Жребий Рубикона - Чингиз Абдуллаев

– Вы крепкая женщина, – возразил Дронго, – думаю, что смогли бы устоять на ногах и без моей помощи. Но больше не злоупотребляйте коньяком. Потому что в следующий раз меня не будет рядом с вами. До свидания.

– До свидания. И не думайте обо мне плохо, – попросила Далвида на прощание.

– А вы обо мне, – неожиданно попросил он. И сделав над собой усилие, заставил себя выйти из квартиры. Ему хотелось рассказать ей о своем обмане, но говорить об этом сегодня утром Дронго не решился. К тому же он понимал, что нельзя задерживаться. Няня могла появиться в любую минуту.

Спустившись в кабине лифта, он вышел из дома на улицу. Отойдя метров на двести, остановил проходившее такси и поехал домой. Он ехал еще в машине, когда позвонила Раиса Тихоновна.

– Вы слышали о вчерашнем происшествии? – спросила она, даже не поздоровавшись.

– Я там был. Следователь, который ведет расследование, узнал меня и пригласил войти в дом. Туда же приехала и вдова вашего брата.

– Кто бы сомневался, – пробормотала Раиса Тихоновна, – возможно, ею двигали угрызения совести. Ведь он повесился. И очень вероятно, что из-за нее. Не каждый мужчина может пережить такой стресс, когда от него уходит жена и еще забирает с собой сына. Вот поэтому он и решил свести счеты с жизнью.

– Он не повесился, – возразил Дронго, – следователь убежден, что это было убийство.

– Как убийство? – ахнула Раиса Тихоновна. – Кому понадобилось убивать этого тихого человека? Он даже развод переживал очень стойко. И никогда никому не мстил.

– Протокол вскрытия будет готов уже сегодня вечером, но следователь не сомневается, что это было убийство, – пояснил Дронго.

– Пусть он проверит, как убили моего брата, – предложила Раиса Тихоновна, – и тогда все станет ясно.

– Вы так не любите вдову своего брата, – заметил Дронго.

– А почему я должна ее любить? Она вертихвостка, захватчица, удобно устроившаяся за счет имущества моего брата, – резко сказала Раиса Тихоновна. – В своем Санкт-Петербурге она жила в коммуналке, здесь у метро «Теплый Стан» у черта на куличках, в маленькой хрущевке. А потом получила огромную квартиру моего брата, дачу, машины. И я должна ее любить? Мне рассказали, что у нее были романы и до Николая. А ведь она была замужней женщиной. Я буду настаивать на проверке возможной причастности этой женщины к убийству ее первого мужа. Я сейчас могу предположить все, что угодно. Если ее первого мужа действительно убили. Я ведь чувствовала, что там происходят какие-то странные события. В день своей смерти Николай был очень встревожен. Он так и сказал, что у него неприятности на работе. И возможно, его новая жена и ее бывший тихоня-супруг продумали и осуществили план по устранению моего брата. А когда у них все получилось, она решила, что нужно избавиться и от своего подельника. Человек, который переходит нравственный рубеж, становится чудовищем.

– Извините меня, Раиса Тихоновна, но мне кажется, вы начитались английских детективных романов.

– А убийство ее первого мужа я тоже выдумала? Неужели вы и теперь ничего не понимаете?

– Я видел вчера, в каком состоянии она была, – возразил Дронго, – она очень переживала.

– Я тоже переживала, когда внезапно умер мой брат, – напомнила Раиса Тихоновна. – Кстати, вы успели получить от нее одежду Николая, в которой он был в момент смерти?

– Успели. И сейчас отправляем на экспертизу.

– Правильно делаете. Хорошо, что она не успела выбросить вещи моего брата.

– Как я понял, она любила Николая Тихоновича и очень хорошо относилась к своему первому мужу, отмечая его непрактичность, но добрый характер и ровное отношение к людям.

– Я поняла. Вокруг нее все были ангелы. Возможно, что все действительно были не самыми плохими людьми на свете, а она очень удачно этим пользовалась. Как только узнаете результаты экспертизы, сразу позвоните мне.

– Обязательно, – заверил Дронго.

Он убрал телефон. Машина подъехала к его дому. Расплатившись, эксперт покинул автомобиль и поднялся наверх. Голова начала гудеть, сказывалась бессонная ночь. Разбрасывая одежду по комнате, он разделся, прошел в ванную, включил горячий душ и встал под струи воды. Простояв несколько минут, вылез из ванной и энергично растерся полотенцем. Затем позвонил Вейдеманису.

– Я вернулся домой живой и невредимый, – доложил он.

– Остался у нее на ночь, – хмыкнул Вейдеманис.

– Не в том смысле, в каком ты думаешь. Далвида напилась, начала нести чушь. Очевидно, она действительно любила его на заре их отношений. И до последнего дня относилась хорошо. А тут еще следователь сообщил, что ее первого мужа убили. И конечно, вчера она сорвалась.

– А ты оказался ангелом-хранителем, – рассмеялся Вейдеманис, – тогда понятно. И ты считаешь, что она не имеет никакого отношения к убийству своего первого мужа…

– И отца своего ребенка, – закончил за приятеля Дронго, – нет, не имеет. Так сыграть невозможно. Она действительно сильно переживала, и я это видел собственными глазами. Как у тебя дела?

– Передал сумку Кружкову. Экспертизу проведут уже сегодня. Если, конечно, смогут что-то найти. Все-таки прошло так много времени. Странно, что она не сдала одежду в чистку или не выбросила ее.

– Почему странно?

– Как будто нарочно сохранила для экспертизы, – пояснил Эдгар, – я впервые с таким сталкиваюсь. Столько дней хранить у себя одежду покойного мужа.

– Ей было не до этого. У нее сын болеет, и она сразу после смерти мужа отвезла сына в Германию. Ему нужна сложная операция. Далвида могла просто забыть об этой сумке. Хотя вчера следователь сказал мне поразительную вещь. Он уверен, что Моркунаса сначала оглушили, а потом повесили. Но при этом все сделали нарочито грубо, чтобы следователи сразу догадались о совершенном убийстве. Даже стула под повешенным не поставили. Как будто тоже нарочно.

– Но это была в любом случае не сама Далвида Марковна, – заметил Вейдеманис, – у нее бы явно не хватило сил подвесить своего первого мужа под потолок.

– А я не говорю про нее. Просто вспомнил слова следователя. Убийца сделал все, чтобы мы сразу догадались об инсценировке самоубийства.

– Зачем? Зачем тогда вообще инсценировать самоубийство? Не легче было его просто задушить?

– Вот именно это меня и беспокоит. Почему убийца поступил таким странным образом? Почему он хочет уверить нас всех, что Моркунаса убили и попытались скрыть следы убийства?

– Рядовое дело о смерти директора института от инфаркта превращается в сложный ребус с разными неизвестными, – прокомментировал Эдгар. – Мне тоже интересно. Почему он так сделал?

– И кому мог помешать Моркунас? – продолжал рассуждать вслух Дронго. – Значит, у убийцы есть определенная цель. И пока мы ее не разгадаем, мы не сможем раскрыть это преступление.

– Ты хочешь искать убийцу и в этом случае?