Красная дверь - Чарлз Тодд

И это было весьма печально.

Прибыв в Лондон, Ратлидж заехал в Ярд и передал клетку с попугаем удивленному сержанту Гибсону.

— Узнайте, чем его кормить, и проследите, чтобы он вел себя спокойно, пока я не вернусь за ним.

— Чем кормить? — переспросил сержант. — Я не знаю ни одного владельца попугая.

— Справьтесь в зоопарке, — предложил Ратлидж. — И посмотрите, есть ли у нас какая-нибудь информация о Питере Теллере — не родственнике Уолтера Теллера.

После этого он удалился.

Ехать через Дорсет в поисках семьи Питера Теллера — это отняло бы слишком много времени. Но, возможно, существовал более короткий путь. Эдвин Теллер мог знать отдаленного кузена или не родственную семью с такой же фамилией.

Был поздний вечер, когда Ратлидж оказался на Марлборо-стрит, остановившись перед домом Теллеров.

Трехэтажный белый дом стоял среди похожих — улица вызывала мысли о семейных деньгах и древних родах. Она была тихой — почти никого не было видно, — и Ратлидж готовился узнать, что ему слишком поздно говорить с кем-то.

Он поднял дверной молоток и постучал.

Горничная, открывшая дверь, сообщила ему, что мистер Теллер уехал в деревню.

— А миссис Теллер?

— Она сопровождает его.

— Когда он вернется, скажите ему, что заходил инспектор Ратлидж из Скотленд-Ярда и хотел бы поговорить с ним как можно раньше.

— Вы можете зайти к миссис Теллер утром, — неуверенно сказала горничная. — Если это важно.

— Я думал, она тоже в деревне.

— Эта миссис Теллер — бабушка мистера Эдвина Теллера.

— Тогда, если можно, я хотел бы с ней поговорить.

— Я спрошу, сэр.

Горничная быстро вернулась и проводила его в гостиную с окнами, выходящими на улицу.

Женщина, сидевшая в обитом парчой кресле, подняла взгляд, когда он вошел в комнату. Ее волосы были абсолютно седыми, но в голубых глазах светилась улыбка.

— Вы тот красивый молодой человек, который только что прошел мимо моего окна.

— Прошу извинения за поздний визит, миссис Теллер. Я только что вернулся в Лондон, а дело срочное.

— Мне сказали, вы из Скотленд-Ярда.

— Да, это правда. — Он узнал в женщине даму на портрете в доме капитана Теллера.

— Надеюсь, вы не пришли сказать мне, что Уолтер снова исчез? Право, это слишком. Я находилась в деревне и прибыла сюда, когда Эдвин и Эйми уезжали в Эссекс.

— Насколько мне известно, сейчас мистер Теллер с женой и сыном, он поправляется.

— Поправляется от чего, хотела бы я знать? Приличные люди не исчезают без единого слова, всполошив всю семью. Я едва знала, что сказать Джорджу, когда меня попросили остаться с ним еще на неделю. Со стороны Уолтера это было неразумно. Садитесь, молодой человек. Вы очень высокий, и у меня болит шея смотреть на вас.

Ратлидж сел напротив нее.

— Теперь скажите, почему вы здесь, если вы не ищете Уолтера.

— Я здесь, чтобы спросить о другом члене семьи. Мне известно, что у вас есть внук по имени Питер, но, возможно, у вас есть племянник, которого зовут так же.

— Насколько я знаю, нет. А почему он должен у меня быть?

— Мы пытаемся найти лейтенанта Питера Теллера, который служил во Франции и был объявлен пропавшим без вести в конце войны.

— Наш Питер вернулся домой. И он был капитаном.

— Питер Теллер, которого я ищу, вероятно, родом из Дорсета, хотя жил в Ланкашире после брака. Его жену звали Флоренс.

— Какой смысл в этих вопросах? — раздраженно осведомилась она.

— Мы пытаемся разыскать членов семьи лейтенанта Теллера.

— Жену Питера до свадьбы звали Сюзанна Дарли. Она моя внучатая племянница.

— Да, понимаю. Сколько времени они женаты?

Она нахмурилась.

— Я не вполне уверена. Лет двенадцать. Я ответила на ваши вопросы, молодой человек. Теперь вы должны ответить на мои.

— Охотно.

— Вы знаете, что мой внук Уолтер исчезал?

Они уже говорили об этом, но он ответил:

— Да. Я был в клинике вскоре после его возвращения.

— Тогда объясните мне, если можете, почему он исчез. Это меня беспокоит, и никто не желает удовлетворить мое любопытство. В нашей семье не принято вызывать скандалы. По-моему, это было очень эгоистично со стороны Уолтера. Я не могу этого понять.

— Возможно, вам следует спросить его самого, — мягко ответил Ратлидж. — Полиция удовлетворена тем, что он жив и невредим. Теперь я стараюсь найти Питера Теллера, чья жена жила в Ланкашире.

— Он тоже исчез? Какая жалость. Когда это произошло?

— Мне сказали, что он не вернулся с войны.

— Как печально. Конечно, Уолтер тоже был на войне — капелланом. И Питер был в армии — у него до сих пор шрапнель в бедре и ноге. Едва не умер от ран. Эдвин не мог сражаться, но он отвечал за кораблестроение и материалы. Я не спала по ночам, беспокоясь за Питера. А когда стали прилетать цеппелины, меня послали в деревню оставаться с Джорджем и Энни. Но я по-прежнему не могла спать.

«Она не отвечает на твои вопросы», — сказал Хэмиш.

— Кто такие Джордж и Энни? — спросил Ратлидж.

— Джордж Дарли — внук моей сестры Эвелин. Брат Сюзанны. А Энни — его жена. Эвелин и я были близнецами. Мне до сих пор ее ужасно не хватает. Говорят, с близнецами всегда так.

Еще одна нить, которая не привела никуда.

— Когда был ранен Питер?

— Весной, перед перемирием. Я хорошо это помню. Одиннадцатый час одиннадцатого числа одиннадцатого месяца. Должно быть, немцы специально выбрали. Это очень похоже на них. У них такой упорядоченный ум. Мы все еще соблюдаем две минуты молчания в эту дату.

— У Питера были тезки в семье?

— Нет. Сына Уолтера назвали в честь его прадеда — моего мужа.

Ратлидж чувствовал растерянность.

— Конечно, дед моего мужа был паршивой овцой в семье. Он убил на дуэли трех человек и был вынужден на несколько лет бежать на континент. Моя свекровь говорила мне, что боялись, как бы он не вернулся домой с женой-итальянкой, потому что он много времени провел в Венеции. Но, в конце концов, ему хватило ума жениться на девушке из Дорсета и из хорошей семьи. Все были удивлены, что она приняла предложение такого негодяя.

— Значит, связь с Дорсетом была со стороны вашей свекрови, а не Теллеров?

— Разве я не говорила вам? Вы должны быть повнимательнее, молодой человек. Семья моего мужа была из Эссекса.

— Благодарю вас за помощь, миссис Теллер, — сказал Ратлидж, вставая. — Простите, что побеспокоил вас в столь поздний час.