Bye-bye, baby!.. - Виктория Платова

Домино играючи опрокинул все мои представления о котах: оннисколько не потерялся на новом месте, не забился под диван, он демонстрировалдружелюбие и готовность к общению, и еще… Он был теплым. Горячим. Температураего тельца намного превосходила температуру моего; точнее мог бы определить термометр,но не стану же я совать коту термометр, в самом деле!

После ужина на кухне мы с котом плавно перетекли в большуюкомнату, которую я во времена особого душевного подъема пафосно именовала«кабинет». Начинка кабинета состояла из порядком обветшавшего набора мягкоймебели, псевдоперсидского ковра, двух книжных, слегка попорченныхжучком-древоточцем шкафов, этажерки и письменного стола. Вся эта рухлядьдосталось мне вкупе с квартирой, от никогда не виданных отца и бабки. Выброситьее я так и не решилась, зато, как могла, облагородила, внеся в этот – почтивикторианский – уголок свежую хайтековскую струю. Мой личный вклад состоял из:

– компьютера, принтера и сканера,

– музыкального центра,

– пледа «Виды Патагонии», купленного на железнодорожнойстанции Кикерино,

– постера к малоизвестному авангардистскому фильму ЙокоОно «Ягодицы».

Я всегда относилась к кабинетной обстановке с пониманием идаже временами умилялась ей, но теперь, в нежно-абрикосовом цвете, в сиянии,идущем от кота, она показалась мне жалкой.

– Да уж, не хоромы, – сказала я Домино. – Аты на что рассчитывал?..

Ни на что он не рассчитывал, кроме как снова усесться мне наколени и замурлыкать.

Стараясь не тревожить его, я включила компьютер и спустяминуту выбралась на просторы Интернета:

– Сфинкс… какой-то там? Сейчас посмотрим, что ты зафрукт.

Материала по сфинксам было завались: домашние страницы,сайты и целые порталы. Мне понадобилось не так уж много времени, чтобысоставить представление о трех разновидностях сфинксов: канадском, донском ипетербургском, именующимся питерболдом. Судя по внешним характеристикам, Доминобыл канадцем.

Но не совсем типичным канадцем: во-первых, из-за редковстречающихся у канадцев пятен правильной формы (окрас «арлекин»). Даже парапятен считается большим достижением, а у Домино их было целых семь – шесть справого бока и одно с левого. И во-вторых – цвет. Не серый, не бежевый, нерозоватый, что считается нормой, а абрикосовый.

Определенно, Домино был эксклюзивным котом! Единственным всвоем роде. Цена сфинксов колебалась от 600 до 1200 у.е. в зависимости отсезона и родословной – и сколько в таком случае может стоить Домино?

Домино бесценен.

Мне достался бесценный кот, и к тому же – чистюля, нескандалист и умница, да нет же…

Это не твой кот.

Тебе поручили лишь присмотреть за ним. На время, котороеограничивается… Вот черт, я понятия не имела о том, как долго Домино будет житьу меня. Ленточка от бескозырки с претенциозным названием «Тимур» никак неоговорила срок. Кажется, речь шла о какой-то срочной командировке. Командировкаможет продлиться неделю, а может – две, а может съежиться до нескольких дней. Аиногда… Иногда происходят такие ситуации, что человек не возвращается вовсе.Ну, например, если в городе, куда он уехал, вдруг обнаруживается его старая любовь.Или – новая любовь. Или он попадает под трамвай. Или са??олет, на котором онлетел, терпит катастрофу. У тех, кто падаете высоты десять тысяч метров, шансоввыжить немного.

Я не должна быть кровожадной, тем более что остальныепассажиры, экипаж, стюарды и стюардессы здесь ни при чем.

Но лучше бы ленточке от бескозырки не возвращаться.

Я произнесла это вслух?

Кажется, да. И Домино тут же откликнулся своим тихимвкрадчивым «мау». Он перевернулся на другой бок (тот, на котором было шестьпятен) и уткнулся мордой в мой согнутый локоть. Я хочу, чтобы он остался здесь,со мной.

Я произнесла это вслух?

Кажется, нет.

Но это ничего не меняло. И не проясняло сути моей внезапновспыхнувшей и совершенно иррациональной любви к животному, которого я знала небольше трех часов. А ведь до этой встречи мне и в голову не приходилообзавестись живностью (ленивые мечты о прогулках с гипотетическим доберманом –не в счет).

Что происходит?

Пребывая в полнейшем смятении, я машинально залезла впочтовый ящик, не проверявшийся несколько дней. В нем болталось одинокое письмоот Jay-Jay, смысл которого сводился к я много думал в последний месяц и решилчто вам нужно приехать в Норвегию моя дорогая.

Вот оно!

Jay-Jay позвал меня к себе. Впервые за два года нашеговиртуального знакомства! Он мог сделать это годом раньше, или месяцем раньше,или неделю назад – и я наверняка обрадовалась бы этой маленькой филологическойпобеде. Во всяком случае, получила бы моральное удовлетворение. Но теперь,когда у меня на руках оказался чудесный кот, ничего кроме легкой досады поповоду несвоевременности Jay-Jay я не испытывала. Да и само приглашениевыглядело несколько расплывчатым. «Нужно…», «приехать…» – не более чемпожелание, без разъяснения механизма приезда. Давно забытые искатели приключенийПетер-Андреас и Бьернстьерне-Мартиниус действовали куда конкретнее, ониоперировали датами, потрясали визами и медицинскими страховками, они выражалиготовность приехать сами, если я по каким-то причинам не смогу вырваться изПитера. С другой стороны, ничего подозрительного в письме Jay-Jay не было:возможно, он просто хочет получить мое принципиальное согласие, а уже потом…

Согласия не будет.

Нужно только облечь временный отказ в удобоваримую форму,чтобы не обидеть Jay-Jay. А лучше послать ему встречное письмо, смысл которогосводился бы к я много думала и решила, что будет просто замечательно, если не яприеду в Норвегию, а вы приедете в Россию, Джей-Джей.

Да, это хорошая мысль! На ней я и остановлюсь.

Я уже начала писать «встречное письмо», когда Домино страннооживился. Взволновался. Он привстал, положив передние лапы на край стола, передклавиатурой. И не мигая уставился на монитор.

– Интересуешься? – спросила я у кота.

Уже привычного «мау» не последовало. Кот молчал.

– Это мой друг по переписке, – объяснила яхвостатому. – Пенфренд. Довольно давний. Он живет в Норвегии. Он оченьмилый человек, и мне он нравится. Тебе бы он тоже понравился. Наверняка. Давайпригласим его в гости! Ты не против?

Неизвестно, что делали в этот момент передние лапы Домино,но задние, которые я до сих знала со стороны мягких подушечек, вдруг выпустиликогти. Неожиданно острые.

– Ты чем-то недоволен? Тебе не нравится идея пригласитьв гости моего норвежского друга?..

Вздохнув, я принялась за сочинительство письма. Что бы нидумал о нем (и о том, кому оно адресовано) своенравный кот. Ровно через пятьминут оно было готово, и я нажала кнопку «отправить».