Маэстро, вы - убийца! - Найо Марш

Конец фразы мисс Ли произнесла с придыханием и заметно побагровев.

— Вот именно, — закивал Аллейн. — Что ж, все это вполне нормально — вам ни к чему смущаться.

— Да, конечно, но… Словом, мне кажется, у них с Пилгримом всё-таки ничего не вышло.

— Тем не менее, по словам Сони, у них была интимная близость?

— Да. Она сказала, что может многое порассказать про него Сиклифф, если он будет себя плохо вести.

— В самом деле?

— Да. Но я всё равно не верю, что между ними что-то было. Соня просто пыталась отомстить Пилгриму за то, что он не обращал на неё внимания.

— Вчера вечером вы возвращались на автобусе вместе с Соней?

— Да. С нами были ещё Уотт — я имею в виду Хэчетта, — Ормерин и Малмсли.

— Вы не заметили чего-либо необычного в её поведении?

— Нет. Поначалу она кокетничала с Ормерином, а остаток пути вообще проспала.

— Она не говорила, как провела время в Лондоне?

— По-моему, она ночевала у какой-то подружки.

— Где и у какой именно — не уточняла?

— Нет, мистер Аллейн.

— Про мистера Гарсию речи не было?

— Нет.

— Она вообще много рассказывала про Гарсию?

— Нет, я бы так не сказала. Но у меня создавалось впечатление, что она каким-то образом… уверена в нём. Хотя ему она уже явно приелась. Я бы сказала, что она перестала его возбуждать физически. Соня же была в нём уверена и, вместе с тем — рассержена на него. Впрочем, чего ещё ожидать от нездорового человека.

— Она была больна? — удивился Аллейн.

— В некотором роде. Именно поэтому она и совершила этот… Этот акт вандализма по отношению к картине мисс Трой. Здоровый человек никогда не докатился бы до такого. Соня, правда, очень просила, чтобы я никому об этом не рассказывала, ведь натурщица не имеет права на болячки. Я сама ничего и не заподозрила бы, если бы в одно прекрасное утро не встретила Соню с абсолютно зелёным лицом. Я спросила, в чём дело, а она ответила, что все дело в позе — очень уж неудобно в ней лежать. Её тогда стошнило прямо у меня на глазах, представляете?

Аллейн пристально посмотрел на круглую наивную и довольно хорошенькую мордашку мисс Ли, и вдруг осознал, что перед ним ребёнок. Простодушное дитя, которое заучило несколько мудрёных фраз, вскользь обронённых взрослыми, но не понимает их смысла.

— Что ж, мисс Ли, — произнёс он. — Пожалуй, на этом мы закончим нашу беседу. Адрес вашей тёти я записал…

— Да, но вы помните, что пообещали мне? В том смысле, что…

— Я постараюсь быть очень осторожным. Скажу, что мы разыскиваем пропавшую в районе Боссикота девушку — богатую наследницу, страдающую потерей памяти. Ваша тётя решит, что перед ней совершенный дуралей, зато я узнаю, что вы провели этот уик-энд в её обществе.

— Да. Мы были у неё вместе с Уоттом. С Хэчеттом.

— Ах, так вы провели уик-энд вместе?

Мисс Ли покраснела и потупила взор.

— Да, то есть — нет. Я хочу сказать, что мы и впрямь были вместе, но не все время. В том смысле, что ночь он провёл в другом месте, но обедал и ужинал у нас. В воскресенье он тоже приехал, но уже к обеду. Уотт, конечно, неотесан и грубоват, да и язык у него довольно дикий, но я объяснила тёте, что он не виноват. Ведь он из Австралии, а там все такие. Да и наши коллеги держатся с ним недопустимо заносчиво и высокомерно. Его постоянно унижают. Насмехаются над его речью. Мне просто стало его жалко, а они… Они — жуткие снобы. Кстати, рисует он и пишет маслом — совершенно замечательно!

— А где он останавливался на ночь?

— В частной гостинице неподалёку от нашего дома, тоже на Фулхэм-роуд. А в субботу вечером мы ходили в киношку. Ах, да, я ведь вам уже говорила.

— Да, благодарю вас. Попросите, пожалуйста, мистера Хэчетта, чтобы заглянул к нам минут через десять.

— Хорошо.

Она встала и посмотрела на Аллейна. Инспектор заметил, что глаза Филлиды увлажнились.

— О, мистер Аллейн, — с завыванием простонала она. — Как это ужасно!

— Да, крайне прискорбная история, — согласился Аллейн и ободряюще кивнул. — Спокойной ночи, мисс Ли.

* * *

— Э-гей! — послышалось из тёмного угла, когда дверь за Филлидой Ли закрылась.

— Чего тебе?

— Я переползу пока к огоньку, а? Уж больно здесь зябко в ваших тёмных углах.

— Валяй.

Возле уютно потрескивавшего жаркого камина к Аллейну с Батгейтом присоединился и Фокс, все это время безмолвно восседавший за письменным столом.

— Занятная провинциалочка, — усмехнулся Батгейт.

— Святая простота! На кой черт ей сдались все эти модернистские выверты! Послушай, Батгейт, ты ведь у нас современный интеллигент, да?

— В каком смысле? — нахохлился молодой человек. — Раз я журналист, то, значит, меня можно безнаказанно оскорблять, что ли?

— А разве среди журналистов нет интеллигентов?

— Отчего же, случается — попадаются, хотя и редко.

— Допустим. Тогда скажи мне: что из всей этой словесной требухи основано на личном опыте, а что почерпнуто из книжек и россказней?

— Вы имеете в виду болтовню этой девицы насчёт секса?

— Совершенно верно.

— А что, инспектор, она вас шокировала?

Аллейн смущённо улыбнулся.

— Откровенно говоря, она и в самом деле слегка застигла меня врасплох.

— Да бросьте, — махнул рукой Батгейт.

— А вы что скажете, Фокс?

— Должен признаться, сэр, что разговоры за общим столом показались мне несколько развязными. Я имею в виду реплики насчёт любовниц, прелестей и тому подобное. По-моему, все это чересчур уж откровенно. А эти идиотские словечки! Одно «перепихнуться» чего стоит. Единственное, что отличает всю их гоп-компанию от обыкновенного уличного хулиганья, так это способность красиво изъясняться. Правда, с другой стороны, — задумчиво продолжил Фокс, — вряд ли они на самом деле столь же развязны, как пытаются себя представить. Взять, например, эту мисс Ли. Славная девушка из приличной семьи, а пытается строить из себя чёрт знает что.

— Согласен, — кивнул Аллейн. — Юная дурёха.

— Я убеждён, что, рассуждая все это время о физической любви и интимной близости, она на самом деле совершенно не представляла, что это такое, — заключил Фокс. — Вот почему она не придала значения тому, что Соню тошнило.

— Да, убиенная натурщица подзалетела — это ясно, как день Божий, — безапелляционно заявил Батгейт.

— Это вовсе не обязательно, — заметил Аллейн. — Может быть, она отравилась. Как бы то ни было, мне кажется немного странным, что наша экс-слейдовская провинциалочка ничего не заподозрила. Лети в свой угол, Найджел — идёт австралиец с бумерангом!