Число зверя - Константин Алов

— И что я должен у него спросить? Не вы ли, товарищ полковник, убили жену своего генерала?

— Нет. Спроси так: «Не вы ли убили своего генерала, его телохранителя и его жену?» И: «Почему у убитого вами бомжа оказался служебный жетон частного охранного предприятия «РИФ»? А вообще-то про жетон лучше не спрашивай. Все, я полетел, мне некогда.

И Крюков вытолкал Антона в дверь и исчез сам прежде, чем озадаченные Шабанов и следователь постигли смысл его слов.

Спускаясь по лестнице и толкая впереди себя заторможенного Антона, Крюков размышлял, зачем все-таки привокзальному бомжу понадобилось ехать на генеральскую дачу с жетоном РИФа в кармане.

Внизу его окликнул дежурный:

— Эй, Крюков, ты интересовался сводкой по Мяснику? Вот, позади Вагнеровского Центра исследований крови на пустыре нашли три трупа. Два парня и баба молодая. Он их всех троих порезал.

Антон пошел в сортир справлять малую нужду. В ожидании его Крюков задумался. Активность Мясника и разносторонность его интересов — от резни до взрывов — не вписывались ни в какую последовательную систему. Но что-то должно было объединять все формы проявления этого кошмара. Знать бы, что!

Воспоминания о взрывах навели Крюкова на тревожные мысли. Странная последовательность — два виртуальных взрыва, за ними два реальных. Третий раз взрыва в «Армагеддоне» не произошло, но это не значило, что его не случится и в действительности.

Идею подать рапорт Крюков сразу забраковал. Попытка объяснить связь компьютерных катаклизмов с реальными взрывами закончилась бы неизбежной регистрацией новатора в психиатрическом диспансере.

«Мы пойдем другим путем», — позвал когда-то Ильич.

И Крюков отозвался. Он отвернулся от дежурного, достал трубку мобильника и набрал номер, который был написан крупными цифрами у дежурного на будке.

— Алле, — прошамкал он, изображая старушечий голос. — Ето милиция?

Изображал он плохо, но дежурный поверил. Окрыленный успехом, Крюков продолжил:

— В доме номер тринадцать, — он назвал адрес Антоновского дома, — где вчерась убийство нашли, какие-то кавказские национальные лица носють мешки, не иначе — взрывчатку. Да. Ты, милиция, уж проверь.

По возникшему в тот же момент оживлению Крюков догадался, что его семена пустили корни. Оставалось подождать всходов.

«Рябуха» мчалась, разбрызгивая колесами смесь снега, соли и грязи на неловких либо беспечных москвичей и гостей столицы.

— Куда мы едем? — безразлично спросил Антон.

— Сегодня Галину хоронят, — напомнил Крюков. — Надо Семена поддержать. Ты сам-то как, оклемался?

— Более-менее.

— Расскажи-ка мне, бестолковому, что это за система такая — «Юнител», — попросил Крюков. — Только имей в виду, для меня не то что компьютер, а обычные деревянные счеты и логарифмическая линейка — суть предметы, недоступные пониманию.

— Но ты вообще компьютер когда-нибудь видел?

— Любовался издалека.

— То, что люди называют компьютером, состоит из трех частей: монитора, то есть телевизора, клавиатуры и самого компьютера — это такой железный ящик, — начал Антон. — В системе «Юнител» все предельно упрощено. Ящик тебе не нужен. То есть ты пользуешься услугами одного огромного суперкомпьютера, который находится где-то далеко. Тебе не надо совершенствовать свой прибор, ремонтировать и так далее. У тебя клавиатура, соединенная с монитором или обычным телевизором. Все это подключено к «Юнителу» через обычную же телевизионную антенну с помощью маленькой коробочки. В ней находится служебная плата и микрочип. В нем весь фокус и состоит. Этот чип работает по принципу нечеткой логики со скоростью десять миллионов логических выводов в секунду. Нечеткий контроллер.

— Что это за фигня? Я работаю по принципу нечеткой логики, когда много пью и мало закусываю, — удивился Крюков.

— Нечеткая логика — это принципиально новый раздел математики, — пояснил Антон. — Можно сказать — революция. До этого вся математика, как и компьютеры, базировалась на двоичной системе отсчета, то есть отвечала на вопрос четко — «да» или «нет». А нечеткая логика позволяет улавливать нюансы и тонкости. Одно слово — быстрые системы.

— Как это? Ты не умничай, а покажи на пальцах, — потребовал Крюков.

— Хорошо, сейчас попробую. — Антон задумался. — Вот ответь мне, ты водку пьешь?

— Еще как!

— Отвечай «да» или «нет», как в математике.

— Ну, если тебе нужен научный ответ, то «да». Пью, — клятвенно заверил Крюков.

— А поллитровую бутылку один выпьешь?

— Э… Если… Ну, в общем, да.

— О’кей, — удовлетворенно кивнул Антон. — А после этого голова у тебя болеть будет?

— Не знаю, — признался Крюков. — Это будет зависеть от качества водки и количества закуски. Опять же если пивка…

— Ну вот, это и есть нечеткая логика. Когда не «да» и не «нет», не белое и не черное, а светло-черное. Или темно-зеленое. Понятно объяснил?

— Ну, это уже не наука, а искусство какое-то, — предположил Крюков. — Абстр-р-ракционизм. Шагал на кобыле прискакал.

— Это точно. Где-то на стыке науки и искусства, — согласился Антон. — Во всяком случае, на этом принципе и строятся современные компьютерные системы, в частности «Юнител». Поэтому ты просто включаешь телевизор на определенном канале, получаешь на экране меню и выбираешь, что тебе нужно. В отличие от Интернета, в котором можно бродить сутками и не найти нужного тебе сайта, «Юнител» структурирован в форме пирамиды. То есть ориентироваться в нем не просто, а очень просто. Можешь параллельно с телевизором поставить обычный компьютерный монитор. Можешь ящик смотреть и играть, в смысле, работать, одновременно. Не отходя от телевизора, можешь переводить деньги в любой конец света, делать покупки, обмениваться информацией с кем угодно. Мечта идиота!

— Заманчиво. А сколько стоит подключение? — с сомнением спросил Крюков.

— Копейки. А если найдешь троих желающих, получаешь назад половину своих бабок. За каждого следующего — премия. Пирамида, одним словом. Получается бесплатное кино.

Крюков наморщил лоб:

— А что ты думаешь насчет Бонзы? Каким краем он перехлестнулся с Мясником?

— Ты же сам предположил.

— Что именно? — не понял Крюков.

— Бонза знал коды доступа к той информации, что была записана на его диске с «Армагеддоном». Разберешься с диском — разберешься с Бонзой. В смысле, с Мясником.

— А ты не хочешь помочь? Все-таки это и тебя касается.

— Честно? Не хочу. — Антон внезапно помрачнел. — Поскольку я в этом дерьме уже замазан по самые гланды, то чем дальше я буду держаться от расследования, тем лучше.

— Но что ты по этому поводу думаешь, что там на дискете может быть?

— Хрен его знает. Какая-нибудь секретная информация плюс киллерная программа.

— Что значит киллерная? — насторожился Крюков.

— При определенных условиях — опоздание с введением кода или незнание пароля — программа убивает информацию на диске. А ты что подумал? Программа по подготовке киллеров?

— Не совсем. Есть ведь такие программы, которые воздействуют на подсознание человека и