Bye-bye, baby!.. - Виктория Платова

Черта с два! Письмо не отправлялось, а на экране возникланадпись «соединение прервано. Установить соединение?»

Последующий час был убит на бесплодные попытки прорваться всеть – безрезультатно: впервые за несколько лет мой Интернет капитальнозакозлил и перестал подавать признаки жизни. Напрасно я связывалась стелефонной компанией, напрасно орала в трубку на операторов: с линией все былов порядке.

А Интернет все равно не запускался.

Пошлю письмо с работы, решила я, утомленная борьбой стехникой. И выключила компьютер.

Домино уже давно перестал проявлять интерес и к компьютеру,и к моим коленям. Он переместился на хлипкую этажерку и теперь сидел на ней,повернувшись ко мне морщинистой задницей.

– Эй, – позвала я кота. – Ты что, обиделся?

Кот не отзывался.

– Ладно. Можешь делать что хочешь, а я отправляюсьспать.

…Время, предшествующее сну, было лучшим временем суток. Таквсегда казалось мне, далекой от мысли взять и поменять свою устоявшуюся дневнуюжизнь на безалаберную ночную. Клубы, которые я время от времени посещала сосвоими парнями, казались мне чересчур шумными; на то, чтобы колбаситься в нихвсю ночь, у меня просто не хватало ни сил, ни темперамента. К тому же я явнопроигрывала клубящимся девицам, и дело было далеко не во внешности, далеко не вприкиде. В этих девицах было нечто такое, что напрочь отсутствовало у меня -

кураж, магнетизм, изюминка.

Во всем виновата мусик. Намба ван в нашем лягушатнике. Нанашей опушке. Это ее могучая, эксцентричная и не в меру эгоистическая кронаспособствовала тому, что я, подобно жалкому кустарнику, подобно мху ипапоротникам, всегда прозябала в тени: мусик скрывала от меня солнце, да-да! Исемейная норма по куражу, магнетизму и изюминкам досталась именно ей.

А на моих игральных костях всегда выпадало лишь «врожд.грамотность», что само по себе было проигрышной комбинацией. Врожденнуюграмотность в огнях эр-эн-бишной или кислотной вечеринки не разглядишь. И содна бокала для коктейля не выловишь. Единственный приличный человек из всехмоих любовников (владелец небольшого агентства автоперевозок «ГАЗЕЛЬкин» И.И.Комашко, тридцати пяти лет) как-то раз пришел в ночной клуб со мной, а ушел –совсем с другой девушкой.

После этого он сменил номера всех своих сотовых – очевидно,боялся, что я буду преследовать автопредприятие «ГАЗЕЛЬкин» своей любовью,бедняжка.

Фортель с номерами был совершенно напрасным – я и не собираласьдомогаться его, я и так знала, что ничего хорошего из этой затеи не выйдет,всяк сверчок знай свой шесток.

На шестке с надписью «Элина-Августа-Магдалена-Флоранс»компактно располагались десяток модных и пара-тройка просто хороших книг.Глянцевые журналы с абсолютно неприменимыми к жизни советами «Как заставитьмужчину отправиться с вами под венец». Несколько фотоальбомов, их приятнорассматривать в тишине. Диски с умиротворяющим джазом. Диски с умиротворяющимблюзом. Диски с операми «Князь Игорь» и «Чио-Чио-Сан». За «Чио-Чио-Сан» ещеоставались пустоты, в которых мог уместиться телевизор, но телевизор я несмотрю из принципа.

Вот и теперь я просочилась в неохваченную юмористами,спецкорами, сериалами и позапрошлогодними блок-бастерами спальню, смениладомашний халат на ночную рубашку из хлопка (не самую модную, но теплую, как раздля января), включила ночник и юркнула под одеяло. На повестке дня стоял АнриКартье-Брессон, великий фотограф и мастер репортажной съемки. Альбом избранныхфотографий «Мир Анри Картье-Брессона» я заказала по Интернету месяц назад, онбыл доставлен мне вчера, так что сегодняшний вечер по праву принадлежалзнакомству с мэтром.

Валенсия. Мадрид. Футуристические пейзажи Барселоны. Места,до которых мне не добраться по определению, но вряд ли в жизни они выглядят также прекрасно, как на черно-белых фотографиях Анри. Так что и жалеть тут особоне о чем.

Рассматривание альбома так увлекло меня, что я не заметилапоявления Домино. Кот совершил дерзкий маневр по освоению пространства кроватии, только исходив ее вдоль и поперек, устроился у меня под мышкой.

– Нравится? – спросила я у кота, имея в видуфотографии monsieur Анри.

Он на секунду зажмурил глаза и тут же снова открыл их:фотографии ему нравились, особенно одна – мадридская. Кот даже положил на неепереднюю лапу, не давая мне перелистнуть страницу. На мой непросвещенныйвзгляд, ничего сверхвыдающегося в фотографии не было: так, часть улицы и заборвдоль нее, куски рекламных щитов по краям и остов здания на заднем плане. По улицешел мужчина, взятый объективом слишком далеко, чтобы разглядеть подробности. Намужчине была актуальная для 1933 (а именно этим годом датировался снимок) шляпа– светлая, с темным кантом, темный же костюм и трость. Что еще было актуально в1933 году? Приталенные жакеты, сужающиеся книзу юбки, сумочка-конверт,модельные шляпки, Гитлер.

О Гитлере думать не хотелось, и я переключилась насозерцание рекламного стенда в левой части снимка.

«Concepcion Jeronima.13» – вот и вся надпись на рекламе.

Concepcion – значение слова слишком расплывчато, ноиспаноязычный мир вообще грешит подобной смысловой расплывчатостью; переводитьприглашения из испанского консульства на то или иное культурное мероприятие(эти приглашения преследуют меня, в каком бы издании я ни работала) –удовольствие из категории сомнительных. Jeronima.13 вселяет чуть большеоптимизма. Jeronima.13 больше похоже на адрес – гостиницы или пансиона. Впользу этой версии говорит рисованная группа товарищей, стоящих на таком жерисованном крыльце, как раз над надписью. Я явственно вижу семь или восемьсилуэтов, три ближних ко мне снова принадлежат мужчинам. Затем следуют двеженщины, остальных поглотило несовершенство объектива; побыстрее избавиться отбессмысленного сканирования фотографии – вот чего мне хочется.

Но Домино все еще придерживает лапой страницу.

А когда я пытаюсь применить силу – он выпускает когти,больно впивающиеся мне в руку. Вывод, который напрашивается сам собой: мнедосталась тварь с ярко выраженными художественными предпочтениями.

– Предлагаю соломоново решение. – Я повела себякак заправский дипломат. – Чтобы никому не было обидно. Ты хочешь остатьсяна этой странице, так?

Кот утвердительно мяукнул.

– А мне она порядком надоела. Я бы хотела двинутьсядальше. Но поскольку ты с этим не согласен…

Кот мяукнул снова.

– …то просмотр на сегодня считаю законченным. Вернемсяк альбому завтра. Или… Или когда ты пожелаешь.

Высказанное мной полностью удовлетворило Домино. Он задышалмне в подмышку, демонстрируя полное небрежение к фотографии, страницу с которойя тотчас же захлопнула. Все правильно – самое время прикинуться пай-девочкой изакрыть глазки в ожидании; что, если горячее тельце Домино навеет новые, яркиеобразы моим (обычно не слишком изобретательным) снам?