Туз в рукаве - Джеймс Хедли Чейз

А теперь убийца в ее собственном доме.

Вдруг она обратила внимание на тишину в доме. Сначала она не могла понять в чем дело, потом подумала, что Ларри должно быть выключил телевизор.

Она посмотрела на дверь. Ее сердце колотилось, как сумасшедшее. В замочной скважине торчал ключ. Нужно сейчас же запереться, а потом вызывать полицию, промелькнула у нее мысль, но она лежала, парализованная страхом…

Ведь она сама просила Ларри подняться в ее комнату!

Как завороженная, Хельга смотрела на ключ, но она не могла найти в себе решимости встать и запереться. Она где-то слышала об убийцах-маньяках, что они сначала насилуют свою жертву, а потом убивают ее. Значит и ее ждет это.

Ручка двери повернулась, и она поняла, что слишком долго раздумывала. Она хотела крикнуть, но дверь открылась и крик застрял в ее горле.

На пороге стоял Ларри, Хельга, не отрываясь, смотрела на него, но сквозь слезы видела только его силуэт и белое пятно вместо лица.

— Мэм, не бойтесь меня. Прошу вас, мэм. Я все объясню вам, послушайте.

Хельга постаралась спрятать страх. Теперь она снова различила его лицо, отражающее страх, отчаяние и подавленность.

Это делало его по-детски беспомощным и совсем не страшным.

Хельга лежала и не могла вымолвить ни слова.

— Когда зазвонил телефон; я снял трубку, — сказал Ларри. — Это произошло машинально, я совсем не хотел подслушивать. И я услышал, что вам говорит Рон. Он лжет, мэм, клянусь вам, что каждое его слово — это ложь. Прошу вас, верьте мне.

— Уходите, — хрипло сказала Хельга. — Оставьте меня в покое.

Вместо этого он прошел в комнату и, ссутулившись, сел в кресло около окна. Потом закрыл лицо руками и заплакал как ребенок. Его детское всхлипывание немного ослабили страх Хельги. Ей пришло в голову подбежать к двери, выскочить в коридор и запереть Ларри снаружи. Но потом она передумала, вспомнив, насколько быстрее ее он мог двигаться.

— Послушайте, — сказала она. — Уйдите из моей комнаты.

— Я не знаю, что мне делать, если вы мне не поверите, — пробормотал он. — Вы были так добры ко мне все это время. Я так несчастен. Вы не знаете, как я несчастен.

«Душитель из Гамбурга, — подумала она. — Пять проституток.» Но сидя в кресле с лицом, закрытым руками, он казался таким беззащитным, что в ее сердце опять проснулась надежда.

Он сказал ей, что благодарен ей, вспомнила она. Почему он должен вредить ей, если она не сделала ему ничего плохого, а наоборот старалась помочь? Нужно только осторожно выпроводить его из комнаты и запереться.

— Я не знаю, почему вы несчастны, Ларри, — мягко сказала она. — Может быть, вы расскажете мне?

Он отнял руки от лица, и слезы полились потоком. В его печали было что-то трогательное.

— Я вас обманывал, мэм, все время. После того, что вы для меня сделали, мне не хотелось терять ваше расположение. — Он помолчал в нерешительности, потом опустил голову, так что Хельге не было видно его лица. — Но теперь вы должны знать правду. Я не ухаживаю за девушками… — он пробормотал еще несколько слов, которые она не поняла.

— Что вы сказали, Ларри?

Он положил огромные ручищи на колени.

— Ларри, я вас не поняла.

— Я… меня интересуют только мужчины. Хельга непонимающе смотрела на него.

— Мужчины?

Он кивнул с несчастным видом, не поднимая головы.

— Но вы же мне рассказывали о девушке, которая утащила у вас все деньги, — сказала Хельга после долгой паузы.

— Это была не девушка, а мужчина, — ответил он так тихо, что она едва расслышала.

До Хельги, наконец, все дошло. Вот почему Ларри так и не прореагировал не нее. Как ни странно, это открытие немного успокоило ее. Значит, она не потеряла своей привлекательности в глазах мужчин. Но потом она отбросила от себя эти банальные мысли. Это объясняло также, почему он убивал проституток. Гомосексуалисты ненавидят женщин легкого поведения.

— Видите ли, мэм, Рон и я были дружны. — Ларри смотрел куда-то мимо Хельги. — У него такие же вкусы, как у меня. Он хотел меня, а я не хотел его, но я был довольно непостоянен и беспокоен — мне не хотелось прочно связывать себя. Одной недели с Роном вполне хватило для меня. Я действительно дезертировал из армии, но все остальное, что он рассказал вам — это чистая ложь. Я никогда никого не убивал. — Он стукнул тяжелыми кулаками по колену. — Конечно, я сделал страшную глупость, рассказав Рону, что вы купите мне билет до Нью-Йорка и дадите еще в придачу пять тысяч долларов. Он умолял меня вернуться к нему, и говорил, что не может жить без меня. Мне хотелось, чтобы он понял раз и навсегда, что я не вернусь к нему, и в подтверждение этого я рассказал ему о вашем подарке.

Он вытер глаз рукой.

— Это было, конечно, глупостью с моей стороны, мэм. Рон пришел в ярость. Видите ли, его разозлило то, что вы мне помогаете, а он не может. Он стал страшно ругаться и сказал, что испортит мне игру. Мне надоело это слушать и я повесил трубку…

— Когда же вы звонили ему? — спросила Хельга.

— Когда вы ушли в деревню. Это была ошибка. — Ларри посмотрел на нее несчастным взглядом, — Но этого я тогда не мог предвидеть. Рон часто злился на меня, но никогда не делал пакостей. Он рассчитывал на то, что поверив в ложь, вы сразу же вызовите полицию. Меня заберут, узнают, что я дезертир, и вернут в Гамбург, где посадят в тюрьму. И он будет ждать моего выхода из тюрьмы. Видите ли, мэм, Рон любит меня сильней, чем я люблю его. Я знаю, что он не может жить без меня. Все, что он рассказал, было рассчитано на то, чтобы вы вызвали полицию.

Хельга глубоко вздохнула. За свою жизнь ей приходилось встречать гомосексуалистов. К ним принадлежал ее парикмахер в Парадиз-Сити, метрдотель одного ночного клуба в Нью-Йорке, ее парижский портной и маленький декоратор, который отделывал ее спальню… Она могла насчитать десяток знакомых с такими склонностями и хорошо знала, как они могут быть ревнивы, злы, мелочны в отношениях друг друга, но могут быть нежными и заботливыми.

Да, она верит в его историю. Хельга облегченно откинулась на подушки. Боже мой, как она испугалась. Душитель из Гамбурга! Как глупо было поверить в такую банальную историю, да еще пережить такой страх.

— Вы верите мне, мэм? Вы не позвоните в полицию?

Итак, Ларри тоже принадлежал к людям подобного сорта. Трудно поверить в это, глядя на него. Хельга сразу возненавидела этого высокого сильного юношу. Ей захотелось тотчас выгнать его из виллы, но она подумала о тех страшных часах, которые ей предстоит провести с Арчером. Нет, пусть Ларри останется до тех пор, пока не принесут конверт из банка. Он будет ее защитой против Арчера. Хельга с тоской подумала об ожидающем ее вечере и ночи.