Золотые рыбки - Алена Судакова

Скоро он изменил мнение: это был подвал, но со всеми удобствами, с ремонтом, контролем влажности. Вдоль стен, окрашенных в мягкий зеленый цвет, стояли полки с аквариумами, горела подсветка, колыхались водоросли и копошились улитки. Среди водорослей плавали рыбки: серебряные, красные, с огромными глазами и без спинного плавника. Ни тебе шума, ни болтовни — тихо, спокойно, расслабляюще.

— Влад, это и есть она?

— Наверное…

Они постучали пальцем по аквариуму, в котором плавало такое чудо.

— Молодые люди, прекратите безобразничать и пугать рыбу! — прозвучал за спиной властный голос.

Семен и Влад как по команде спрятали руки.

— Что вам нужно?

Сзади стоял низенький толстый старичок в берете на вихрастой голове. Он опирался на палку, сверкая на непрошеных гостей стеклами очков.

— Нам бы поговорить, — сказал Влад.

Они с Семеном синхронно раскрыли удостоверения и подождали, пока старик внимательно их изучит.

— Хм… С полицией мне еще разговаривать не доводилось. Что ж, проходите в мою каморку…

— А здесь можно? — Семену вдруг понравились неторопливые движения рыб.

— Успокаивает, правда? — хмыкнул старичок с пониманием. — Я и сам люблю смотреть на них.

Все проблемы отступают. Так чем я вам могу помочь? Желаете разводить рыбок?

— Нет, мы по другому поводу, — Семен откашлялся. — Вы хорошо знаете членов клуба? Может среди них находиться, скажем, случайный человек?

— Что значит «случайный»? С улицы, что ли? Да ради бога! Вы же зашли!

— Мы, папаша, не случайные, — немедленно возразил Влад и заслужил сердитый взгляд старичка.

— Аким Семенычем меня зовут, а не «папашей»!

— Учтем, — кивнул Семен, толкнув Влада. — Так что там с любителями?

Старичок переводил взгляд с Семена на Влада и обратно. Разговорчивым его назвать было нельзя.

— А вы знаете, молодые люди, что такое аквариумистика? — выдал он и воодушевленно взмахнул палкой, едва не треснув по соседнему аквариуму. — Это даже не хобби, а смысл жизни.

Еще минут тридцать Аким Семеныч рассказывал о премудростях аквариумистики как науки, хобби, способа получения денег, восстановления душевного равновесия. Они узнали, что первое упоминание о разведении рыб связано с Египтом и Ассирией, что в висячих садах Семирамиды были построены декоративные пруды с рыбами. Не забыт был и Китай времен правления династиии Тан. Потом рассказчик перешел непосредственно к золотым рыбкам.

— Первые золотые рыбки получились из-за генетической мутации Carassus auratus — обычного серебряного карася.

— То есть это — карась? — уточнил Семен, в котором заговорил рыбак.

— Если грубо, то да, подвид серебряного карася, — согласился старичок. — Существует много легенд, связанных с появлением золотых рыбок. Это и ожившие слезы прекрасной девушки, и попавшие на землю обитатели небесного дворца. Вот вам золотая рыбка…

Он показал на один из аквариумов.

— А это — водяные глазки, мавр, шубункин…

От названий сносило крышу. Но Семен никак не мог уловить момент, чтобы прервать рыбного знатока.

— Значит, случайных людей здесь не бывает? — помог Влад.

— Не представляю сути дела, но заверяю, что тот, кто вкладывает в аквариумистику силы и время, не может быть преступником.

Спорное утверждение, но Семен решил поддержать старика.

— У вас часто бывают выставки?

— Недавно была.

— Народу хватало?

— На удивление да. Мы получили колоссальное удовлетворение.

Старичок был горд за клуб.

— Сколько в Москве клубов любителей золотых рыбок?

Старичок не стал их пересчитывать.

— Достаточно.

— Посмотрите на фотографии. Может, вы видели когда-нибудь этих женщин?

Аким Семеныч долго разглядывал фотографии, вертел так и эдак, но покачал головой. В один момент показалось, что он кого-то узнал, но…

— Увы, молодые люди. — Он вернул снимки Семену. — А что с ними произошло?

— Так, маленькая неприятность: их убили.

Они оставили старичка стоять с открытым ртом: иногда шоковая терапия помогает.

После подвала свежий воздух ободрял.

— Ну, куда теперь? — спросил Влад, разминая плечи.

Семен достал из кармана список клубов. Ткнул пальцем наугад. Все равно придется обходить все адреса. Сегодня, завтра, через неделю.

Они невесело шли по протоптанной в траве дорожке. Солнце пекло затылок. Высоко над деревьями метались стрижи, которым, казалось, в городе не должно быть места.

Но кому точно не должно быть места на земле, так это людям вроде их клиента.

— По пиву? — предложил Семен, остановившись у пивного киоска.

— Я бы лучше съел что-нибудь. Позавтракать не успел.

Семен покопался в кармане, выуживая горсть десяток — он не помнил, откуда столько набралось. Не от Алены: она всегда расплачивалась кредиткой и ему предлагала. Но он отказался — к чему? Чтобы ребята смеялись в очередной раз? Он лучше так, десяточками.

Они взяли каждый свое: Семен бутылку светлого пива и пачку сушеных кальмаров, Влад в соседнем павильончике — пластиковый стаканчик с горячим кофе и сосиску в слоеном тесте. Приземлились у стойки, смахнули крошки, на которые сразу слетелись голуби. Ели сначала молча. Потом Семен не выдержал:

— Представляешь, живет на свете такая зараза, а мы вынуждены бегать за ним по всей Москве.

— Ты о преступнике? Первый раз, что ли?

— Плохо, что не последний. И ведь носит такого земля…

— Носит, — согласился Влад, дожевывая сосиску. — И мама его родила, и рос он этаким послушным мальчиком, чистеньким, аккуратненьким. Ходил с мамашей за ручку, здоровался с соседями, а те наверняка ставили его в пример своим непутевым внукам… Никто не рождается убийцей. И теории типа Ломброзо настоящий вред. Мы ищем прежде всего человека социального со всеми вытекающими последствиями. Ты чего вертишься?

Семен оглянулся в поисках приметных бело-голубых кабинок: пиво давало о себе знать.

— Я на месте матери убил бы подобное отродье сам, — проговорил он. — Удушил в утробе.

— Если бы знал, что он за тип. На кофейной гуще тут не погадаешь.

— Когда-нибудь будем знать с точностью, генетика не стоит на месте. Вот найдут ген, отвечающий за агрессию…

Не договорив, Семен побежал в кабинку. Вернулся, облегченно выдохнув: теперь и думалось легче.

— А хотел бы я встретиться с его матерью, взглянуть в глаза и сказать, что она родила на свет чудовище! Может, и сама была такой? Но точно могу сказать, даже не видя ее: как мать она не состоялась…