Хитра - Самюэль Бьорк

– Мне включить? – перебил его Лука, кивнув на проектор.

– Да, спасибо, – буркнул Мунк и подождал, пока подключат его айпад.

– Вот. – Он увеличил картинку. – Это предварительное профилирование, конечно.

– Он нам известен? – спросила Риккардо, по-летнему одетая в желтую футболку, юбку в цветочек и сандалии.

Мунк почувствовал, что при виде ее у него улучшается настроение. Высокие личные качества. Профессионализм. Именно с такими характеристиками он набирал сотрудников в свою команду в Осло. Инициативная и умная Риккардо не боится выражать свое мнение и вести себя так, как считает нужным. Женщине порой нелегко быть в этой профессии, где, как правило, доминируют мужчины.

Сегодня ночью Мунк послал сообщение и Анетте Голи.

– Есть новости? Насчет отдела?

Ответ пришел с рассветом.

Увы, ничего.

– Нет, – продолжил Мунк. – Профиль мы получили, но он не совпадает ни с одним в наших базах.

– Но ведь сейчас речь идет НЕ о преступнике, верно?

Кевин Борг огляделся.

– Верно, – ответил Мунк – Ну, если только преступник не срезал собственный волос и не поджег его. Что, в общем, возможно. Мы ведь не знаем цели этой процедуры, зачем он сжигал волос в чашке. Если, конечно, за ночь кому-то из вас не пришли в голову умные мысли?

В ответ молчание.

– Этот профиль ДНК, безусловно, побуждает нас получить как можно больше анализов ДНК. Судмедэксперты отправили дополнительное оборудование, скажите, если кому-то нужна будет помощь с этим.

– А что насчет юридической стороны? – заметил Клаус Нильсен, полицейский адвокат, который тоже позволил себе слегка расслабленный образ – брюки цвета хаки и белая рубашка с коротким рукавом.

– Именно. Процедура проверки следующая: мы можем попросить об этом. То есть попросить у человека разрешения и, если он согласится, провести анализ. Но…

Он сделал жест рукой адвокату.

– Да, но если мы захотим получить конкретно чью-то ДНК, – сказал Нильсен, – а человек отказывается, мы окажемся перед выбором. Мы можем изменить статус на подозреваемый, что даст нам юридическое право провести анализ, но что неизбежно повлечет за собой некоторые последствия.

– Например? – спросил Лука Эриксен.

– Право на адвоката и тому подобное.

– Клаус хочет сказать, – дополнил Мунк, – что надо действовать дружелюбно и деликатно. Но постараться добыть результаты как можно большего количества человек, ясно?

Собравшиеся закивали.

– Ладно. У кого что есть?

– Я был в парикмахерской, – кашлянул Борг, посмотрев в свой блокнот. – Приятная владелица. Показала мне все. Она отвечает за отходы волос, держит их в мешке в подсобке, у них какая-то договоренность с одним художником, она использует волосы для плетения, что-то такое.

Он повернулся к Луке Эриксену, но тот лишь пожал плечами.

– Что касается списка клиентов, его не существует. На вопрос, кто ее клиенты, она ответила: Все на острове, у кого красивые прически.

По комнате прокатились смешки.

– Хорошо, спасибо. – Мунк поднял руку. – Мы не знаем, есть ли тут связь, так что больше не будем тратить на это время. Что по видео и фотографиям с вечеринки?

Он посмотрел на Нину Риккардо, та заправила волосы за ухо и вздохнула.

– Есть кое-что, но, к сожалению, меньше, чем хотелось бы. Работаем над делом.

– Значит по Йессике ничего?

– Пока нет. Кроме того, что я вам показывала.

– Окей, – сказал Мунк. – Вы возьмете за это ответственность? Попробуйте немного ускорить работу. Найти еще людей, кто там был. Проверить их телефоны.

Риккардо кивнула.

– Хорошо. Ладно. У кого-то есть информация по трем именам из блокнота? Мистер ЛОЛ? Биг Б? Вик?

– Я поговорил с Виктором Палатиным, – отозвался Лука. – С тем, кто работает на лососевой ферме. Его в тот день не было здесь, он был в монастыре на Таутре…

– Он что, монах? – хохотнул Борг, оглядевшись.

Эриксен кивнул и продолжил.

– Должен вернуться завтра. Он живет около Аксета, могу отвезти вас туда на лодке, так быстрее всего.

– Хорошо, скажите, когда он вернется, и мы с Мией съездим.

– У меня есть кое-что, – сказал Ральф Нюгорд. – Нилле, моя сестра, считает, что слышала, как одного из парней на Ульвёя называют Биг. Кажется, он бодибилдер. А его имя Биргер. Биг Б? Работает в пабе. Пойти по этому следу?

– Непременно, Ральф, идите, – подбодрил Мунк. – А что по мистеру ЛОЛу?

Тишина в комнате.

– Как мы видим, – Мунк полистал фотографии, пока не нашел снимок блокнота, – этот мистер ЛОЛ упоминается в списках чаще всего. В четыре раза больше, чем второй, Биг Б. А Вик. упомянут всего трижды. Так что без дальнейших выводов скажу, что мистер ЛОЛ меня интересует больше всего.

– У кого-то есть мысли, что может обозначать эта кличка? – спросила Нина, оглядевшись по сторонам.

– Я думаю, Laughing Out Loud, конечно, но может ли быть так просто? Что мы просто ищем весельчака?

– Вы имеете в виду комика? – спросил Нильсен, проведя рукой по лбу.

Вентиляторы включены, шторы опущены, но жара все равно просочилась в комнату.

– Я не знаю, – сказала Риккардо. – Звучит, конечно, так себе, но вполне может быть. Ему необязательно быть стендапером или кем-то подобным, но да, может, тут есть кто-нибудь известный такими вещами? Привлекать к себе внимание юмором?

Она посмотрела на Луку.

– С ходу в голову никто не приходит, но я наведу справки.

– Окей, – продолжил Мунк. – Допросы, допросы и еще раз допросы, сегодня, завтра, неделю – столько, сколько потребуется, пока мы не поговорим с каждой кошкой и мышкой на этом острове. Кевин?

– У меня в списке двенадцать человек, первые скоро придут.

– Хорошо. Ральф?

– У меня то же самое, первые уже ждут.

– Хорошо. Еще вопросы?

Все покачали головами.

– Хорошо, тогда работаем. Не забудьте…

Его прервал полицейский в форме, он постучал в дверь и, не дождавшись ответа, просунул голову в комнату.

– Видимо, важно, – сказал Мунк.

– Э, да, извините, я подумал, что да. Тут стоит какой-то тип и хочет с кем-то поговорить.

– По поводу?

– Он говорит, что он владелец лодки. Той, где мы нашли убитую. Говорит, что был там тем вечером.

– Отправьте его в маленькую комнату, – кивнул Мунк, доставая сигарету из пачки.

35

Лисси Нурхейм закрыла уши руками, когда вертолет после посадки снова взлетел и, увидев два улыбающихся лица, почувствовала, как напряжение в теле немного спало. Мама принарядилась. Надела свое самое красивое платье в цветочек и ту самую нитку жемчуга, которую купила на рынке на Гран-Канарии. Папа выглядел не как франт, конечно, но было