Убей меня по-братски - Марина Серова

– Их мы сделали по приколу, когда еще были пацанами. У нас с такими половина двора ходила. В соседнем доме открылся тату-салон. Тогда в нашем дворе каждый второй что-то себе там сделал. Ну и мы решили втроем прикольнуться. Но когда узнали, что именно такие же татуировки делали похищенным, то решили избавиться от них.

– Есть догадки, почему их делали на заложниках? Ведь это единственная связь вас с преступлениями.

– Понятия не имею. Кто-то хотел нас подставить. А может быть, в этой банде был кто-то из нашего двора. Говорю же, таких, как мы, было много.

– Логично. Но свидетель указал именно на вас. Как это объяснить?

– Может быть, лучше у него самого об этом спросить?

– Предлагаете мне с ним поговорить? Вообще-то, я не занимаюсь этим делом. Сейчас меня больше волнует, кто убил Григория Яшина.

– А я тебе скажу, кто мог его убить. Но только если пообещаешь, что поможешь нам. Мы несколько лет вынуждены прятаться и скитаться только потому, что какой-то мерзавец оклеветал нас.

– Так почему бы самим с ним не поговорить?

– Мы искали его все эти годы. Но мы мало что можем, сидя тут. Ты же частный детектив, у тебя друзья в полиции. Пусть пробьют его по своей базе. Поговоришь с ним и выяснишь, почему он так поступил.

Лобановы не оставляли мне выбора. Я уже поняла, что убивать они меня не собираются. И вообще причинять какую-либо физическую боль. Я нужна им. Да и не похожи они на отъявленных негодяев, какими описывал их мне Головин. За свою работу детективом я повидала разных бандитов, но эти братья ни под один тип не подходили. Было видно, что они просто сбившиеся с пути юнцы, которых потрепала жизнь.

– Если я соглашусь, вы дадите мне информацию по поводу убийства Гриши?

– Даже больше, чем информацию. Вот держи, – Кирилл протянул мне конверт.

– Что это?

– Открой, – Кирилл, скрестив руки на груди, горделиво встал передо мной.

В конверте были четыре фотографии. Мужчины со снимков были мне незнакомы.

– Кто это? – обратилась я к Кириллу.

– Потенциальные отцы Гриши. Он на протяжении нескольких лет искал своего папу. Как только ушел из спорта, то сразу начал поиски.

– Почему же он не спросил у матери? Насколько я знаю, они общались.

– О, мамаша у него та еще мегера.

– А вот об этом попрошу поподробнее.

– Она использовала Гришу. Когда его мать приехала в наш город из своей Турции, то навешала ему лапши на уши о своей любви. А он, дурачок, поверил. Думаешь, просто так ее муж выгнал?

– Я не знаю всей истории.

– Она изменяла ему. С кем-то из своей прошлой жизни.

– Но почему же ты считаешь, что она не любила Гришу?

– А разве любящая мать будет посылать своего сына в бандитское логово?

– В какое еще логово? – не ожидала я такого поворота.

– В самое настоящее. Она попросила его поговорить с одним рецидивистом. Тот мог помочь ей вывезти детей из страны. И Гриша отправился туда, чтобы договориться насчет сделки. Чем все дело закончилось, не скажу, потому что не знаю. Но после встречи с ним Гриша ходил задумчивый.

– Что за рецидивист? И почему она сама не пошла?

– Спроси у нее. Мы подробностей не знаем.

– Обязательно спрошу.

– Получается, что Полина не говорила Грише, кто его отец?

– Нет. Поэтому он и искал его.

– Зачем вы украли папку из его квартиры?

– Мы ее не крали.

– А разве эти фото не из той папки, которую кто-то похитил из его квартиры? Ведь на ней мы нашли твои пальчики.

– Я объясню. За несколько дней до смерти он приезжал сюда к нам. Показал нам эти фотографии и попросил пока придержать у себя, потому что чувствовал слежку. Спрашивал, знаем ли мы кого-нибудь с этих снимков.

– Почему вы должны были их знать?

– Да потому что наши мамы учились в одном классе и дружили. И он был уверен, что его отец тоже учился с матерью в одной школе. Она ведь залетела чуть ли не на выпускном вечере.

– И вы кого-то узнали с этих снимков?

– Нет.

Интересно, а это все потенциальные папаши? Что-то мне вспомнился Аркадий Ковурский, который на вопрос о недавней встрече с Полиной соврал мне в глаза. И что-то там лепетал по поводу выпускного. Мог? Полагаю, вполне. И трепетное отношение к Грише тоже в схему вписывается…

– Еще вопрос. Как вы связаны с Савелием Тихоновым? Он тоже был горнолыжником, как и Гриша.

Кирилл слегка изменился в лице.

– Вопрос с подвохом?

– Никакого подвоха. У меня есть свидетели, что видели вас с ним. Какие у вас с ним дела?

– Да так, покупал кое-что у нас. Но это никак не связано с Гришей.

– Что именно?

– Травку.

– И все? Таблетки, запрещенные для спортсменов?

– Никогда. Мы же не такие глупые. Только травку.

– Значит, по-вашему, мать могла подставить Гришу так, что его убили?

– Тут и думать нечего. Она его использовала. Поэтому ее дружки с ним и расправились.

– Но какой мотив?

– Возможно, Гриша слишком много знал. А такие ведь не любят свидетелей.

Братья заставили меня задуматься. Уж больно красиво складывался пазл. Добродушный и доверчивый Гриша сам не знал, во что ввязался, когда решил помочь матери. Но он даже не подозревал, что его ждало на самом деле.

Пора было отсюда выбираться. К тому же я сильно замерзла. Я была в одном свитере и джинсах.

– Мне нужно домой. Здесь крайне неприятно. Вы меня отвезете? Где мы вообще находимся?

– Только если ты пообещаешь нам помочь. Мы в часе езды от Тарасова. В забытой богом глуши.