Мышеловка для телохранителя - Марина Серова

Я села на кровать. А в самом деле, чего мне суетиться и предпринимать что-то, если приехавшие тузы смогут решить все проблемы без меня? Как свои, так и мои заодно. Просто из любопытства я жаждала знать, что же они предпримут. С чего начнут свои действия? И почему это Граф так уверен, что все закончится к завтрашнему вечеру? Не слишком ли много они на себя берут?

Я разделась и облачилась в висевший на спинке стула халат. Он был чистый и абсолютно новый. Это я заметила сразу. Более того, он пришелся мне впору. Значит, халат не принадлежал Пастору, хотя и висел в его комнате. Я усмехнулась. Наверняка халат заранее приготовили для меня. Все предусмотрели. Граф же недвусмысленно сказал, что в ванной я найду все необходимое. Так и есть. На полочках имелись не только мыло и зубная паста, но и разнообразные предметы дамской атрибутики. Сомневаюсь, чтобы всем этим пользовался Пастор. На представителя сексуальных меньшинств он не смахивал.

Приняв душ и накинув халат прямо на мокрое тело, я вернулась в свою новую спальню. Пока я купалась, здесь кое-что изменилось. Рядом с кроватью уже стоял столик, на котором для меня приготовили соки и холодные закуски. Весьма мило с их стороны. Проголодаться я пока еще не успела, а вот апельсинового сока после контрастного душа выпила с удовольствием. Опустошила стакан залпом и тут же налила еще. Поставила на столик, прошла к зеркалу.

Да, Женька, в который раз ты убеждаешься в том, как все быстротечно и переменчиво в нашей жизни. Казалось бы, совсем недавно ворочалась на жестких нарах в одиночной камере следственного изолятора, ожидая допроса у следователя Рулаева, и вот — в номере-люкс самой престижной и дорогой гостиницы. И здесь, в противовес тем ощущениям, меня ждали прохладительные напитки и мягкая широкая кровать.

Я только сейчас почувствовала, как сильно устала и хочу спать. Сначала нары, затем скамейка в глухом дворике — разве тут отдохнешь и выспишься?

Я растянулась на кровати и, несмотря на то что на улице день еще был в самом разгаре, решила прикорнуть часок-другой. Мне удалось это сделать без особых усилий.

Проснулась я от того, что кто-то нежно коснулся моих волос. Я открыла глаза и резко села на кровати. Рядом со мной был Граф. Только секунду спустя я сообразила, что на мне ничего не надето, так как халат я перед тем, как лечь, оставила на стуле, и быстро завернулась в одеяло.

— Ты прекрасна, — сказал Граф с придыханием. — Не стоит прятать то, что заслуживает восхищения. Тем более нужно подумать и об окружающих. К чему лишать их возможности созерцать совершенство?

— Что вам надо? — Я подобрала под себя ноги.

— Говори мне «ты», Женя, — он положил руку мне на ступню.

— Хорошо, — согласилась я. — Что тебе надо, Граф?

— Я только зашел предупредить, что мы уезжаем. Ненадолго. Думаю, через пару-тройку часов вернемся.

— Кто это «мы»? — решила уточнить я, подумав, что, может, это и ко мне относится.

— Я и Пастор, — ответил он. — Шейх все еще спит, а Салли останется с тобой. В соседней комнате. Если тебе что-то понадобится, обращайся к нему, не стесняйся. Это он только на вид такой бука, а на самом деле — милейшей души человек.

— Хорошо. Я так и сделаю в случае необходимости, — заверила я Графа. — Это все?

— Ты сердишься на меня за то, что я увидел твое обнаженное тело? — рука его, как бы невзначай, стала поглаживать мою ступню, и я спрятала ее под одеяло. — Прости. И ничего не бойся. Я никогда не принуждаю женщин любить меня. Только если они сами того захотят.

— Куда вы едете? — решила я сменить тему разговора от греха подальше. — Выяснилось что-нибудь новенькое?

— Я не люблю говорить раньше времени, — ответил Граф. — Давай обсудим это по приезде.

— Пусть так. А сколько времени?

— Восемь часов.

Стало быть, уже вечерело. Я проспала шесть часов. Вполне достаточно для нормализации сил. Теперь оставалось только встать и одеться. Но я не могла этого сделать, пока Граф не уйдет. Он как будто прочитал мои мысли.

— Пора, — хлопнул себя по коленям и поднялся с кровати.

— Удачи, — пожелала я ему.

— С богом, — буркнул он и вышел.

Я тут же выбралась из постели и первым делом надела халат. Вдруг еще кому-нибудь вздумается зайти ко мне. Например, Салли. И впредь надо быть более осмотрительной. Прежде, чем лечь спать, следует запираться.

Хлебнув сока и немного подкрепившись салатиком с кальмарами, я вышла из своей комнаты в соседнюю, плотно запахнув халат и затянув поясок потуже. Салли сидел перед телевизором и курил. Шейх, полагаю, все так же почивал на кушетке в другом номере. С экрана вещали новости дня.

— Что новенького? — приблизилась я к Салли.

— Где?

— Вообще. В стране что творится?

— Бардак, — коротко, но очень метко бросил он, — как спали?

— Лучше, чем в камере.

Он ухмыльнулся, услышав мой ответ. Дескать, мне ли не знать.

— Ну что, Салли, ничего не вспомнил про этого Катаева? — обратилась я к нему.

— Пока нет, — печально сообщил он. — Но я стараюсь.

— Вспомнишь?

— А то!

Разговаривая со мной, он не отрывал взгляда от телевизора. Похоже, в «ящике» для него заключался весь смысл жизни. Интересно, как он существовал, когда спал. Впрочем, может, я зря ерничала по этому поводу. Человек, наверное, редко бывает на свободе, а в зоне с телевизорами напряг. Правда, я там не была, но, думаю, дело обстоит именно так.

— Куда поехали Граф и Пастор, не знаешь?

— Звонили наши люди, — просветил он меня. — Сказали, что нашли Джафара.

— Надеюсь, не в канаве? — сыронизировала я.

— Откуда я знаю, в какой дыре он прятался, — Салли даже толком не слышал моих слов.

Да, собеседник из него никудышный. Но сидеть все время в спальне мне тоже не улыбалось. Скукота. Выбор был только один. Обзор телепередач. Так мы и глядели молча в телевизор. Салли периодически курил, я тянула минералочку.

Хвала господу, после окончания программы новостей начался фильм. Советский, правда, но со смыслом. Это дало мне хоть какую-то возможность продержаться до возвращения Графа. Как ни странно, но в его присутствии я не чувствовала себя здесь чужой и одинокой.

Они вернулись раньше, чем прогнозировали. Вернее, вернулся один Граф. Пастора с ним по какой-то неизвестной мне причине не было.

— Отдыхаете? — лучисто улыбаясь, спросил он нас с Салли. — Что за фильм?

Советский фильм со смыслом как раз подходил к концу.

— Про любовь, — ответил Салли, пожирая глазами целующуюся на экране парочку.

Фильм был не совсем про любовь, вернее, смысл там был вовсе не в этом, но я скромно промолчала, не желая обижать и разочаровывать Салли.