Число зверя - Константин Алов

— Сама? — Крюков был разочарован. — А я подумал, опять Мясник кого-то грохнул. А кого же тогда убили? Мне говорили про три трупа.

— Самого генерала и его охранника. Похоже, это она их. Короче, перезвони вечером, сейчас мне некогда.

— А может, я с тобой прокачусь?

— Катись, если заняться нечем. Я минут десять еще в отделе покручусь. Успеешь?

— Нет базара. Жди.

Крюков оставил «рябуху» возле управления и пересел в «Волгу» Шабанова. За ними пристроился «рафик» со следственной группой.

Шабанов закурил и откинулся на спинку сиденья.

— Пашу, блин, как Золушка, — пожаловался он другу. — Только в дороге и отдыхаю. Слушай, Крюк, твой здоровый бугай работу поменять не хочет?

— Птенчик, что ли? — переспросил Крюков. — Не знаю. Сам спроси. А на хрена он тебе?

— Такой спец в нашем отделе просто незаменим. У меня жмуры через один — висельники. Их снимать — сплошной геморрой. А он парень длинный и здоровый. Мне такой как раз и нужен.

— Перебьешься, — разочаровал его Крюков. — Сам попрыгай. Лучше скажи, что у тебя на моих Мясников?

— Странные ребята. Ты знаешь, что они покойники?

— Надеюсь на это. Но боюсь ошибиться. Как говорил Стивенсон, мертвые не кусаются. А эти так и норовят голову отгрызть.

— Я имел в виду, что оба погибли пять лет назад во время взрыва цистерны на воинском складе ГСМ. И оба, кстати, подозревались в причастности к этому взрыву.

— Данные точные или «от Укроп Помидорыча»?

— Из военной прокуратуры.

— Я так и думал, — со злорадным торжеством ухмыльнулся Крюков. — Военные следаки — это парни, на которых всегда можешь рассчитывать, если хочешь запутать дело. Тайну хищения портянок они раскрутить еще в состоянии, а все, что чуть сложнее — в висяки.

За разговором они не заметили, как приехали на место.

— Красиво здесь, — огляделся Шабанов.

— Горы, сосны. Подмосковная Швейцария, — согласился Крюков. — Хороший город Звенигород.

Возле дома слонялись милиционеры в форме и в штатском. К воротам подъехал черный «ауди». Из машины вылез лощеный, представительного вида мужик с элегантным зачесом.

— Полковник ФСБ Спицын, — представился он. — Что с генералом?

Крюков внимательно посмотрел на приехавшего. Глаза по сторонам рыщут, трет кончик носа — синдром Пиноккио-Клинтона. Знает, козел, намного больше, чем хочет сказать. И что с генералом случилось, тоже знает.

«Сюда бы сейчас «ДЛБ» — «детектор лжи бытовой», — подумал Крюков, — в смысле, пакетик целлофановый хлопцу на голову. И через пять минут истина восторжествовала бы».

— Пройдемте в дом, нужно опознать тела. — Шабанов пошел впереди, генеральский холуй — за ним. Крюкова никто не приглашал, и он после долгой дороги решил прогуляться до заснеженных кустов, примыкающих сзади к участку генерала. Здесь внимание Крюкова привлекла куча тряпья посреди плотно истоптанного пятачка в рыхлом снегу. Он приблизился, стараясь не добавить следов к тем, что уже имелись.

От кучи пахло жареным. Вернее, горелым. При детальном изучении Крюков сделал вывод, что под обгорелым тряпьем покоятся обгорелые человеческие кости. Рядом в снегу блестела металлическая пластинка. Крюков подобрал ее. Это был то ли жетон, то ли брелок охранного предприятия «РИФ».

На крыльцо генеральского дома вышли Шабанов, следователь и Спицын.

Крюков сунул жетон «РИФа» в карман и незаметно вернулся к дому. Спицын кивал головой как больная лошадь:

— Да, это генерал Лентулов, его охранник, кажется, его звали Вадим. И жена генерала. Неужели ее тоже убили?

