Богиня победы - Нина Пушкова

— С мамой. С маминым духом.

— A-а… ну ясно… Ты всегда была со странностями. Слушай, ключ отдай. Хотя… Ладно, оставь на память, я как раз приехала замки менять…

Оглядев Нику более внимательно, Наталья поинтересовалась:

— А ты что, собралась куда-то?

— Собралась. Академический в институте хочу взять.

— Академку? — удивилась Наталья. — У тебя ведь общежитие отнимут! Где жить-то будешь?!

— У любовника. — Ника вскинула сумку на плечо и решительно направилась к двери.

Наталья пошла за ней:

— Что ты мелешь?! У какого еще любовника?!

— У крутого! С «мерседесом»!

С этими словами она шагнула за порог и захлопнула дверь.

Выйдя на балкон, Наталья увидела «бывшую» сестру, решительно шагающую к станции метро. Она поверила Нике насчет любовника. «Ну почему ей всегда везет?!» — стучало в мозгу. Вроде Наталья победила, а Ника, получается, опять ее обскакала!

Когда через несколько минут в дверь постучали, Наталья подумала: вернулась, не иначе забыла что-то — и с криком «Ну, что тебе еще тут надо?! Как же ты меня достала!» устремилась в прихожую. Не заглядывая в глазок, она резко распахнула дверь, и тут ей в переносицу впечатался огромный кулак. От мощного удара Наталья опрокинулась навзничь и лишилась сознания.

В себя она пришла оттого, что ей на лицо лили что-то холодное. Приоткрыв правый глаз, Наталья увидела, что кто-то поливает ее водой из чайника.

— Эй, буркала-то прикрой! — раздался грубый окрик. — А то мы тебе их навек закроем! Лучше на вопросы ответь. Согласна?

— Согласна… — еле слышно проговорила Наталья.

Голова болела, ее тошнило, глаз заплыл и едва открывался, чудовищно ныла переносица.

— Никитина Ника здесь живет?

— Не живет уже…

— А где она сейчас?

— Ушла. Только что. Наверное, в институт поехала.

— А вещи ее где?

Было слышно, как кто-то еще громко топает по квартире и шарит в шкафах и на полках.

— Нет вещей. Я ее выгнала.

— Понятно. Сама ты кто ей будешь? Сестра, что ли!

— Не сестра она мне, не сестра! — внезапно выкрикнула Наталья. — Она мне никто, приблудная!

В ней опять поднялась волна неконтролируемой ненависти.

— Так что, совсем ничего не оставила? — продолжился допрос.

— Ничего. Все с собой забрала.

— А какой институт? — спросили.

— Иняз… — пробормотала Наталья, опять теряя сознание.

Ника в это время оформляла бумаги в институте. Она написала заявление на годичный академический отпуск. Ее отпустили, хотя и не без сожаления, поскольку ценили как хорошую, успевающую студентку. Покончив с формальностями, она спустилась вниз и двинулась к выходу. Там была толчея — как раз шел прием документов, холл заполняли абитуриенты и их родственники. Подойдя к стеклянным дверям, она внезапно заметила двух амбалов в черных куртках — они решительно направлялись к входу, раздвигая толпу. Один из них тоже увидел Нику — и мгновенно узнал: в кармане его куртки лежала прихваченная из квартиры фотография девушки. Он ускорил шаг, бесцеремонно раскидывая мешавших ему людей, а Ника, развернувшись, рванула к лестнице и бегом спустилась на цокольный этаж. Там было безлюдно. По правой стороне была дверь в женский туалет. Вначале мелькнула мысль: вот где можно спрятаться! Но она тут же отбросила эту мысль — именно там ее в первую очередь и будут искать бандиты.

Ника побежала дальше и остановилась перед дверью в подсобку, где уборщицы хранили ведра, швабры, тряпки и чистящие средства. В двери торчал ключ. Ника вспомнила, как на первом курсе одногруппник затолкал ее однажды в эту подсобку, запер дверь изнутри и полез целоваться. Запомнился запах мокрых половых тряпок и то, что в этой подсобке было окно, расположенное на уровне земли.

Ника мигом скользнула в каморку и закрыла дверь на ключ. Память не обманула — окно действительно имелось. Она подошла к нему, щелкнула шпингалетом и, открыв створку, выбралась в институтский садик. Затем стремительно прошла к калитке, чтобы поскорее выйти на Остоженку, сбоку от главного входа в институт.

Теперь нужно было быстрее поймать такси или частника. Ника сорвала резинку с волос и, тряхнув головой, распустила свою белокурую шевелюру — это называлось «ловля на живца». Остановились сразу две машины — «жигули» и иномарка. Выбрав иномарку, Ника тут же влезла на переднее сиденье и захлопнула дверь.

— Девушка, вы даже не спросили, повезу ли я вас. Вдруг мне не по пути?

— Извините, очень тороплюсь… Но вам же по пути? — с надеждой прощебетала Ника. — Вообще-то, мне надо в Шереметьево. Но для начала я бы попросила заехать в Лужники. Если в аэропорт не можете, довезите хотя бы до Лужников. Это же рядом.

Улыбнувшись, водитель кивнул.

В Лужниках находился вещевой рынок, где можно было купить практически все.

Нике нужна была небольшая сумка или чемоданчик — такие обычно провозят в ручной клади. Купив компактный китайский чемодан, она приобрела свитер, зубную пасту и еще кое-что по мелочам. Затем, дойдя до продуктовых рядов, взяла два батона докторской колбасы, крендель краковской, пачку спагетти, две пачки чаю и еще одну банку кофе. Все это она уложила в купленный чемодан и туда же переложила вещи из холщовой сумки.

Как ни странно, водитель ее дождался.

— Ну что, едем в аэропорт? — спросил он.

— Едем, — сказала Ника, садясь в машину.

По дороге водитель, которому Ника явно понравилась, поинтересовался, куда она летит. Ника ответила, что во Францию, по студенческому обмену.

— Говорите по-французски?! — удивленно спросил водитель.

— Не только говорю, а еще и стихи читаю!

Ника взялась декламировать Жака Превера на французском, чем просто сразила хозяина иномарки. Тот оказался переводчиком, он как раз ехал из МИДа, и тут такая неожиданная пассажирка! Было ясно: денег с нее он не возьмет. В качестве компенсации Ника оставила ему номер телефона и пообещала, что по возвращении продолжит свой «французский концерт».

В аэропорту она зарегистрировалась на рейс и прошла со своим чемоданчиком на таможенный контроль. Контролеров было несколько. Ника выбрала молодого мужчину, по ее мнению — самый безопасный вариант. Женщины, которые тоже тут дежурили, могли проявить въедливость по отношению к молодой и симпатичной девушке, даже назло могли что-нибудь сделать. Мужчина, напротив, скорее всего, не станет проявлять строгость.

На кинжал он среагировал сразу же.

— Девушка, вы что?! Холодное оружие к провозу запрещено, — сказал он. — Вы что, не в курсе?

— Какое же это оружие? — воскликнула Ника. — Это сувенир! С Кавказа! Я по обмену еду и везу его в качестве подарка руководителю курса! Я студентка, понимаете?!