тут ни при чем.

— С чего такая уверенность, Салли? — вступил с ним в дискуссию Пастор. — Он твой кент, что ли?

— Не в этом дело. У Лося для таких серьезных дел мозгов недостаточно. Слабоват он по этой части. Ему, по-любому, руководитель нужен.

— Так, может, Рулаев им и руководил? — предположил Шейх. Он еще что-то соображал.

— Херня, — уверенно отмахнулся Салли. — Из мента тоже руководитель никудышный. Он умеет только бабло своим нытьем выкачивать.

— Салли верно говорит, — подвел итог Граф. — Или в этом деле замешан кто-то еще, или Лось не при делах. А смылся он, потому как сдрейфил. Документы, что ты у майора сперла, у тебя?

Это он снова почтил меня своим вниманием.

Я молча достала из-за пазухи три бланка и протянула Графу. Он, перегнувшись через стол, взял их в руки, положил перед собой, углубился в изучение.

— Да, красиво все майор сварганил, — произнес он через некоторое время. — Умелец.

— Дай взглянуть, — попросил его Салли.

Бланки перекочевали к нему.

— А что за свидетель? — спросил меня Граф. — Кто-то, выходит, видел вас с Крученым, когда вы приехали к нему на дачу.

— То, что у меня было с Анатолием рандеву, я и не скрывала, а вот свидетель, похоже, липовый. Майор сам его выдумал. Я пыталась что-нибудь выяснить, но такого человека никто не знает. Может, его и в природе не существует.

— Катаев, — произнес вслух Салли, поднимая глаза к потолку. — Знакомая фамилия. Где-то я ее уже слышал.

— Писатель такой был, — любезно подсказал ему Граф.

— Да нет, какой к хрену писатель, — выругался тот. — Ты же знаешь, я книжек никаких в руки отродясь не брал. А фамилия знакома. Я ее где-то по зэковским делам слышал.

Я насторожилась. Салли подкинул интересную информацию. Если такой человек был, да еще и известен в криминальных кругах, то хотелось бы с ним познакомиться. Не он ли ключик к разгадке?

— Уверен? — обратился к нему Граф.

— Обижаешь. Память у меня, что надо.

— Тогда вспомни, где слышал эту фамилию.

— Вспомню, — заверил нас Салли. — Обязательно вспомню. Не сомневайся, Граф.