— Сама повесилась. Вы не в курсе, она наркотики не употребляла?

— Вы что, издеваетесь? — взвился Спицын. — Жена генерала Лентулова — наркоманка? Нет, это какая-то провокация. Я требую привлечения к расследованию сотрудников ФСБ!

Шабанов развел руками:

— Видите ли, пока виновной в совершении убийств подозревается жена генерала, оно проходит как бытовое. Если будут основания считать, что генерал убит в связи со служебной деятельностью, дело будет передано в ФСБ. Согласитесь, так объективнее.

— Но я требую самого тщательного исследования всех фактов, — настаивал Спицын. — Вы только в доме смотрели?

— Да. Сейчас отправлю ребят обследовать окрестности, — раздраженно оправдывался Шабанов.

Крюков пристально посмотрел на Спицына. Его разбирало желание показать эфэсбэшнику брелок «РИФа» и спросить — не его ли тот ищет. Но он удержался.

Двое постовых, посланных на проческу местности, нашли обгорелые останки почти сразу. Крюков отметил, что Спицын очень заинтересовался находкой и выразил желание немедленно ее осмотреть.

Крюков подошел к Шабанову.

— Я, пожалуй, поеду. До Москвы подскочу на труповозке.

— А тебе разве не интересно, что там ребята нашли в кустах?

— Нет. Интуиция подсказывает мне, что это никакого отношения к убийству генерала не имеет.

— Тогда что это может быть? Совпадение?

— Конечно. Бомжик хотел погреться у костра и сгорел. Проверь, не пропадали ли у них на здешнем вокзале бомжи.

Крюков не спеша удалился, а Шабанов еще долго с величайшим подозрением смотрел ему вслед.

16

В особняке Боженово проходил совет нечестивых. В каминном зале расположилась группа людей, среди которых сидели и потягивали разные напитки полковник ФСБ Спицын, возглавивший отдел после трагической смерти его начальника генерала Лентулова, и полковник Павлов. Все собравшиеся по разным причинам были кровно заинтересованы в развитии монополии Бориса Семеновича Вагнера.

— Что ж, можно подводить итоги, — предложил Шнопак. — Операция проведена блестяще. Все, кто реально или хотя бы потенциально представлял опасность для нашей программы, выведены из игры. Несколько незначительных факторов риска находятся под строгим контролем. Но есть и неприятные новости. Со дня на день мы ожидаем прилета в Москву председателя «Международного фонда борьбы с наркотиками» Ван дер Декена. Надеюсь, мы справимся и с этой проблемой.

Присутствующие одобрительно зашумели…

Утром Крюков позвонил Ирине:

— Я сегодня работаю, попробую вырваться минут на двадцать. Нужно срочно поговорить с Антоном насчет его сослуживцев из Кургая. Подскажи мне его адрес.

Ирина назвала адрес, по которому племянник снимал квартиру. Затем потребовала:

— Подтверди получение информации.

Трубка молчала.

— Эй, на проводе! — переспросила Ирина. — Ты живой? Крюков, что с тобой? Ответь!

Она не на шутку испугалась. Наконец в трубке послышался невнятный хрип.

— Пока живой. — Крюков прокашлялся. — Слушай, не знаю, как тебе сказать…

— Чем проще, тем лучше, — с тревогой заверила его Ирина.

— Короче, дело было так. Недавно мы накрыли одну нехорошую квартиру. В самый неподходящий момент туда позвонил неизвестный. Номер телефона мы определили и по нему вышли на другую квартиру, еще хуже первой.

— И туда тоже позвонили? — догадалась Ирина.

— Не совсем. Неизвестный связался с той квартирой по модему. Что именно он сообщил, сейчас неважно. Самое главное, что мы вычислили и третий адрес. Этот адрес ты мне только что назвала.

— Адрес Антона? —