Ворюга в клеточку - Валерий Гусев

Ворюга стал разведчиком

Назавтра события стали развиваться так стремительно, что мы едва успевали вмешиваться и направлять их в нужную сторону.

Во-первых, мама почему-то решила, что папа вернется из командировки голодный как волк.

– Нужно порадовать его хорошим семейным ужином, - сказала она.

– А кабинета, чтобы его порадовать, не хватит? - робко предложил Алешка. - Новые музыкальные обои…

– Ты бессердечный, - отрезала мама. - Вот вам список, марш в магазин.

Возле магазина сгрудились несколько подозрительных машин. А лестница на второй этаж, в ломбард, была перекрыта. На первой ступеньке стоял вооруженный детина в маске, а за ним маячил наш старый «друг» Хорьков. Он прикрыл лицо ладонью и из-под нее дружески подмигнул мне. Как сообщник, что ли? Но пока еще не соратник.

В магазине, набирая в тележку продукты по маминому списку, мы прислушивались к разговорам.

– Налоговая полиция…

– Проворовался ломбард…

– Документы проверяют… Накладные…

– И крыша ей не поможет…

– Ага, поехала крыша… Вот-вот рухнет…

– Ничего… Модеста вывернется…

– Ни за что! Вперед и вверх! - это Алешка сказал. Мне на ухо.

Не успели мы разгрузить сумки, позвонил Акимов.

– Общий сбор, ребята! Тревога! Модеста что-то задумала. Сейчас наш агент по кличке Хорьков звонил.

Мы помчались к Акимову. Все уже были в сборе.

Вот что сообщил тайный агент Хорьков.

Модеста Петровна продает машину и квартиру - раз! Заказала через своего секретаря билет на самолет - два! А сегодня у нее какая-то очень важная деловая и тайная встреча - три!

– Это понятно, - сказал дядя Степа. - В Америку удирает. Сейчас, когда там у ней проверка идет, она под шумок чужое золотишко присвоит - ищи ее в пампасах!

– А про тайную встречу Хорьков ничего не сказал? - спросил я.

– Что услышал, то и сказал. Утром к Модесте приезжала какая-то богатая дама. И говорит ей: «Выручайте, Модеста Петровна. Надежда только на вас!» А та ей: «Тихо, тихо, милочка, все разговоры только у меня дома». И пригласила ее зайти. Сегодня.

– А когда? - вскочил Алешка. - Не подслушал?

Акимов пожал плечами.

– Ну и что тут особенного? - не выдержал я.

– В общем-то, ничего. Только, когда эта дама ушла, Хорьков услышал, как Модеста прошептала: «Попалась, голубушка. Очень кстати». Что-то она задумала. Какую-то пакость.

– А как мы узнаем?

Самое главное, что меня в этом удивило, - никто из нас и не подумал сказать: «А какое нам дело?» А все стали предлагать, как это дело сделать. Все глупости, что мы наговорили, я повторять не буду. Скажу только «умности».

– Вишь, - укорил дядя Степа Акимова, - я говорил тебе, что надо Карлсона твово оборудовать акустической системой. Чтобы слышал и говорил. Ща бы мы его в засаду ей на балкон посадили - и все. Он бы там подслушивал, а мы здесь слушали.

Признаюсь, я опять ничего не понял. Но у меня на эти случаи есть младший брат. Он тут же вскочил и помчался домой, успев крикнуть на ходу:

– Я все придумал! Я - сейчас!

И через пять минут вернулся - запыхавшийся, с хохолком на макушке и с блестящими глазами. Как Ленка в такого могла влюбиться?

– Вот! - и Алешка брякнул на стол папин диктофон.

– Отличная идея! - воскликнул Акимов. - Вставляем ему диктофон в…

– В заплатку, - подсказал Алешка. - Сажаем его на Модестин балкон. И он нам все запишет.

– Это понятно, - покачал головой дядя Степа. - В заплатку - это понятно. Но вот только все записывать-то ни к чему. Пленки не хватит.

– Нужно дежурить по очереди, - предложил Акимов. - Я так себе представляю. Сажаем Карлсона на балкон, на пол, чтобы его не обнаружили. И время от времени включаем его на просмотр. Высунулся, посмотрел. А как эта дама придет, даем импульс, и он начинает писать их разговор.

– А может, попроще, - предложила Ленка. - Дежурить у подъезда. Как дама придет…

– Да мы ее не знаем! - воскликнул, перебивая, Алешка. - В подъезд за день сколько всяких дам шляется!

– Так, пожалуй, лучше, - без сожаления отказался от своего плана Акимов. - Даму мы не знаем, а ее приметы Хорьков сообщил. Белый длинный «Мерседес» и белые волосы до талии. У кого есть мобильник?

– У меня, - сказал дядя Степа. - Только он не работает.

– У нас, - сказали мы с Алешкой. - Только его папа с собой взял.

Акимов рассмеялся.

– А что у нас есть?

– Ракета, - сказал Алешка. - От Нового года осталась. А Модестин подъезд отсюда хорошо видно.

Я опять ничего не понял. Но спрашивать не стал. Потому что Алешка и дядя Степа тут же взялись за реконструкцию Карлсона. Пинцет, паяльник, бормотание. Все готово: включатель вакуумного насоса подсоединен к диктофону. Диктофон заправлен в Карлсона.

– Значит, так, - распределил обязанности Акимов. - Один - у подъезда, второй на нашем балконе, третий на пульте. Время от времени меняемся.

– А у нас проблема, - сказал Алешка.

– Какая?

– Обои.

– Это не проблема, - сказал дядя Степа. - Один у подъезда, один на балконе с пультом, трое - обои клеят.