Искатель, 2004 №1 - Айзек Азимов

Я обернулся и не поверил своим глазам.

— Руки за голову!

Женщина с пистолетом, стоявшая у кадушки с цветущим олеандром, была настолько похожа на убийц, схваченных в госпитале имени Хопкинса, а позже застреленных по пути в тюрьму, что их общее родство было очевидным.

— Не могу, — сказал Балдмэн. — Не могу поднять. У меня артрит.

Интересно, при артрите действительно так плохо с телодвижениями или шеф продолжает блефовать? Кстати, раньше я не слышал, что он страдает этим недугом.

Сам я руки поднял. А что делать? Прежде чем я достал бы свой револьвер, дама напротив не раз и не два успела бы нажать на спусковой крючок.

— Тогда я застрелю вас прямо так — с опущенными руками, и прямо сейчас.

— Я не спешу, — предупредительно улыбнулся Балдмэн.

— Зато мне не терпится поставить точку в вашей карьере. Вы — виновник смерти моих сестер. Моих любимых младших сестер. Красавиц!

— Вы тоже хорошо выглядите, — сделал комплимент шеф.

— Что?!

— Люсьен. — Кроче приложил руки к груди. — Я тебя умоляю!

— Молчи, Джованни! О чем ты собираешься меня молить? Чтобы я пощадила человека, который отнял жизнь у самых близких мне людей?

— Но…

— Вспомни, Джованни, что ты мне говорил, когда по твоей просьбе я прилетела сюда из Квебека. И прилетела сразу, хотя у меня в Канаде осталась масса дел. Но ты объяснил, что тебе нужна помощь, и в память о юности, о горячих денечках, когда мы на пару «бомбили» закусочные в Канзасе и Миннесоте, я примчалась в Локвуд. Уже здесь ты сказал мне, что тебе нужны «чистильщики» со стороны и что для моих сестер, с их-то квалификацией, приехать в Америку и кое-кого тут убрать, будет не сложнее, чем прокатиться из Парижа на Ривьеру. Я доверилась тебе и позвонила сестрам во Францию. И чем все кончилось?

— Я не виноват, Люсьен, что одна из них свалилась в ущелье Злых Духов. Удержи она машину на дороге, все сложилось бы иначе.

— Ты виноват в другом, Джованни. И знаешь что, подними-ка руки. Вот так… Выше! У меня были замечательные сестры. Они знали, что такое честь и ответственность перед заказчиком. Они обе готовы были расстаться с жизнью, но это — они! Ты организовал нападение на тюремную машину, ты мог спасти их, но тебе было выгоднее, чтобы они замолчали навсегда.

— Как такое пришло тебе в голову, Люсьен! — возмутился мафиози. — Они погибли в перестрелке с полицией.

— Это я раньше так думала, но теперь понимаю, что так и было задумано.

— Простите, — подал голос Балдмэн. — Значит, виновник гибели ваших сестер все-таки не я.

Женщина направила пистолет на шефа.

— Час назад я выяснила, кто сделал так, чтобы моя младшая сестра попала в этот госпиталь. Это сделали вы, ничтожный частный сыщик! А девица, которая лежала с сестрой в одной палате, — ваша сотрудница. Достаточно?

— Для чего?

— Для вывода. Сейчас вы умрете — все. А я уеду в Канаду, только напоследок еще поквитаюсь с вашей подчиненной.

Дженни легка на помине. Уже минуту я с трудом удерживался от того, чтобы не следить за ее действиями. И все же косил глазом… Вероятно, Балдмэн и Кроче, как люди опытные, занимались тем же — удерживались.

Когда дверь оранжереи открылась, я подумал, что это или дворецкий во фраке, или еще кто-нибудь из окружения синьора Кроче. И возликовал: союзник в тылу врага — бесценная услуга тому, кто находится на мушке.

Но это была мисс Дженифер Хоуп. Она мигом сориентировалась в происходящем, потому что не издала ни звука. Дженни обвела глазами оранжерею, будто хотела найти вазу наподобие той, которую она так удачно разбила о голову лжемедсестры, однако ничего похожего не обнаружила.

И все-таки она двинулась вперед. Если бы Дженни была в привычных туфлях-«лодочках», стук «шпилек» о мраморные плиты пола выдал бы ее, но ковбойские полусапожки позволяли не тревожить пространство.

Около куста роз Дженни нагнулась и сняла с крючка на стенке ящика с рододендроном большие садовые ножницы. Лично я с таким оружием против пистолета выступить бы не посмел, разве что в самой критической ситуации. Наверное, и Дженни не посмела бы.

— Опомнись, Люсьен, — сказал Кроче. — Их — ладно, не жалко, но меня… Нас так много связывает!

— Опомнитесь, мадам, — сказал Балдмэн. — Его, дружка вашего бывшего, — ладно, бог с ним, но насчет меня вы ошибаетесь.

— А я тут вообще никаким боком, — сказал я, чтобы хоть что-нибудь сказать, наполнить эфир словами. Дженни была совсем близко от канадки, и та могла услышать или шорох ткани, или скрип ремня, или просто — дыхание.

— Я медлю потому, что думаю, с кого начать: с бывшего друга или…

Женщина с пистолетом не договорила. Видно, что-то почувствовав, возможно, ощутив дуновение воздуха, она стала поворачиваться…

Дженни метила в правое плечо и промахнулась, не сумев изменить траекторию, подстроившись под движение канадки. Но промахнулась она удачно: лезвия ножниц вспороли рукав жакета Люсьен, вероятно, располосовали и кожу, во всяком случае, пальцы ее разжались и пистолет вывалился из них.

Я прыгнул и навалился на чуть присевшую от боли канадку. Она попыталась вывернуться, но я был настороже и не позволил ей этого. Колени ее окончательно подогнулись, и мы упали на пол.

Тут прозвучал выстрел.

Женщина подо мной вздрогнула и обмякла.

— Теперь командую я, — сказал Кроче.

В руке у него был пистолет. Какой расторопный, успел поднять его первым.

— Встать!

Я поднялся. Канадка на полу была неподвижна. Еще бы, с пулей-то в сердце. Как еще Кроче меня не зацепил…

— Мы же заодно, Джованни, — укоризненно проговорил Балдмэн.

— Были, — ощерился мафиози. — Не люблю, когда меня подставляют. А с госпиталем ты меня подставил, Гарри. Не люблю, когда работают еще на кого-то, вместо того чтобы служить только мне. А ты все время смотришь на сторону! Не люблю, когда не понимаю, какой у человека интерес, чего он добивается. А ты для меня загадка! Не люблю свидетелей, которые знают обо мне то, что знать не следует. А вы слишком много знаете, мистер Балдмэн. И вы, и ваши люди. Наконец, я не люблю пронырливых частных детективов. Я их вычеркиваю!

— Ты пожалеешь об этом.

— Когда-нибудь, может быть, и пожалею, — кивнул Кроче. — Или нет. А ну, выходите!

— Зачем тянуть? Стреляй здесь.

— Еще чего! Начнете биться в конвульсиях, хвататься за что ни попадя, цветы мне попортите.

— Она ничего не испортила, — сказал шеф, имея в виду, естественно, Люсьен, а не нашу Дженни.

— Но могла! — Мафиози покачал пистолетом. — Удачно получилось. Вообще-то она всегда норовила оказаться пробкой